Писатели 20 века франции


Французская литература 20 века - WordHouse

Французская литература 20 века

Литература Франции 20 века находилась под непосредственным влиянием событий, сформировавших историю. Она сохранила титул законодательницы моды во всемирной изящной словесности, а авторитет ее оставался непререкаемым в мировом сообществе. Например, лауреатами Нобелевской премии стали 7 представителей страны. Среди них Андре Жид, Франсуа Мориак, Альбер Камю, Клод Симон.

В самом начале столетия во Франции шли эксперименты в таких направлениях литературы, как символизм и натурализм. В первой половине века вскрылись социальные и идеологические противоречия.

Андре Жид, называвший себя «человеком диалога», не выдавал читателям готовых нравственных рецептов. Он задавал вопросы и искал ответы о смысле людского существования, о неизбежности судьбоносных событий. Его разносторонний талант проявился в немного гротескных произведениях «Имморалист», «Изабель» и «Подземелья Ватикана».

Поэт Гийом Аполлинер привнес в свое творчество элементы визуализации. Его «сюрреалистическая драма» «Сосцы Тиресия» преподносила проблемы современности в комедийном духе.

Французская литературная эволюция шла одновременно с модернизацией художественного искусства. Для произведений Франции XX века характерны своеобразная оторванность от реальности, поиск идеала.

Мастер изысканной прозы Андре Моруа в своих «Письмах незнакомке» говорил о любви и семейных отношениях, поднимал проблемы современной литературы и живописи. В знаменитых «Превратностях любви» он исследует многогранную сферу человеческих эмоций и страстей, трудности семейной жизни, проводит параллели с позициями в обществе.

Романисту Луи-Фердинанду Селину свойственно было применение сленга в своем творчестве. Но его антисемитские «Школа трупов» и «Безделицы для погрома» подарили автору имидж расиста и человеконенавистника.

А. Камю утверждает, что единственным методом борьбы с абсурдом может стать признание его существования. В «Мифе о Сизифе» он описывает удовлетворение человека, четко осознающего тщетность своих усилий.

30-е годы подарили миру шедевры писателей-экзистенциалистов Жан-Поля Сартра и Симоны де Бовуар. Самый известный и, по мнению знатоков, наиболее удачный роман Сартра «Тошнота» поднимает темы человеческой судьбы, хаоса, отчаяния. Автор выделяет значимость свободы и возможности, которые она дарит в преодолении трудностей. Книга написана в виде дневника. Тот, кто ведет его, хочет докопаться до сути перемены, произошедшей с ним, но на него периодически нападает Тошнота, являющаяся неким символом чуткости к безобразному.

В произведениях «предшественницы феминизма» Симоны де Бовуар продвигаются экзистенциалистские идеи. Роман «Мандарины», отмеченный престижной французской литературной Гонкуровской премией, описывает идейное и политическое развитие послевоенной Франции.

Ключевые исторические события — освобождение от фашистской оккупации, правление президента Шарля де Голля, колониальные войны, студенческая революция — определили направление развития и послужили фоном в творениях французских авторов.

В 60-е годы внесли свою лепту литераторы, которые родились в заграничных департаментах либо колониях страны. Среди них: Тахар Бенжеллун, Амин Маалуф и Ассия Джебар. Темы романов последней – Алжирская война и трудности жизни женщины-мусульманки. Её «Жажда» и «Огромная тюрьма» демонстрируют, как исламские фанатики уничтожали проявления женской эмансипации.

Новейшая французская литература — это Антуан де Сент-Экзюпери, Жорж Сименон и Франсуаза Саган. Их шедевры сохранили и продолжили лучшие тенденции Франции.

Самая известная повесть Антуана де Сент-Экзюпери – «Маленький принц» — это сказка-притча, рассказывающая о любви, дружбе, об обязательствах и человечески пороках. Образ импульсивной и трогательной розы списан с обожаемой жены писателя. Сопровождающие рисунки сделаны автором и являются органичным дополнением литературного шедевра.

Жорж Сименон – французский представитель детективного жанра. Прославился он благодаря циклу повествований о расследованиях комиссара Мегрэ. Образ знаменитого блюстителя закона так очаровал читателей, что ему был воздвигнут бронзовый памятник, а многие сюжеты вышли на экран. Кроме того, писатель издавал множество «коммерческих» романов, например, «Записки машинистки».

Новеллы Ф. Саган характеризуются небольшим числом персонажей и коротенькими описаниями. В них выдержана интрига и четко обозначена схема любовного треугольника. Роман «Здравствуй, грусть» — это искренняя история, проникнутая страстностью и невинностью – той опасной смесью, которая и сегодня вызывает всплеск эмоций. Один из самых глубоких психологических романов «Немного солнца в холодной воде» повествует о том, как любовь может и исцелить, и погубить. Саган часто обвиняли в склонности к беллетристике. Как бы в опровержение она создала театральные пьесы «Скрипачи иногда причиняют вред» и «Лошадь исчезла», выпустила биографию Сары Бернар и несколько автобиографий.

Французская литература сохраняет свое высокое предназначение с античности до совершенно изменившейся обстановки наших дней. Для русских читателей произведения Франции наиболее популярны и любимы.

word-house.ru

Самые популярные писатели Франции

Современные французские писатели

Самые известные имена во Франции, писатели признанные всем современным миром.

   Современная бельгийская писательница. Пишет по-французски.

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
1992 Гигиена убийцы / L’hygiène de l’assasin
1993 Любовный саботаж / Le Sabotage amoureux
1995 Катилинарии / Les Catilinaires
1996 Пеплум / Péplum
1992 Преступление / Attentat
1998 Ртуть / Mercure
1999 Страх и трепет (вариант: Дрожь и оцепенение) / Stupeur et tremblements
2000 Метафизика труб / Métaphysique des tubes
2001 Косметика врага / Cosmétique de l’ennemi
2002 Словарь имен собственных / Robert des noms propres
2003 Антихриста / Antéchrista
2004 Биография голода / Biographie de la faim
2005 Серная кислота / Acide sulfurique
2006 Дневник Ласточки / Journal d’Hirondelle
2007 Токийская невеста / Ni d’Ève ni d’Adam
2008 Кодекс принца / Le Fait du Prince
2009 Зимний путь / Le Voyage d'Hiver
2010 Форма жизни / Une forme de vie
2011 Человек огня / Tuer le père
2012 Синяя Борода / Barbe bleue

Сказки и рассказы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6
1993 Немного китайская легенда / Légende un peu chinoise
1999 Тайна в полном смысле слова / Le Mystère par excellence
2000 Блестящий, как кастрюля / Brillant comme une casserole
2001 Аспирин / Aspirine
2001 Без имени / Sans nom
2004 Вхождение Христа в Брюссель / L’Entrée du Christ à Bruxelles

Пьесы

№ГодНазвание1 2
1994 Горючее / Les Combustibles
2003 - 2008 Косметика врага / Cosmétique de l’ennemi

Больше биографии здесь

 Французский прозаик. Внук французской эмигрантки, жившей в России со времен революции 1917 года.

 За свой третий роман, «Французское завещание» (1995), он получил престижную Гонкуровскую премию и премию Медичи.

Библиография

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13
1990 La fille d’un héros de l’Union soviétique
1992 Confession d’un porte-drapeau déchu
1994 Au temps du fleuve Amour
1995 Le Testament français
1998 Le Crime d’Olga Arbelina
2000 Requiem pour l’Est
2001 La Musique d’une vie
2003 La Terre et le ciel de Jacques Dorme
2004 La femme qui attendait
2006 L’Amour humain
2007 Le Monde selon Gabriel
2009 La Vie d’un homme inconnu
2013 Une femme aimée

 Популярная французская писательница.

 В 1992 году победила в национальном конкурсе на лучшее любовное письмо.

Сборник новелл

№ГодНазвание1
сентябрь 1999 Мне бы хотелось, чтоб меня кто-нибудь где-нибудь ждал

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4
октябрь 2003 Я её любил. Я его любила / Je l'aimais
март 2004 Просто вместе / Ensemble, c'est tout
март 2008 Утешительная партия игры в петанк / La Consolante
август 2002 Глоток свободы / L'Echappée belle

Романы для юношества

№ГодНазвание1
2002 35 кило надежды / 35 kilos d'espoir

Больше биографии здесь

Урожденная Пьеретта Шварц (Pierrette Marie-Clotilde Schwartz), французская писательница.

Публичное признание писательницы началось со скандального романа Инцест (1999), который был распродан во Франции в количестве 50 тысяч экземляров.

В 2000-е годы Анго была отмечена несколькими крупными литературными премиями.

Проза

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17
1990 Вид с неба / Vu du ciel
1991 Not to Be
1994 Léonore, toujours
1995 Интервью / Interview
1997 Les Autres
1998 Sujet Angot
1999 Инцест / L’Inceste
2000 Покинуть город / Quitter la ville
2001 Normalement suivi de La Peur du lendemain
2002 Почему Бразилия / Pourquoi le Brésil
2003 Ослиная шкура / Peau d'âne
2004 Сбившиеся с пути / Les Désaxés
2004 Une partie du cœur
2006 Свидание / Rendez-vous
2008 Le Marché des amants
2011 Les Petits
2012 Неделя каникул / Une semaine de vacances

Драматургия

№ГодНазвание1 2 3
1992 Corps plongés dans un liquide
1998 L’Usage de la vie incluant Corps plongés dans un liquide
1999 L’Usage de la vie
Французский писатель, критик, сценарист, лауреат многих литературный премий, в том числе Гонкуровской.

Творчество Ковелера довольно-таки обширно и включает в себя более двадцати романов.

Большое влияние на него оказали французский писатель и драматург Марсель Эме, а также дважды лауреат Гонкуровской премии Ромен Гари

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22
1982 Двадцать лет и ещё немного / Vingt ans et des poussières
1984 Рыба — любовь / Poisson d'amour
1986 Каникулы призрака / Les Vacances du fantôme
1988 Горький апельсин / L'Orange amère
1991 Ненужная вещь / Un objet en souffrance
1993 Шайенн / Cheyenne
1994 Путь в один конец / Un aller simple
1997 Запредельная жизнь / La Vie interdite
1998 Чужая шкура / Corps étranger
1999 Условно освобождённая / La Demi-pensionnaire
2000 Воспитание феи / L'Éducation d'une fée
2001 Явление / L'Apparition
2002 Знакомство категории Х / Rencontre sous X
2003 Вне себя / Hors de moi
2004 Евангелие от Джимми / L'Évangile de Jimmy
2005 Притяжения / Attirances
2006 Клонировать Христа? / Cloner le Christ?
2007 Приёмный отец / Le Père adopté
2008 Прощальная ночь в XV веке / La Nuit dernière au XVe siècle
2009 Дом света / La Maison des lumières
2009 Тома Дримм / Thomas Drimm
2010 Свидетели невесты / Les témoins de la mariée

 Французская писательница, историк.

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12
  les procès de Louis XVI et de Marie-Antoinette
1988 Louis XVIII
1991 Louis XVI
1992 Mémoires du baron de Breteuil
2000 Marie-Antoinette : la dernière reine
2003 Madame de Pompadour
2004 L'Affaire du Collier
2005 Les dernières noces de la monarchie. Louis XVI et Marie-Antoinette
2006 Lettres intimes (1778–1782) : Que je suis heureuse d'être ta femme
  Marie-Antoinette, correspondance (1770–1793)
2008 Marie-Antoinette : Journal d'une reine
2009 Le Chevalier d’Eon : « Une vie sans queue ni tête »

 Французская писательница, драматург, в 1985 году удостоена премии князя Монако за вклад в литературу, настоящая фамилия — Куаре (фр. Quoirez).

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
1954 Здравствуй, грусть! / Bonjour tristesse
1956 Смутная улыбка / Un certain sourire
1957 Через месяц, через год / Dans un mois, dans un an
1959 Любите ли Вы Брамса? / Aimez-vous Brahms ?
1961 Волшебные облака / Les Merveilleux Nuages
1965 Сигнал к капитуляции / La Chamade
1968 Ангел-хранитель (Хранитель сердца) / Le Garde du cœur
1969 Немного солнца в холодной воде / Un peu de soleil dans l’eau froide
1972 Синяки на душе / Des bleus à l'âme
1974 Неясный профиль / Un Profil perdu
1977 Смятая постель / Le Lit défait
1980 Приблуда / Le Chien couchant
1981 Женщина в гриме / La Femme fardée
1983 Недвижимая гроза (Когда приближается гроза) / Un Orage immobile
1985 И переполнилась чаша / De guerre lasse
1987 Рыбья кровь / Un Sang d’aquarelle
1989 Поводок / La Laisse
1991 Окольные пути / Les Faux-Fuyants
1993 Прощай, печаль / Un Chagrin de passage
1996 В туманном зеркале / Le Miroir égaré

Новеллы

№ГодНазвание1 2 3 4
1975 Бархатные глаза (Шёлковые глаза) / Des yeux de soie
1979 Синие фужеры / Les fougères bleues
1981 Музыка к сценам (Слезинки в красном вине) / Musique de scène
1985 Дом Ракель Вега / La maison de Raquel Vega

Больше биографии здесь

 Современный французский прозаик, публицист, литературный критик и редактор. Бегбедер предпочитает сумасбродные сюжеты, с героями, похожими на него самого.

Кроме того, он выступил основателем литературной премии, которой удостоились, в частности, книги Мишеля Уэльбека и Виржини Депант, и даже отметился в кинематографе — снялся в порнографическом фильме «Дочь лодочника»

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8
1990 Воспоминания необразумившегося молодого человека / Mémoire d’un jeune homme dérangé
1994 Каникулы в коме / Vacances dans le coma
1997 Любовь живёт три года / L’amour dure trois ans
2000 99 франков / 99 francs
2002 Окна в мир / Windows on the world
2005 Романтический эгоист / L'égoïste romantique
2007 Идеаль / Au secours pardon
2009 Французский роман / Un roman français

Рассказы

№ГодНазвание1
1999 Рассказики под экстази / Nouvelles sous Ecstasy

Эссе

№ГодНазвание1 2
2001 Лучшие книги XX века. Последняя опись перед распродажей / Dernier inventaire avant liquidation
2011 Конец света. Первые итоги / Premier bilan après l'Apocalypse

Больше биографии здесь

 Один из самых популярных писателей Франции. «Skidamarink» — первый опубликованный в 2001 году триллер — рассказывает о краже портрета Джоконды из Лувра.

Он — № 2 во Франции по проданным книгам. Сегодня продано 11 миллионов экземпляров его книг, которые переведены на 34 языка.

По четырём из них сняты фильмы.

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
2001 Skidamarink
2004 После / Et après, в 2008 году экранизирован
2005 Спаси меня / Sauve-moi
2006 Ты будешь там / Seras-tu là?
2007 Потому что я люблю тебя / Parce que je t'aime
2008 Je reviens te chercher
2009 Que serais-je sans toi ?
2010 Бумажная девушка / La Fille de papier
2011 Зов ангела / L'appel de l'ange
2013 Прошло Семь лет...
 Французская писательница, наиболее известная своим романом «Французская сюита», написанным во время Второй мировой войны.

Ирина Немировская родилась в 1903 году в Киеве в семье еврейского банкира Леона (Арье) Борисовича Немировского и Фанни Маргулис.

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
1927 L’Enfant génial
1929 Давид Голдер / David Golder
1930 Бал / Le Bal
1930 Le malentendu
1931 Les Mouches d’automne
1933 L’Affaire Courilof
1934 Le Pion sur l'échiquier
1934 Films parlés
1935 Le Vin de solitude
1936 Jézabel
1938 La Proie
1939 Deux
1939 Le maître des âmes
1940 Les Chiens et les loups
1946 Жизнь Чехова / La Vie de Tchekhov
1947 Les Biens de ce monde
1957 Les Feux de l’automne
2000 Dimanche
2004 Destinées et autres nouvelles
2004 Suite française
2005 Le maître des âmes

Больше биографии здесь

 Французская писательница, в прошлом актриса.

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8
2002 Tu vas rire mais je te quitte
2004 Tu peux garder un secret
2006 Dès le premier soir
2008 Tous à mes pieds
2009 Je n'irai pas chez le psy pour ce con
2010 Brèves de filles, un festival anti-machos
2011 Comme dans un film noir
2013 Ta vie est belle

Французский писатель, автор романов в жанре иронического и пародийного детектива.1979 — Премия Фенеона за роман Le Meridien de Greenwich.

1983 — Премия Медичи за роман Cherokee.

1999 — Гонкуровская премия за роман Je m’en vais.

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12
1979 Le Meridien de Greenwich
1983 Cherokee
1986 L'Equipée malaise
1989 Lac
1992 Nous Trois
1995 Les Grandes Blondes
1997 Un an
1999 Je m’en vais
2001 Jérôme Lindon
2003 Au piano
2006 Ravel
2008 Courir

 Французский писатель и сценарист.

В 1994 году Гранже написал свой первый роман «Полёт аистов», больше замеченный критиками, чем широкой общественностью.

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
1994 Полёт аистов / Le vol des cigognes
1998 Пурпурные реки / Les rivières pourpres
2000 Братство камня / Le concile de pierre
2003 Империя волков / L'Empire des loups
2004 Чёрная линия / La ligne noire
2007 Присягнувшие тьме / Le serment des limbes
2008 Мизерере / Miserere
2009 Лес мертвецов / La Forêt des Mânes
2011 Пассажир / Le passager
2012 Кайкен / Kaiken

 Французский писатель, лауреат премии Ренодо (1963) и Нобелевской премии по литературе 2008 года.

Произведения

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24
1963 Протокол- Премия Ренодо / Le Procès-verbal
1964 Le Jour ou Beaumont fit connaissance avec sa douleur
1965 La Fièvre, nouvelles
1966 Le Deluge
1967 L’Extase matérielle, essai
1967 Terra Amata, roman
1969 Le Livre des fuites, roman
1970 La Guerre, roman
1970 Lullaby
1971 Hai, Skira, «Les Sentiers de la creation»
1973 Les Géants, roman
1975 Путешествия по ту сторону / Voyages de l’autre côté, nouvelles
1976 Les Propheties du Chilam Balam
1978 Mondo et autres histoires, nouvelles
1978 Voyage au pays des arbres
1980 Пустыня / Desert
1980 Trois Villes saintes
1982 La Ronde et autres faits divers, nouvelles
1985 Золотоискатель / Le Chercheur d’or
1989 Printemps et autres saisons
1993 Диего и Фрида / Diego et Frida
1995 La Quarantaine, roman
2003 Révolutions, roman
2008 Ritournelle de la faim, roman

Больше биографии здесь

 Французский писатель-романист, автор романа «Только если это было правдой», по мотивам которого в 2005 году был снят фильм Между небом и землёй.

Хотя романы Марка Леви пользуются популярностью (переведены и изданы на 40 языках, а общий тираж его книг в мире уже в 2008 году превысил 15 миллионов), Леви не имеет никаких литературных премий (за исключением премии Гойи (фр. Prix Goya du premier roman) в номинации дебютный роман за «А если это правда?» в 2000 году).

Библиография

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14
2000 А если это правда? / Et si c'était vrai...
2001 Где ты? / Où es-tu?
2003 Семь дней творения / Sept jours pour une éternité
2004 Следующий раз / La prochaine fois
2005 Встретиться вновь / Vous revoir
2006 Каждый хочет любить / Mes amis, mes amours
2007 Дети свободы / Les enfants de la liberté
2008 Те слова, что мы не сказали друг другу / Toutes ces choses qu'on ne s'est pas dites
2009 Первый день / Le Premier Jour
2009 Первая ночь / La première nuit
2010 Похититель теней / Le voleur d'ombres
2011 Странное путешествие мистера Долдри / L’étrange voyage de Monsieur Daldry
2012 Уйти, чтобы вернуться / Et si c'était a refaire
2013 Сильнее страха / Un sentiment plus fort que la peur

Настоящая фамилия Тома (фр. Thomas) — французский писатель, поэт. Лауреат Приза Ноября за роман «Элементарные частицы» (1998) и Гонкуровской премии за роман «Карта и территория» (2010).

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7
1994 Расширение пространства борьбы / Extension du domaine de la lutte
1998 Элементарные частицы / Les Particules élémentaires
2000 Лансароте / Lanzarote
2001 Платформа / Plateforme
2005 Возможность острова / La possibilité d'une île
2008 Враги общества / Ennemis publics
2010 Карта и территория / La carte et le territoire

Сборники стихов

№ГодНазвание1 2 3 4
1992 Погоня за счастьем / La Poursuite du bonheur
1996 Смысл борьбы / Le sens du combat
1999 Возрождение / Renaissance
2013 Очертания последнего берега / Configuration du dernier rivage

Полная биография здесь

Французский писатель, лауреат Гонкуровской премии, переосмыслитель поэтических мифов в русле ремифологизации.

В 1967 он публикует свой первый роман «Пятница, или Тихоокеанский лимб» (Vendredi ou les Limbes du Pacifique)

В 1970 получает Гонкуровскую премию за роман «Лесной царь» (Le Roi des Aulnes). Pоман «Пятница, или Дикая жизнь» (Vendredi ou la vie sauvage).

В 1975 он публикует свой третий роман «Метеоры».

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9
1967 Vendredi ou les Limbes du Pacifique
1970 Le Roi des aulnes
1971 Vendredi ou la Vie sauvage
1975 Les Météores
1980 Gaspard, Melchior & Balthazar
1983 Gilles et Jeanne
1985 La Goutte d'Or
1994 La Couleuvrine
1996 Eléazar ou la Source et le Buisson

Новеллы и сказки

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6
1978 Le Coq de bruyère
1979 La Fugue du Petit Poucet
1979 Pierrot ou les secrets de la nuit
1980 Barbe d'or
1989 Le Médianoche amoureux
1998 Sept contes
Популярная современная французская писательница и профессор философии.

В 2000 году она по настоянию своего мужа отправила рукопись своего первого романа «Лакомство» (фр. Une Gourmandise) в издательство Gallimard.

Дебют писательницы оказался успешным, её первый роман перевели на 14 языков.Второй книгой, которая стала абсолютным бестселлером во Франции, стал роман «Элегантность ёжика» (фр. L’Elegance du herisson).

Он вышел в 2006 году, в том же издательстве Gallimard тиражом 700 000 экземпляров.Роман был впоследствии переведен на 31 язык, и получил ряд литературных премий.

В 2009 году роман был экранизирован.

Французский писатель. Защитил диссертацию о сексуальной эмансипации в утопической мысли Шарля Фурье под руководством Ролана Барта (1975).

Романы и повести

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
1976 Allez jouer ailleurs
1981 Горькая луна / Lunes de fiel
1985 Parias
1986 Le Palais des claques
1988 Qui de nous deux inventa l’autre
1992 Божественное дитя / Le Divin Enfant
1997 Похитители красоты / Les voleurs de beauté
1998 Les Ogres anonymes
2003 Au secours le Père Noёl revient
2005 Любовь к ближнему
2007 Мой маленький муж

Французский писатель, один из крупнейших современных художников слова, блистательный прозаик, эссеист, переводчик, лауреат Гонкуровской премии (2002), виртуозный стилист, человек, обладающий колоссальной эрудицией, знаток античной культуры, а также музыки эпохи барокко.

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22
1969 L’Etre du balbutiement
1971 Alexandra de Lycophron
1974 La Parole de la Delie
1976 Sang
1976 Le Lecteur
1977 Hiems
1977 Sarx
1978 Les Mots de la terre, de la peur et du sol
1979 Inter aerias fagos
1979 Sur le defaut de terre
1980 Le Secret du domaine
1989 Лестницы Шамбора / Les Escaliers de Chambord
1990 Альбуций / Albucius
1994 Секс и страх / Le Sexe et l’Effroi
1991 Все утра мира / Tous les matins du monde
1998 La Frontière
1993 Le Nom sur le bout de la langue
1994 L’Occupation américaine
1994 Les septante
2005 Écrits de l'éphémère
2006 Вилла Амалия / Villa Amalia
2006 Triomphe du temps
Бразильский прозаик и поэт. Опубликовал в общей сложности 18 книг — романы, комментированные антологии, сборники коротких рассказов-притч.

В 150 странах мира было продано более 86 миллионов книг Пауло Коэльо, переведённых на 67 языков.

Библиография

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
1987 Паломничество или Дневник мага
1988 Алхимик
1990 Брида
1992 Валькирии
1994 Мактуб
1994 На берегу Рио-Пьедра села я и заплакала
1994 Пятая гора
1997 Книга воина света
1997 Любовные письма пророка
1998 Вероника решает умереть
2000 Дьявол и сеньорита Прим
2001 Отцы, сыновья и деды
2003 Одиннадцать минут
2005 Заир
2006 Подобно реке
2007 Ведьма из Портобелло
2008 Победитель остаётся один
2011 Алеф
2012 Манускрипт, найденный в Акко
  Любовь. Избранные высказывания
Французская писательница. Первая книга, которую она публикует, Le Con d'Irène (под смягченным названием «Irène»), приписанна Луи Арагону, была схвачена через 48 часов после продажи, 22 марта 1968.

Она будет осуждена, впоследствии, за «оскорбление нравственности» и лишена ее политических прав.С 1981 - 2007 Cycle La Bicyclette bleue - первые тома были очень успешнимы, но на Режин Дефорж подали в суд из-за плагиата Маргарет Митчелл (американской писательници). Рижин Дефорж была оправдана.

Романы и новеллы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12
1976 Blanche et Lucie
1978 Le Cahier volé
1981 La Révolte des nonnes
1982 Les Enfants de Blanche
1985 Sur les bords de la Gartempe
1987 Pour l'amour de Marie Salat
1989 Sous le ciel de Novgorod
2001 La petite fille au manteau rose
2004 La Hire
2004 Le collier de perles
2008 Deborah
2012 Toutes les femmes s'appellent Marie

Эротизм

№ГодНазвание1 2 3 4 5
1980 Contes pervers, première œuvre érotique, Les Filles de Madame Claude
1981 Lola et quelques autres
1994 Troubles de femmes
1996 L'Orage, roman
1999 Rencontres ferroviaires
Французский писатель. Лауреат престижных премий: Десембр, Фемина и Франс Кюльтюр / Телерама. В 1985 г. появился первый роман Seule au milieu d’elle (Один среди нее), за которым последовала одноактная пьеса Les Gouttes (Капли).

В 2000 г. одновременно выходят в свет два романа Fragments de la vie des gens (Фрагменты из жизни людей), состоящий из пятидесяти коротких рассказов о жизни простых людей, и Autobiographie (Автобиография), представленный автором как «независимый фрагмент» от первого произведения.

Им было написано 8 пьес для радио. Роман Microfictions (Микропроза), опубликованный в 2007, критика также не оставила без внимания.

Произведение, состоящие на этот раз из пятисот коротких текстов, посвящено человеческим созданиям, обыкновенным людям, кого социологи и политологи называют не иначе как население и рассматривают как количественные данные статистики.

Популярный французский писатель, автор остросюжетных романов, киносценарист и кинорежиссёр.

Настоящее имя — Жан-Батист Росси, под которым опубликованы некоторые произведения и сняты ранние фильмы. Его первый роман «Дурное начало» (фр. Les Mal Partis) был опубликован во Франции и США.

Второй детективный роман Жапризо, «Ловушка для Золушки», получил французскую литературную премию «Grand Prix de Littérature policière» в 1963 году.

В 1965 году роман был экранизирован. Следующий роман писателя — «Дама в автомобиле в очках и с ружьём» — в 1966 году принёс Жапризо вторую крупную литературную премию Франции «Le Prix d’Honneur».

Романы

№ГодНазвание1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14
1950 Les Mal Partis
1950 Visages de l’amour et de la haine
1962 Купе смертников / Compartiment tueurs
1963 Ловушка для Золушки / Piège pour Cendrillon
1965 L’Odyssexe
1966 Дама в автомобиле в очках и с ружьём / La Dame dans l’auto avec des lunettes et un fusil
1967 La Machine à parler d’amour
1968 Прощай, друг / Adieu l’ami
1969 Пассажир дождя / Le Passager de la pluie
1972 Бег зайца через поля / La Course du lièvre à travers les champs
1978 Убийственное лето / L'Été meurtrier
1986 Любимец женщин / La Passion des femmes
1988 Juillet en septembre
1991 Долгая помолвка / Un long dimanche de fiançailles

 

akyla.net

Известные французские писатели :: SYL.ru

Литература Франции – одна из сокровищниц мировой культуры. Она заслуживает того, чтобы ее читали во всех странах и во все века. Проблемы, которые поднимали в своих произведениях французские писатели, волновали людей всегда, и никогда не настанет время, когда они будут оставлять равнодушными читателя. Меняются эпохи, исторические антуражи, костюмы персонажей, но неизменными остаются страсти, суть отношений между мужчинами и женщинами, их счастье и страдания. Традицию семнадцатого, восемнадцатого и девятнадцатого столетий продолжили современные французские писатели, литераторы XX века.

Общность русской и французской литературных школ

Что мы знаем о европейских мастерах слова относительно недавнего прошлого? Безусловно, многие страны внесли весомый вклад в общее культурное наследие. Замечательные книги писали и Британии, Германии, Австрии, Испании, но по количеству выдающихся произведений первейшие места занимают, безусловно, русские и французские писатели. Список их (и книг, и авторов) поистине огромен. Не мудрено, что издания многократны, читателей немало и сегодня, в век интернета, перечень экранизаций также впечатляет. В чем секрет этой популярности? И в России, и во Франции существуют давние гуманистические традиции. Во главу сюжета, как правило, ставится не историческое событие, каким бы выдающимся оно не было, а человек, с его страстями, достоинствами, недостатками и даже слабостями и пороками. Автор не берется осуждать своих персонажей, а предпочитает предоставлять читателю самому делать выводы о том, какую судьбу выбирать. Он даже жалеет тех из них, кто выбрал неправильный путь. Примеров много.

Как Флобер жалел свою мадам Бовари

Гюстав Флобер родился 12 декабря 1821 года в Руане. Монотонность провинциальной жизни была знакома ему с детства, да и в зрелые годы он редко покидал свой городок, лишь однажды совершив дальнее путешествие на Восток (Алжир, Тунис), и, конечно же, посещал Париж. Этот французский поэт и писатель сочинял стихи, которые многим критикам казались тогда (мнение такое есть и сегодня) слишком меланхолично-томными. В 1857 году он написал роман «Мадам Бовари», получивший в то время скандальную известность. История женщины, стремившейся вырваться из постылого круга обыденности и потому изменявшей мужу, тогда казалась не просто спорной, а даже неприличной.

Однако сюжет этот, увы, в жизни довольно частый, в исполнении великого мастера, далеко выходит за рамки обычного скабрезного анекдота. Флобер пытается, и с большим успехом, проникнуть в психологию своих персонажей, к которым он порой испытывает и злость, выраженную в беспощадной сатире, но чаще - жалость. Его героиня трагически умирает, презираемый и любящий муж, по всей видимости (это скорей угадывается, чем обозначается по тексту) знает обо всем, но искренне горюет, оплакивая неверную жену. И Флобер, и другие французские писатели XIX века довольно много произведений посвятили вопросам верности и любви.

Мопассан

С легкой руки многих литературных писателей его считают чуть ли не основоположником романтической эротики в литературе. Мнение такое основано на некоторых моментах в его произведениях, содержащих нескромные, по меркам XIX века, описания сцен интимного характера. С сегодняшних искусствоведческих позиций эти эпизоды выглядят вполне пристойно и, в общем-то, сюжетно оправданы. Более того, в романах, повестях и рассказах этого замечательного литератора совсем не это главное. Первое место по значимости опять же занимают отношения между людьми и такие личные качества, как порочность, умение любить, прощать и просто быть счастливым. Как и прочие известные французские писатели, Мопассан изучает душу человека и выявляет необходимые условия его свободы. Он терзается лицемерием «общественного мнения», создаваемого как раз теми, кто и сам отнюдь не безупречен, но всем навязывает свои представления о приличии.

К примеру, в рассказе «Золотарь» он описывает историю трогательной любви французского солдата к чернокожей жительнице колонии. Его счастье не состоялось, родные не поняли его чувства и убоялись возможного осуждения соседей.

Интересны афоризмы писателя о войне, которую он уподобляет крушению корабля, и которого следует избегать всем мировым лидерам с такой же осторожностью, как капитанам судов опасаться рифов. Наблюдательность Мопассан проявляет, противопоставляя низкую самооценку излишнему самодовольству, считая оба эти качества пагубными.

Золя

Не менее, а, пожалуй, куда более эпатировал читательскую публику французский писатель Эмиль Золя. Он охотно брал в основу сюжета жизнь куртизанок («Западня», «Нана»), обитателей социального дна («Чрево Парижа»), подробно описывал тяжелую жизнь углекопов («Жерминаль») и даже психологию маньяка-убийцы («Человек-зверь»). Необычна общая литературная форма, избранная автором.

Большинство своих произведений он объединил в двадцатитомное собрание, получившее общее название «Ругон-Маккара». При всем разнообразии сюжетов и выразительных форм, оно представляет собой нечто единое, что стоит воспринимать целиком. Впрочем, любой из романов Золя можно читать и по отдельности, от этого менее интересно не будет.

Жюль Верн, фантаст

Другой французский писатель, Жюль Верн, не нуждается в особом представлении, он стал основоположником жанра, получившего в дальнейшем определение «научно-фантастического». До чего только не додумался этот удивительный рассказчик, предвидевший появление атомных подводных крейсеров, торпед, лунных ракет и прочих современных атрибутов, ставших достоянием человечества лишь в двадцатом веке. Многие его фантазии сегодня могут показаться наивными, но читаются романы легко, и это их главное достоинство.

К тому же сюжеты современных голливудских блокбастеров про воскресших из небытия динозавров выглядят куда менее правдоподобно, чем история никогда не вымиравших на отдельно взятом латиноамериканском плато допотопных ящеров, найденных отважными путешественниками («Затерянный мир»). А уж роман про то, как Земля закричала от безжалостного укола гигантской иглой и вовсе выходит за жанровые рамки, воспринимаясь как пророческая притча.

Гюго

Не менее увлекателен в своих романах французский писатель Гюго. Его персонажи попадают в самые различные обстоятельства, проявляя себя яркие черты индивидуальности. Даже отрицательные герои (например, Жавер из «Отверженных» или Клод Фролло из «Собора Парижской Богоматери») обладают определенным обаянием.

Важна и историческая составляющая повествования, из которой читатель с легкостью и интересом узнает множество полезных фактов, в частности, об обстоятельствах Французской революции и бонапартизме во Франции. Жан Вольжан из «Отверженных» стал олицетворением простодушного благородства и честности.

Экзюпери

Современные французские писатели, а к таковым литературоведы относят всех литераторов «хеминуэевско-фицджеральдовской» эпохи, тоже много сделали для того, чтобы человечество стало мудрее и добрее. Двадцатый век не баловал европейцев мирными десятилетиями, и воспоминания о Большой войне 1914-1918 годов вскоре получили реминисценцию в виде очередной глобальной трагедии.

Не остался в стороне от борьбы честных людей всего мира с фашизмом и французский писатель Экзюпери - романтик, создатель незабываемого образа Маленького Принца и военный пилот. Посмертной популярности этого литератора в СССР пятидесятых и шестидесятых годов могли позавидовать многие эстрадные звезды, исполнявшие песни, в том числе посвященные его памяти и главному его герою. И сегодня мысли, высказанные мальчиком с другой планеты, все так же призывают к доброте и ответственности за свои поступки.

Дюма, сын и отец

Их вообще-то было двое, отец и сын, и оба замечательные французские писатели. Кому не знакомы знаменитые мушкетеры и их верный друг Д’Артаньян? Множество экранизаций прославили этих персонажей, но ни одна из них так и не смогла передать очарования литературного первоисточника. Судьба узника замка Иф никого не оставит равнодушным («Граф Монте-Кристо»), да и другие произведения очень интересны. Полезны они будут и для молодых людей, чье личностное становление только начинается, примеров истинного благородства в романах Дюма-отца много, хоть отбавляй.

Что касается сына, то он тоже не посрамил знаменитой фамилии. Романы «Доктор Серван», «Трое сильных мужчин» и другие произведения ярко высветили особенности и мещанские черты современного ему общества, а «Дама с камелиями» не только пользовалась заслуженным читательским успехом, но и вдохновила итальянского композитора Верди на написание оперы «Травиата», она легла в основу ее либретто.

Сименон

Детектив всегда будет одним из самых читаемых жанров. Читателю интересно в нем все - и кто совершил преступление, и мотивы, и улики, и непременное разоблачение виновных. Но детектив детективу рознь. Одним из лучших писателей современной эпохи, безусловно, является Жорж Сименон, создатель незабываемого образа комиссара парижской полиции Мегре. Сам по себе художественный прием довольно распространен в мировой литературе, образ детектива-интеллектуала с непременной особенностью облика и узнаваемой повадкой эксплуатировался неоднократно.

Мегре Сименона отличается от многих своих «коллег» опять же характерной для французской литературы добротой и душевностью. Он готов порой пойти навстречу оступившемуся человеку и даже (о, ужас!) нарушить отдельные формальные статьи закона, сохраняя ему все же верность в главном, не в букве, в его духе («И все-таки орешник зеленеет»).

Просто замечательный писатель.

Гра

Если отвлечься от прошедших веков и вновь мысленно вернуться в современность, то внимания заслуживает французский писатель Седрик Гра, большой друг нашей страны, посвятивший две книги русскому Дальнему Востоку и его жителям. Повидав многие экзотические регионы планеты, он заинтересовался Россией, прожил в ней много лет, выучил язык, что, несомненно, ему помогает познавать пресловутую «загадочную душу», о которой он уже заканчивает писать третью книгу на эту же тему. Здесь Гра нашел нечто, чего, по всей видимости, ему так не хватало на его благополучной и комфортной родине. Его привлекает некоторая «странность» (с точки зрения европейца) национального характера, стремление мужчин быть мужественными, их бесшабашность и открытость. Для российского читателя французский писатель Седрик Гра интересен именно этим «взглядом со стороны», постепенно становящийся все более нашим.

Сартр

Пожалуй, нет другого французского писателя, столь близкого русскому сердцу. Многое в его творчестве напоминает о другом великом деятеле литературы всех времен и народов – Федоре Михайловиче Достоевском. Первый роман Жана-Поля Сартра «Тошнота» (многие считают его лучшим) утверждал понятие свободы как категории внутренней, не подвластной внешним обстоятельствам, на которую человек обречен самим фактом своего рожденья.

Позиция автора подтверждалась не только его романами, эссе и пьесами, но и личным поведением, демонстрирующим полную независимость. Человек левых взглядов, он, тем не менее, критиковал политику СССР послевоенного периода, что не помешало ему в, свою очередь, отказаться от престижной Нобелевской премии, присужденной за якобы антисоветские публикации. Из тех же соображений он не принял орден Почетного легиона. Такой нонконформист заслуживает уважения и внимания, почитать его, безусловно, стоит.

Vive la France!

В статье не упомянуты многие другие выдающиеся французские писатели отнюдь не потому, что они в меньшей степени заслуживают любви и внимания. Рассказывать о них можно бесконечно, восторженно и увлеченно, но до тех пор, пока читатель сам не возьмет в руки книгу, не раскроет ее, он не попадает под обаяние чудесных строк, острых мыслей, юмора, сарказма, светлой грусти и доброты, излучаемых страницами. Бездарных народов нет, но есть, безусловно, выдающиеся, внесшие особый вклад в мировую сокровищницу культуры. Для тех, кто любит русскую литературу, особенно приятным и полезным будет приобщение и к произведениям французских авторов.

www.syl.ru

Известные французские писатели

Известные французские писатели сделали неоценимый вклад в мировую литературу. От экзистенциализма  Жан-Поль Сартра до комментариев об обществе Флобера, Франция хорошо известна явлением миру примеров литературных гениев. Благодаря множеству известных высказываний, которые цитируют мастеров литературы из Франции, существует большая вероятность того, что вы очень хорошо знакомы, или по крайней мере слышали, о произведениях французской литературы.

На протяжении веков многие великие литературные произведения появлялись во Франции. Хотя этот список вряд ли всеобъемлющ, он содержит некоторых из величайших литературных мастеров, которые когда-либо жили.  корее всего вы что вы читали или хотя бы слышали об этих известных французских писателях.

 

Оноре де Бальзак, 1799-1850

Бальзак - французский писатель и драматург. Одна из его самых известных работ «Человеческая комедия», стала его первым реальным вкусом успеха в литературном мире. На самом деле, его личная жизнь стала больше попыткой попробывать что-то и потерпеть неудачу чем реальным успехом. Он, по мнению многих литературных критиков, считается одним из «отцов-основателей» реализма, потому что «Человеческая комедия» была комментарием всех аспектов жизни. Это - собрание всех работ, которые он написал под своим именем. Отец Горио часто приводится в курсах французской литературы как классический пример реализма. История Короля Лир, произошедшая в 1820-х годах в Париже, книга «Отец Горио» является Бальзаковским отражением общества, любящего деньги.

Сэмюэл Беккет, 1906-1989

Сэмюэл Беккет на самом деле ирландец, однако, он в большей частью писал на французском, потому что жил в Париже, переехав туда в 1937 году. Он считается последним великим модернистом и некоторые утверждают, что он - первый постмодернист. Особенно выдающимся в его личной жизни было учестие во французском Сопротивлении во время Второй мировой войны, когда он находился под немецкой оккупацией. Хотя Беккет много издавался, он больше всего своим театром абсурда, изображенном в пьесе En attendant Godot (В ожидании Годо).

Сирано де Бержерак, 1619-1655

Сирано де Бержерак больше всего известный по пьесе, которая была написана о нем Ростаном под названием «Сирано де Бержерак». Пьесу ставили и по ней снимали фильмы много раз. Сюжет хорошо знаком: Сирано любит Роксану, но прекращает ухаживания за ней чтобы от имени своего не столь красноречивого друга читать ей свои стихи. Ростан скорее всего приукрашает реальные характеристики жизни де Бержерака, хотя тот действительно был феноменальным фехтовальщиком и восхитительным поэтом.

Можно сказать, что его поэзия более известна, чем пьеса Ростана. По описаниям он имел чрезвычайно большой нос котором очень гордился.

Альбер Камю, 1913-1960

Альбер Камю - автор алжирского происхождения, который получил Нобелевскую премию по литературе в 1957 году. Он был первым африканцем, который такого достиг, и вторым самым молодым писателем в истории литературы. Несмотря на то, что его связывают с экзистенциализмом, Камю отвергает любые ярлыки. Самые известные его два романа абсурда: L'Étranger (Незнакомец) и Le Mythe de Sisyphe (Миф о Сизифе). Он был, пожалуй, больше всего известен как философ и его работы - отображение жизни того времени. На самом же деле он хотел стать футболистом, но заболел туберкулезом в возрасте 17 лет и был прикован к постели в течение длительного периода времени.

Виктор Гюго, 1802-1885

Виктор Гюго назвал бы себя прежде всего гуманистом, который использовал литературу для описания словий жизни человека и несправедливости общества. Обе эти темы легко просматриваются в двух его самых известных работах: Les misèrables  (Отверженные), и Notre-Dame de Paris (Собор Парижской Богоматери известно так же по популярному названию - Горбун из Нотр-Дама).

Александр Дюма, отец 1802-1870

Александр Дюма считается самым читаемым автором в французской истории. Он известен своими историческими романамы, которые описывают опасные приключения героев. Дюма был плодовитым в писательстве и многие из его рассказыв пересказывают и сегодня:    Три мушкетера    Граф Монтекристо    Человек в железной маске    Щелкунчик (прославившийся через балетную версию Чайковского)

Гюстав Флобер, 1821-1880

Его первый опубликованный роман, Мадам Бовари, стал, пожалуй, самой известной его работой. Первоначально он был опубликован в виде серии новел, а французские власти подали судебный иск против Флобера за безнравственность.

Жюль Верн, 1828-1905

Жюль Верн особенно известен потому являлся одним из первых авторов, писавших научную фантастику. Многие литературные критики даже считают его одним из отцов-основателей жанра. Он написал много романов, вот некоторые из наиболее известных:     Двадцать тысяч лье под водой     Путешествие к центру Земли     Вокруг света за 80 дней

Другие французские писатели

Есть еще много других великих французских писателей:

     Мольер     Эмиль Золя     Стендаль     Жорж Санд     Мюссе     Марсель Пруст     Ростан     Жан-Поль Сартр     Мадам де Скюдери     Стендаль     Сюлли-Прюдом     Анатоль Франс     Симона де Бовуар     Шарль Бодлер     Вольтер

Во Франции литература была, и продолжает быть, движущей силой философии. Париж - благодатная почва для новых идей, философий и движений, которые когда либо видел мир.

Известные французские писатели

Известные французские писатели сделали неоценимый вклад в мировуюлитературу. От экзистенциализма Жан-Поль Сартра до комментариев обобществе Флобера, Франция хорошо известна явлением миру примеровлитературных гениев. Благодаря множеству известных высказываний, которыецитируют мастеров литературы из Франции, существует большая вероятностьтого, что вы очень хорошо знакомы, или по крайней мере слышали, опроизведениях французской литературы.

На протяжении веков многие великие литературные произведения появлялисьво Франции. Хотя этот список вряд ли всеобъемлющ, он содержит некоторыхиз величайших литературных мастеров, которые когда-либо жили. Скореевсего вы что вы читали или хотя бы слышали об этих известных французскихписателях.

Оноре де Бальзак, 1799-1850

Бальзак - французский писатель и драматург. Одна из его самых известныхработ «Человеческая комедия», стала его первым реальным вкусом успеха влитературном мире. На самом деле, его личная жизнь стала больше попыткойпопробывать что-то и потерпеть неудачу чем реальным успехом. Он, помнению многих литературных критиков, считается одним из«отцов-основателей» реализма, потому что «Человеческая комедия» былакомментарием всех аспектов жизни. Это - собрание всех работ, которые оннаписал под своим именем. Отец Горио часто приводится в курсахфранцузской литературы как классический пример реализма. История КороляЛир, произошедшая в 1820-х годах в Париже, книга «Отец Горио» являетсяБальзаковским отражением общества, любящего деньги.

Сэмюэл Беккет, 1906-1989

Сэмюэл Беккет на самом деле ирландец, однако, он в большей частью писална французском, потому что жил в Париже, переехав туда в 1937 году. Онсчитается последним великим модернистом и некоторые утверждают, что он -первый постмодернист. Особенно выдающимся в его личной жизни былоучестие во французском Сопротивлении во время Второй мировой войны,когда он находился под немецкой оккупацией. Хотя Беккет много издавался,он больше всего своим театром абсурда, изображенном в пьесе En attendantGodot (В ожидании Годо).

Сирано де Бержерак, 1619-1655

Сирано де Бержерак больше всего известный по пьесе, которая быланаписана о нем Ростаном под названием «Сирано де Бержерак». Пьесуставили и по ней снимали фильмы много раз. Сюжет хорошо знаком: Сиранолюбит Роксану, но прекращает ухаживания за ней чтобы от имени своего нестоль красноречивого друга читать ей свои стихи. Ростан скорее всегоприукрашает реальные характеристики жизни де Бержерака, хотя тотдействительно был феноменальным фехтовальщиком и восхитительным поэтом.Можно сказать, что его поэзия более известна, чем пьеса Ростана. Поописаниям он имел чрезвычайно большой нос котором очень гордился.

Альбер Камю, 1913-1960

Альбер Камю - автор алжирского происхождения, который получилНобелевскую премию по литературе в 1957 году. Он был первым африканцем,который такого достиг, и вторым самым молодым писателем в историилитературы. Несмотря на то, что его связывают с экзистенциализмом, Камюотвергает любые ярлыки. Самые известные его два романа абсурда:L'Étranger (Незнакомец) и Le Mythe de Sisyphe (Миф о Сизифе). Он был,пожалуй, больше всего известен как философ и его работы - отображениежизни того времени. На самом же деле он хотел стать футболистом, нозаболел туберкулезом в возрасте 17 лет и был прикован к постели втечение длительного периода времени.

Виктор Гюго, 1802-1885

Виктор Гюго назвал бы себя прежде всего гуманистом, который использоваллитературу для описания словий жизни человека и несправедливостиобщества. Обе эти темы легко просматриваются в двух его самых известныхработах: Les misèrables  (Отверженные), и Notre-Dame de Paris (СоборПарижской Богоматери известно так же по популярному названию - Горбун изНотр-Дама).

Александр Дюма, отец 1802-1870

Александр Дюма считается самым читаемым автором в французской истории.Он известен своими историческими романамы, которые описывают опасныеприключения героев. Дюма был плодовитым в писательстве и многие из егорассказыв пересказывают и сегодня:    Три мушкетера    Граф Монтекристо    Человек в железной маске    Щелкунчик (прославившийся через балетную версию Чайковского)

Гюстав Флобер 1821-1880

Его первый опубликованный роман, Мадам Бовари, стал, пожалуй, самойизвестной его работой. Первоначально он был опубликован в виде серииновел, а французские власти подали судебный иск против Флобера забезнравственность.

Жюль Верн 1828-1905

Жюль Верн особенно известен потому являлся одним из первых авторов,писавших научную фантастику. Многие литературные критики даже считаютего одним из отцов-основателей жанра. Он написал много романов, вотнекоторые из наиболее известных:     Двадцать тысяч лье под водой     Путешествие к центру Земли     Вокруг света за 80 дней

Другие французские писатели

Есть еще много других великих французских писателей:

     Мольер     Эмиль Золя     Стендаль     Жорж Санд     Мюссе     Марсель Пруст     Ростан     Жан-Поль Сартр     Мадам де Скюдери     Стендаль     Сюлли-Прюдом     Анатоль Франс     Симона де Бовуар     Шарль Бодлер     Вольтер

Во Франции литература была, и продолжает быть, движущей силой философии.Париж - благодатная почва для новых идей, философий и движений, которыекогда либо видел мир.

prvigroup.ua

Французская литература конца XIX – начала XX века - Литературные статьи - Литература - Каталог статей

Французская литература конца XIX – начала XX века

Историческая обстановка

Художественная мысль Франции уже с 1830 г. развивалась в условиях борьбы буржуазии с пролетариатом. Эта борьба с годами все более и более обострялась, принимая временами открытый характер, когда пролетариат и буржуазия противостояли друг другу с оружием в руках.

Июньское восстание 1848 г. В. И. Ленин охарактеризовал как первую великую гражданскую войну между пролетариатом и буржуазией, как первое геройское восстание против буржуазии.

Буржуазия искала сильной руки, способной утвердить ее экономическое и политическое господство. Через несколько лет после установления Второй республики Франция была провозглашена империей и на престол был возведен племянник Наполеона, Луи Бонапарт, под именем Наполеона III, «Наполеон маленький», как окрестил его Виктор Гюго. «...Классовая борьба во Франции создала условия и обстоятельства, давшие возможность дюжинной и смешной личности сыграть роль героя», — писал Маркс 1 2.

 

Около 20 лет просуществовала Вторая империя. Полицейские репрессии против рабочего движения, против деятелей I Интернационала, против всякой свободолюбивой мысли — такова внутренняя политика Наполеона III. Многочисленные агрессивные войны характеризуют его внешнюю политику. В 1853—1856 гг. Франция участвует в Крымской войне против России, в 1856—1858 гг. вкупе с Англией она выступает против Китая. Военные экспедиции с целью захвата новых колоний (в 1860—1861 гг. — в Сирию, в 1862—1867 гг. — в Мексику) и, наконец, франко-прусская война 1870—1871 гг. — вот бесславные и мрачные эпизоды ее истории.

 

В результате последней войны Наполеон III вместе с армией оказался в плену у неприятеля. Немцы захватили значительную часть Франции, осадили Париж.

Правительство, объявившее низложение Наполеона III, ликвидацию империи и установление Третьей республики, больше боялось французского рабочего, чем немецкого солдата. Оно торопилось капитулировать, с тем чтобы использовать прусских захватчиков для подавления назревающего народного восстания. 18 марта 1871 г. правительственные войска пытались обезоружить рабочих. Этого им не удалось сделать, и тогда впервые в истории рабочий класс Франции сверг власть буржуазии. 28 марта 1871 г. была провозглашена Парижская коммуна. Лидеры буржуазии во главе с Тьером сумели со-_брать контрреволюционные силы. Парижская коммуна была разгромлена.

 

Дальнейшая история Франции характеризуется постепенным переходом к концу XIX в. капитализма в новую фазу — империализм. Идет концентрация капиталов. Возникают крупнейшие монополистические объединения. В 90-х годах Франция захватила колонии в Африке, Западный Судан, Мадагаскар, Дагомею. Позднее начались военные операции против Марокко.

 

Борьба между пролетариатом и буржуазией не прекращается. Демократические силы и силы реакции вступают в конфликты по различным поводам. Не всегда участники политической борьбы ясно осознают свою роль в этой борьбе. Так, в конце 90-х годов XIX в. возникает широкий политический конфликт вокруг так называемого дела Дрейфуса. Эмиль Золя, Жан Жорес, Анатоль Франс, поднявшие свои голоса в защиту еврея Дрейфуса, офицера, ложно обвиненного в шпионаже, по сути дела боролись против реакционной военщины, против национализма, против политической реакции.

 

Обстановка была накалена. Франция стояла на пороге революции. «...Достаточно оказалось такого «неожиданного» и такого «мелкого» повода, как одна из тысяч и тысяч бесчестных проделок реакционной военщины (дело Дрейфуса), чтобы вплотную подвести народ к гражданской войне!» — писал В. И. Ленин *.

 

Революция 1905 г. в России оказала огромное влияние на французский пролетариат. По стране прокатилась волна забастовок и стачек. Анатоль Франс возглавил в качестве председателя «Общество друзей русского народа». В то же время французское правительство поспешило на выручку царизму: Николай II получил солидные кредиты.

 

«Происходит удивительная перемена в понятиях и идеях. В 1789 году наши братья преподали Европе урок буржуазной революции, а ныне русские пролетарии в свою очередь дают нам уроки революции социалистической», — писал Анатоль Франс в 1905 г.

В 1914 г. началась первая мировая война. Она закончилась «пушением единой мировой капиталистической системы, возникновением в октябре 1917 г. на одной шестой части земного шара первого социалистического государства.

Развитие литературы

В 1850 г. Франция потеряла Бальзака.

 

За восемь лет до того умер Стендаль. Виктор Гюго удалился в изгнание. До французов доносился его гневный голос из-за рубежа. Он призывал к мщению («Возмездие»), к борьбе за утраченную свободу. Мериме, друг Евгении Монтихо, жены Наполеоца III, приближенный ко двору, сенатор, молчал. Жорж Занд вдали от столицы, в своем имении, занималась разведением цветов и, как добрая бабушка, рассказывала милые сказки о галантных нравах XVII столетия. В театрах шли не претендующие на социальную остроту пьесы Дюма-сына, Ожье, Лабиша. Давно замолкли литературные споры романтиков и классицистов.

 

В литературу пришли новые люди. Новые социальные, философские, художественные проблемы встали на очередь дня. Повествовательная проза по^Йрёжнему, как и в дни Бальзака, занимает первое место. Однако и поэзия в лице парнасцев, а потом символистов составляет значительный элемент духовной жизни французского общества.

 

Буржуазия попала под обстрел критики с первых же дней ее господства. Стендаль и Бальзак, величайшие мастера реализма, разоблачили ее образ жизни, мыслей и чувствований, с откровенным презрением к ней, с неприкрытой иронией.

 

Социальные конфликты эпохи были немедленно отмечены на страницах реалистического романа. Стендаль («Люсьен Левен»), Бальзак («Утраченные иллюзии») показали уже первые столкновения между пролетариатом и буржуазией. Позднее классовая борьба все более будет привлекать к себе внимание художников. Роман Золя «Жерминаль»—одно из сильнейших художественных произведений, живописующих эту борьбу.

 

С годами презрение демократических писателей к буржуазии усиливалось. Если Стендаль и Бальзак использовали «трагическую сцену» для разоблачения ее пороков, а Бальзак прибегал иногда и к известной героизации гобсеков и гранде, то Флобер и Мопассан низводят ее на сцену «мещанского фарса» и оставляют на ее долю только насмешку. Аптекарь Омэ («Госпожа Бовари») безымянный герой «Лексикона прописных истин»—таким предстает перед читателем образ буржуазии.

 

Писатель Альфонс Додэ в романе «Необычайные приключения Тартарена из Тараскона» осмеял претензии буржуа на «величие», на героизм. Буржуа Бальзака и Стендаля мрачен и трагичен, буржуа Альфонса Додэ жалок и смешон. Критическая оппозиционная по отношению к буржуазии линия Стендаля, Бальзака, Флобера, Мопассана, Золя, Франса, Ролдана—единая литературная и политическая традиция.

 

Однако следует помнить, что очень мало было во Франции писателей и поэтов, которые откровенно поддерживали буржуазию: Морис Баррес и Поль Адан, Пьер Лоти и Клод Фаррер, да несколько фигур еще меньшего масштаба. Даже Марсель Пруст, буржуа по рождению, по родственным связям, по образу жизни, считает.своим долгом презирать буржуазию.

 

Мопассан, Золя, Франс, Роллан критикуют буржуазию во имя прогресса, во имя демократических идеалов, гуманизма, словом, во имя всех тех здоровых человеческих идей и чувств, которые всегда шли от широких народных масс. Великие мастера французского романа, честные мыслители, гуманисты не могли не любить народ, не замечать его нужд, не печалиться за него.

 

Когда вышла в свет первая часть трилогии «Жак Вентра» Жюля Валлеса—«Дитя», повествующая о детстве человека из народа, о нищете, грубости, побоях, и официальная Франция негодовала на автора, не желая видеть ужасную правду жизни, Эмиль Золя возвысил свой голос в защиту писателя-революционера. Он писал о том, что «этот простой рассказ переворачивает всю душу», что «детство тысяч французов точно такое же», что «это повседневная, реальная правда». Когда потом вышла в свет вся трилогия, Зрля упрекал Жюля Валлеса за увлечение политикой, но и тогда он не мог не отметить в авторе «Жака Вентра» «революционный темперамент, непримиримость натуры бунтаря и глубокую любовь к народу, к рабочим и обездоленным». «Он не только сочувствовал им, но и боролся, сражался за них», — писал Золя.

 

Много ложного в философствованиях братьев Гонкуров, в их утонченном эстетстве, в их мрачном взгляде на мир, в их вере в какую-то загадочную, непостижимую и неодолимую биологическую силу, фатально доминирующую над волей человека, но они, братья Гонкуры, открыли двери в большую литературу для бедняка, для обездоленного, они показали потрясенному читателю страшные картины жизни бедняка, его страданий, не только физических, но и нравственных. «...Неужели то, что именуется «низшими классами», не может притязать на роман? Неужели... народ должен оставаться под литературным запретом и в пренебрежении у писателей, до сих пор сохранявших молчание об его душе и сердце?» — писали они в предисловии к роману «Жермини Лясерте».

 

Творческая манера, у каждого великого романиста оригинальна. Золя присущи обстоятельность и строгость, Ромен Ролдану — задушевный лиризм, Анатолю Франсу — тонкая ирония. Много различий мы найдем в их философских и политических убеждениях. Но одно у них едино — гуманизм и демократизм в самом высоком значении этих слов.

Большое влияние на научную и художественную мысль Франции рассматриваемого периода оказала философия Огюста Конта (1788—1857).

 

Огюст Конт, назвавший свою философию позитивной (положительной, реалистичной), положил начало культу науки. Проповедуя уважение к достоверному факту, он вместе с тем полагал, что факты в их единичной конкретности представляют собой какую-то ценность, всякая же попытка сделать из них обобщения — пустая затея. Исследование сводилось им в сущности к бесцельному описательству. У науки отнималась главная ее цель — поиск закономерностей.

 

«... Все попытки, сделанные в течение последних двух веков для получения всеобщего объяснения природы, привели только к окончательному дискредитированию этого предприятия... Основательное исследование внешнего мира представило его гораздо менее связным, чем это предполагает иди желает наш ум» *.

 

В области социологии О. Конт провозгласил охранительные принципы, полагая необходимым сохранение и укрепление буржуазного миропорядка. «...Природа нашей цивилизации, очевидно, не позволяет пролетариям надеяться и даже желать сколько-нибудь значительного участия в политической власти в собственном смысле этого слова» 2, — писал он.

 

Конт сочувствует пролетариям, но задачей своей считает укрепление существующего буржуазного миропорядка, правда, пытаясь моральной проповедью возбудить у буржуа добрые чувства к народу. «... Положительная школа стремится, с одной стороны, укреплять все современные прерогативы власти за их обладателями и, с другой, налагать на последних моральные обязанности, все более и более соответствующие истинным моральным потребностям народов».

 

«Конт известен парижским рабочим как пророк империи (личной диктатуры) в политике, господства капиталистов в политической экономии, иерархии во всех сферах человеческой деятельности, даже в сфере науки, и как автор нового катехизиса с новым папой и новыми святыми вместо старых», — писал Маркс в подготовительных работах к «Гражданской войне во Франции» 3.

 

Огюст Конт выдвинул тезис, породивший немало заблуждений в умах тех писателей, которые примкнули к философии позитивизма, — тезис о физиологическом факторе в истории. «Общественное явление, как явление человеческое, должно быть отнесено к числу явлений физиологических», — заявил он. Различные теории наследственности, биологизма проникли в искусство с легкой руки О. Конта.

Натурализм

Во второй половине XIX столетия во

 

Франции родилось направление, получившее в истории искусства наименование «натурализм».

 

Французы начинают историю натурализма с Флобера, причисляя к натуралистическому направлению Мопассана, Золя, братьев Гонкуров, Шантфлери.и Дюранти. Советское литературоведение признает за Флобером, Мопассаном, Золя право на звание великих реалистов, продолжающих традиции Стендаля и Бальзака. Однако черты натуралистического метода с большей или меньшей отчетливостью проявляются в творчестве этих писателей — меньше у Флобера и Мопассана, в большей степени у Золя, который к тому же признается и теоретиком натурализма. Натуралисты называли себя первооткрывателями нового вида искусства, искусства, связанного только с фактом. Если, как полагали они, все предшествующее искус-Тзтво служило красоте, то новое искусство должно служить истине. Поэтому — никакого произвола художника, никакого отбора, никаких запретных тем для искусства! Добродетель и порок одинаково важны для художника. Пусть же перо писателя, кисть живописца, резец скульптора запечатлеют природу, как она есть, «неумытую», неприкрашенную. Философским основанием теории натурализма послужил позитивизм Огюста Конта.

 

Многих привлекала к позитивизму вера в науку, которую провозглашал Конт, уважение к достоверным фактам. «Наука и искусство готовы смешаться воедино», — писал парнасец Леконт де Лиль в предисловии к «Античным поэмам» (1857). По научным методам работает Флобер, стремящийся проти-врпоставить лирическому элементу искусства объективную достоверность факта. Ему следовал Мопассан.

 

«Пионерами натурализма» Золя называл писателей Дюранти и Шантфлери. Последние ввели в литературный обиход термин «реализм», но то, что понимали оба эти писателя под «реализмом», укладывается целиком в понятие «натурализм», т. е. в кропотливое нанизывание мелких фактов жизни на сюжетную нить. Писатели братья Гонкуры, Эдмон (1822—1896) и Жюль (1830—1870), заявляли, что они не хотят идти за пределы реального факта, что, подобно ученым, они изучают «человеческие документы». Однако факт, взятый в отдельности, вне его связи с общим, типичным, закономерным, далеко уводил писателей от истины, во. имя которой они боролись. В романе «Жермини Лясерте» братья Гонкуры описали анормальное поведение одной служанки, «клинику любви», случай из ряда вон выходящий. В романе «Г-жа Жервезе» описан подобный же исключительный случай болезненного состояния психики, своеобразный религиозный психоз.

Большие мастера импрессионистического стиля, талантливые писатели братья Гонкуры, бесспорно, дали бы литературе гораздо больше, если бы не их ложная эстетическая концепция. Так, роман «Братья Земганно», написанный уже одним Эдмоном, хотя в замысле его принимал участие и Жюль, покоряет лирической задушевностью в описании самых возвышенных, самых благородных чувств. Искусство перешагнуло здесь рамки сухой и ложной теории.

 

Позитивизм Конта наложил свою печать и на исторические, историко-литературные и эстетические труды Ипполита Тэна (1828—1893). Его сочинения «Происхождение современной Франции», «История английской литературы», «Философия искусства» поражают огромным количеством изученных фактов. Однако систематизация этих фактов весьма сомнительна. В предисловии к «Истории английской литературы» Тэн указывает на три фактора, движущие историю и формирующие культуру: раса, среда и момент. Раса — наследственность, биологический фактор, влияющий на все стороны жизни человека и общества. Среда («историческая, социальная, физическая») — социальные отношения, географическое положение, климат. Момент — определенный этап в истории жизни человека и общества.

 

Человек, по пессимистическому заключению Тэна, никогда не свободен от животных инстинктов, он — зверь, лишь покрытый тонким слоем позолоты цивилизации. Поскребите позолоту — и перед вами окажется зверь доисторических времен. Время его не изменило. Он остался внутренне таким же, каким был в пещерный период своей истории.

 

.Э^иль Золя создал теорию натурализма («Экспериментальный роман», 1879) и проиллюстрировал свои эстетические принципы творческой практикой.

 

Какие же принципы натурализма провозглашает Золя?

 

  1. Отказ от вмешательства художника в политику и от обобщений. «Я не хочу, подобно Бальзаку, быть моралистом, политиком, философом. Я хочу быть ученым, изучать факты, изображать их — вот и вся моя задача», — рассуждал Золя. В предисловии к серии романов «Ругон-Маккары» он писал: «Рисуемая мной действительность — простой анализ куска действительности, какой она есть». (Заметим:               «объективность», о какой мечтали Флобер и Золя, не удалась ни тому, ни другому.)
  2. Обращение литературы к запретным темам. Художники избегали писать о патологии, теперь ей нужно открыть широкую дорогу в роман, пьесу, поэму. И Золя, а вслед за ним и другие писатели пишут целые клинические исследования.
  3. Историю человеческого общества, по мнению Золя, следует рассматривать прежде всего как физиологический процесс и так ее следует изображать в искусстве. Поэтому Особый интерес писателя вызывает проблема наследственности. Темы физиологии, патологии, наследственности нашли себе место в его широкой панораме нравов * Ругон-Маккары».

 

Теория натурализма принесла несомненный вред французской литературе, и в первую очередь самому Золя. Большой художник, он постоянно вырывался из прокрустова ложа своей теории, и когда он это делал, то становился великим Золя, достойным последователем Бальзака и Стендаля. Когда же он, следуя своей ложной теории, создавал произведения, подобные .романам «Человек-зверь» или «Земля», то лучшие люди его времени, при всем уважении к его таланту, не могли не порицать его (см. рецензию Анатоля Франса на роман Золя «Земля»).

Декадентство

 

 

С указанной эпохой истории литературы связывают понятие «декаданса» или «декадентства». Слово «декаданс» (франц. decadence — упадок, разложение) в применении к культуре ввел в речевой обиход, и отнюдь не в отрицательном значении, Теофиль Готье. Поэт-романтик, он находил особое очарование в культуре поздней античности (античном декадансе), его привлекали изящный аморализм, утонченное эстетство, сумеречные настроения, этакое красивое и меланхолическое taedium vitae (лат. «неприятие жизни»). Позднее этот термин уже с отрицательной эмоциональной окраской стал применяться для наименования всех болезненных явлений в культуре. К декадентам стали относить как философов (Ницше, Шопенгауэра, Бергсона), так и деятелей искусства — поэтов, писателей, художников, причем часто самых различных школ и групп, самых различных эстетических систем (парнасцев, символистов, модернистов первых десятилетий XX в., даже натуралистов). Плеханов охарактеризовал декадентство как «бледную немочь» буржуазии, как выражение упадка и загнивания буржуазной общественной системы.

 

Вся сложность вопроса заключается в том, что те люди, которых относят к декадентам, отнюдь не являлись апологетами буржуазии. Они всячески отмежевывались от нее.

 

Группа «Парнас» сформировалась несколько ранее того периода, который рассматривается в настоящей главе, однако она так тесно связана с последующим этапом развития французской литературы, что обойти ее молчанием нельзя. Группа «Парнас» начала создаваться в пятидесятых годах XIX столетия. Литературная традиция тесно связывает ее с реакционными романтиками начала века; правда, поэты-парнасцы Бодлер, Леконт де Лиль, Теодор де Банвиль, Жозе-Мариа Эредиа, Катулл Мендес и другие отрицали эту связь. Парнасцы порицали романтиков за лиризм, за «эгоизм» (сосредоточенность на себе), за небрежность формы. Парнасцы провозгласили, наоборот, культ формы и объективизм поэта. Здесь они отдавали дань позитивизму Огюста Конта.

 

Парнасцы объявили о своей приверженности к культу чистого искусства. Иногда тезис искусства для искусства отождествлялся с призывом к освобождению искусства от опеки буржуазного государства. Однако у парнасцев культ чистого искусства превратился в пессимистическое отрицание смысла Жйзни, в презрение к действительности, в призыв к технической виртуозности стиха.

 

Для искусства цели нет — это лишь игра, забава, наслаждение, это своеобразный наркоз, позволяющий забыть ненавистную действительность. «Рифма — золотой гвоздь. Он украшает стих, скрепляя с ним мечту поэта», — писал Теодор де Бан-виль.

 

Искусство, по мнению парнасцев, — дитя праздности. Прекрасное'— антипод полезного. «Когда вещь становится полезной, она перестает быть прекрасной... Живопись, скульптура, музыка не служат абсолютно ничему», — писал Теофиль Готье.

 

Писатели и поэты группы «Парнас» — пессимисты. Кошмарные видения наполняют поэтическое воображение большинства из них: обезглавленные трупы, заживо разлагающиеся от венерических болезней люди, мертвецы, выходящие из могил, и т. д.

 

Эстетические принципы парнасцев противоречивы. С одной стороны, они требуют документальной точности в описании явлений, провозглашают культ науки, низводя художника до уровня простого регистратора страстей и событий. С другой — отрицание всякой точности, любовь ко всему неясному, неуловимому, подсознательному, культ чистого искусства. Художник здесь — жрец, великий служитель непостижимого.

 

Горький называл группу «Парнас» «холодной школой, щеголяющей своим бездушным объективизмом, мраморной красотой формы и не признающей ничего выше ее» 1.

 

Поэты-парнасцы обладали бесспорным талантом. Они могли бы много дать людям, когда бы не чувствовали себя обреченными, «иностранцами» на своей земле, когда бы уверовали в светлое будущее человечества. Бодлер, их главный дирижер, тосковал по юности мира, искренне веря, что мир дряхл, что мир гибнет и что гибель эта фатально неизбежна:

 

И мы завидуем с мучительной тоской

Далекой юности, наивной и святой,

Той светлой юности, простой и непорочной,

Со взором голубым ясней воды проточной,

Богатой песнями, беспечной, как цветы,

Струившей аромат любви и красоты!

Поэты-символисты

Вслед за парнасцами в литературу Пристли символисты, их кровные родственники, «сыновья» Бодлера и его соратников. Между «отцами» и «детьми» возникли некоторые разногласия, но они не так

значительны.

 

Поль Верлен (1844—1896), Артюр Рембо (1854—1891), Стефан Малларме (1842—1898) составляют основное ядро символизма. Они зачинатели символистского движения. Первые камни символизма они заложили вскоре после Парижской коммуны, в 1871—1873 гг. Символизм как литературное течение оформился, однако, позднее, когда вокруг теоретика его, Малларме, собралась группа молодых поэтов (Дюжарден, Анри де Ренье и др.). В 1886 г. в газете «Фигаро» был напечатан «Манифест символизма».

 

Идейные позиции символистов мало чем отличаются от позиций парнасцев. Те же декадентские мотивы отчаяния, неверия в силы человеческие, та же тоска, те же мрачные образы.

Туман сновиденья

Смыкает мне вежды,

Засните, стремленья,

Засните, надежды!

 

Как в склепе могилы,

Мне тяжко сознанье...

Утрачены силы...

Молчанье!., молчанье!.. —

пишет Верлен. В знаменитом стихотворении Малларме «Лебедь» воспевается одиночество поэта. Страшная, безысходная тоска звучит в каждом слове стиха. Шея лебедя колеблет «белеющую смерть», крылья его сжаты в «ужасы пространства». Все мрачно вокруг. А где же хорошо? Где же можно жить? На это не ответят даже мечты поэта.

 

Верлен печатает в начале 80-х годов очерки «Проклятые поэты». Парнасцы писали о «детях сатаны», символисты именуют себя «проклятыми». Рембо посвящает свою книгу «Озарения» — «Дорогому Сатане, покровителю писателей».

 

Однако Рембо и Верлен, при всем их преклонении перед парнасцами (Рембоназывал Бодлера «королем поэтов»), критически судят эстетическую программу своих предшественников. Идеал парнасцев пластичен. По мнению символистов, они слишком много внимания уделяли внешнему лику вещей. С холодной точностью рисовали они мир, не пытаясь проникнуть в таинственную внутреннюю сущность вещей. Парнасцы близки к позитивизму, с его педантичной привязанностью к факту.

 

Символисты стремятся проникнуть в тайны мира, выразить невыразимое. Это можно сделать в поэзии только при помощи символа, рассуждали символисты. «...В истинно художесственном создании за внешним конкретным содержанием должно скрываться иное, более глубокое. На место художественного образа, определенно выражающего одно явление, они (символисты. — С. А.) поставили художественный символ, таящий в себе целый ряд значений», — писал русский поэт В. Брюсов Ч

 

Мы видим здесь первые контуры философской концепции Бергсона. Правда, до Бергсона еще далеко, но уже существовал Шопенгауэр. Его пессимизм, его эстетический мистицизм входят в моду в Европе после революций 1848 г. Искусство -для Шопенгауэра — «оазис в пустыне жизни», оно дает истинное познание мира. Художник путем эстетической интуиции достигает совершенного знания. Из всех видов искусства самое возвышенное для Шопенгауэра — музыка, только она может проникнуть в сущность вещей.

 

Подобные рассуждения импонировали символистам. Не художественный пластический образ должен доминировать в поэзии, как это было у парнасцев, а музыкальный символ, полагали они. Долой логическую ясность стиха, да здравствует загадочный смысл звуков!

 

Символисты много размышляют о музыке стиха и достигают большого мастерства в создании поэтических мелодий. Особой славой пользуется стихотворение Верлена «Осенняя песня», где искусно подобранные аллитерации и ассонансы создают неотразимое очарование:

 

Les aanglots longs Des violons

De l’automne Blessent mon coeur D’une langueur

Monotone .

Верлен издал книгу стихов «Романсы без слов», где с изумительным талантом рисует свои чувства в неопределенных, нечетких, зыбких очертаниях мелодии стиха.

Поэтика Верлена (стихотворение «Поэтическое искусство») полна прославления «неясного», «зыбкого», «растворимого» как главного элемента поэзии. Он учит поэта «любить.странные черты» слов.

Мистический мир звуков, по мысли символистов, уносит человека в беспредельное, в потустороннее, туда, куда не проникает бескрылая логика, строгая человеческая мысль.

 

О, музыка всегда и снова!

 

Стихи крылатые твои Пусть ищут за чертой земного Иных небес, иной любви.

 

Поэты стремились передать лишь смутные чувства, впечатления, иногда они сами не понимали того, о чем хотели сказать. Иногда они пытались искусственно вызвать сомнамбулические грезы, галлюцинации. Рембо прибегал к наркотикам.

 

Подобно парнасцам, символисты упивались изображением отвратительного. Правда, парнасцы любили безукоризненную правильность речи, классическую ясность фразы, изысканную утонченность эпитета. Символисты грубо попирали «аристократизм» поэтической речи. Они вносили в свои стихи уличные «вульгаризмы», издевались над той «красотой», которую воспевали парнасцы (Рембо, «Искательницы вшей»). «Однажды вечером я посадил Красоту к себе на колени. Она показалась мне горькой. И я оскорбил ее...» — писал Рембо («Оза^ рения»).

 

Нигилистическое бунтарство символистов распространялось и на вопросы морали. Они, так же как и парнасцы, ненавидели вкусы и понятия самодовольной буржуазии. Но что же они противопоставили лицемерной морали буржуа? Ничего, кроме отрицания вообще всякой морали.

 

Кончилось все это очень печально. Юный Рембо, создавший несколько поэтических шедевров, которыми ныне гордится Франция, бросил перо, не достигнув еще и двадцати лет. Чтобы дать русскому читателю хотя бы приблизительное представление о таланте Рембо, приведем одно его стихотворение («Спящий в ложбине») в великолепном переводе Антокольского:

 

...Молоденький солдат с открытым ртом, без кепи,

 

Всей головой ушел в зеленый звон весны.

 

Он крепко спит. Над ним белеет тучка в небе.

 

Как дождь, струится свет. Черты его бледны.

 

Он весь продрог и спит. И кажется — спросонок Чуть улыбается хворающий ребенок.

 

Природа, приголубь солдата, не буди!

 

Не слышит запахов и глаз не поднимает И в локте согнутой рукою — зажимает Две красные дыры меж ребер, на груди.

 

Приехав в Париж еще мальчиком, Рембо бродил по местам недавних баррикадных боев, восторгаясь героизмом коммуна -ров, ненавидя сытых буржуа, душителей Коммуны. Он пишет чеканно-ритмичный «Вольный гимн Парижа», создает волнующий образ девушки-коммунарки («Руки Жанны-Мари»), Коммуна разгромлена, потоплена в крови, коммунары расстреляны, отправлены на каторгу, удалились в эмиграцию. Рембо в письме от 10 июля 1871 г. просит уничтожить его стихи о коммунарах. Тема социальной борьмы сменяется темой «трансцендентальных постижений». Рембо уходит в эстетизированную символику. В стихах появляются «мистические порывы и стилистические выверты», «софизмы сумасшествия». Так он сам позднее характеризовал свою поэзию.

Потом наступает разочарование в поэзии («Искусство — это глупая выдумка»), обращение к прозе жизни («обязанность искать работу»), поездки на Восток в качестве торгового агента и, наконец, скупая запись в книге одной из больниц Марселя: *10 ноября 1891 года в возрасте 37 лет скончался негоциант Рембо».

 

Таков путь поэта.

 

Печальна судьба и старшего друга Рембо — Поля Верлена. «Король» символистов, он не мог найти издателя для своих произведений, жил нищим, часто презираемым и умер так же, как его друг Рембо, на больничной койке, одинокий, оставленный всеми.

 

Незадолго до смерти Верлена его видел Анатоль Франс и в статье «Поэт в больнице; Поль Верлен» написал о нем: «Ты мыкал горе, но ты никогда не лгал. Бедный самаритянин! Сквозь детский лепет и болезненные стоны тебе суждено было произнести божественно прекрасные слова».

Литература французского пролетариата

Французский пролетариат, оформляясь в класс, способный бороться за свои интересы, приобретал и своих философов и начал создавать свою культуру. Одним из видных деятелей революционного движения того периода был Луи Огюст Бланки (1805—1881).

 

Материалист и атеист, искренне уверовавший в конечную победу пролетариата, он всю свою жизнь беззаветно боролся с капитализмом. Его упорство не сломили тюрьмы, в которых он просидел десятки лет. Парижские коммунары избрали его заочно членом Коммуны (в это время он был в тюрьме).

 

Бланки полагал, что кучка интеллигентов-энтузиастов может, составив заговор и успешно его осуществив, захватить власть и построить социалистическое общество. В этом и заключалось его главное заблуждение. Все заговоры, которые организовывал Бланки, кончались провалом. Однако он всегда оставался несомненным революционером и горячим сторонником социализма, как охарактеризовал его В. И. Ленин *.

 

Истинную философию пролетариата создали Маркс и Энгельс. В их учении пролетариат осознал свое место в обществе, свои классовые интересы и задачи. Однако не сразу идеи Маркса проникли в среду французских пролетариев. Долгое время их и даже участников Парижской коммуны увлекала мелкобуржуазная философия Прудона, заклеймившего частную собственность словом «кража», резко критиковавшего систему эксплуатации бедняков, но вместе с тем призывавшего к гармонии классов и к уничтожению государства.

 

В I Интернационале представителями Франции были первоначально прудонисты, позднее они были замещены более радикально настроенными людьми, ставшими потом участниками Коммуны. Падение Коммуны, жестокая расправа вер-сальцев открыли глаза французским рабочим на прудонизм. «Коммуна была в то же время могилой прудоновской социалистической школы. Эта школа теперь исчезла из среды французских рабочих; здесь теперь безраздельно господствует теория Маркса...» — писал в 1891 г. Фридрих Энгельс ‘.

 

Французский пролетариат в XIX столетии не мог еще создать своей большой литературы. Однако даже в условиях господства буржуазии, исподволь, в тайниках, в подполье стала создаваться культура пролетариата. Достаточно было 72 дней государства рабочих Парижской коммуны, чтобы культура нового властелина французской столицы забила мощным ключом1 2. На парижских улицах звучала пролетарская песня, иногда даже на мотив старых песен революции XVIII столетия.

 

Десятки поэтов и писателей, среди которых известны имена Эжена Потье, Луизы Мишель, Жюля Валлеса, Леона Кладеля, с энтузиазмом выражали средствами художественного слова мировоззрение пролетариата.

Эжен Потье

Центральное место в поэзии коммунаров занимает знаменитый гимн революционного пролетариата, гимн нашей партии — «Интернационал». Созданный поэтом Эженом Потье в июне 1871 г., он получил всеобщее признание. «Коммуна подавлена... а «Интернационал» Потье разнес ее идеи по всему миру, и она жива теперь более, чем когда-нибудь...»—писал В. И. Ленин3 * 5. Музыку на слова Потье написал французский рабочий Пьер Дегейтер.

 

Гимн призывает к последнему бою с капитализмом, чтобы затем, уничтожив старый мир, построить новый и вчерашнего раба сделать властелином мира. Эжен Потье — марксист. И его песня свидетельствует о том, что марксизм уже глубоко проник в сознание масс. Идеи утопистов, мечтаюхцих о счастье бедняков и уповающих на «добрых» капиталистов, на бога, на одиночек-героев, отвергнуты. Пролетариат понимает теперь, что все материальные блага созданы его трудом и, следовательно, принадлежат только ему, что, отбирая их у парази-тов-богачей, он только «отвоевывает свое добро», грабительски у него захваченное.

 

Эжен Потье говорит в своей песне о войнах. Они нужны тиранам, народ же ищет только мира. Но войну грабительскую, несправедливую можно обратить в войну с угнетателями, с теми, кто затевает войны:

 

Убийцы, в вас тогда направим Мы жерла пушек боевых!

 

Эжен Потье утверждает в своей песне право пролетариата, «великой армии труда», владеть землей и всеми ее богатствами.

 

Наконец, философии заката, гибели, пессимизма, которая овладела сознанием буржуазии и окрасила в мрачные тона ее декадентскую культуру, поэт-коммунар противопоставляет оптимизм идущего к победе класса.

 

...если гром великий грянет Над сворой псов и палачей,

 

Для нас все так же солнце станет Сиять огнем своих лучей.                \

 

Само же название гимна «Интернационал» говорит о единении пролетариата всех стран мира.

 

Как видим, классовое сознание трудящихся было уже достаточно высоким. Трудящиеся Франции стали хорошо понимать лицемерие буржуазии, прикрывающейся боевыми лозунгами революции 1789—1794 гг. Поэт Жан Батист Клеман в песне «Свобода, Равенство, Братство» высокой патетике этих слов противопоставляет неприглядную реальность жизни.

 

Свобода,

 

Равенство,

 

Братство-

 

Нет хлеба, но есть либеральный Трезвон и слова без числа.

 

Старуха на рынке центральном Голодной вчера умерла.

 

Свобода,

 

Равенство,

 

Братство-

 

Риторика бесит пустая!

 

Пролетариату подстать

Республика только такая,

 

Чтоб с голода не умирать.

Революционер, революционер честный, самоотверженный. В декабре 1851 г. Валлес на баррикадах бьётся за республику. Во время Коммуны он редактор газеты «Крик народа», после падения Коммуны он бедствует в Лондоне, заочно приговоренный у себя на родине к смертной казни. Книги его полны ненависти к буржуазии. Свою жизнь Валлес описал в романе-трилогии «Жак Вентра» («Дитя», «Бакалавр», «Инсургент»).  ...Тридцать лет моей жизни... мои былые страсти и чувства, мои сегодняшние раздумья... Это книга битвы!» — так сам писатель охарактеризовал свою книгу.

Литература, непосредственно отражавшая настроение французского пролетариата, не могла, конечно, вызывать каких-либо симпатий у правящих кругов, но и анархические выходки парнасцев, символистов и позднее модернистов, эпатировавших буржуа как своим поведением в быту, так и в творчестве, встречали настороженное, а иногда и открыто враждебное отношение. Пессимизм, истерическая нервозность, моральная опустошенность, проникшие в искусство, пугали эти круги. В самой литературе возникли обратные тенденции.

Романская школа

С уходом из Ясизни Верлена и Малларме символизм, в сущности, прекратил свое существование. Новые люди (Жан Мореас, Франсуа Жамм, Поль Фор и др.), пришедшие в литературу, пытаются возродить классическую ясность писателей «великого века» (XVII столетия). Поэты отказываются от «свободного стиха» символистов и возвращаются к старым нормам французского стихосложения.

 

Писатель Шарль Моррас (1868—1953), который когда-то написал «Манифест символизма», теперь вместе с поэтом Жаном Мореасом пытается вдохнуть в поэзию утраченный «латинский» дух трезвости, внутренней собранности и моральной силы, создать «романскую школу».

 

Однако если в полемике о формальных качествах литературы представителям так называемого «неоклассицизма» удается кое-что противопоставить символистам, то изменить дух поэзии, избавиться от пессимизма им явно не под силу.

Лишь к мертвецам лицо обращено мое,

Я все не сговорюсь со славою своею,

 

Зерном моих борозд живится воронье,

Мне жатвы не собрать, хоть я пашу и сею, —

пишет в одном из своих стихотворений Жан Мореас.

 

Марсель Швоб (1867—1905), Анри де Ренье (1864—1936), Пьер Луис (1870—1925) стремятся в своих романах сохранить стилистическую четкость и ясность авторов XVII столетия, обращаются, подобно им, к античности. Но как далеки они от писателей XVII в. и как близки к. парнасцам Барбе д’Орееильи или Вилье де Лиль Адану! Индивидуализм, болезненная эротика, ♦постижение* непостижимого — все это пышным; цветом цветет в их творчестве.

 

Пьер Луис в романе «Афродита, античные нравы» (1896) с наслаждением изображает жизнь античных гетер. Сцены сладострастия и кровавых преступлений подаются здесь крупным планом, к вящему удовольствию любителей острых ощущений.

 

Морис Баррес (1862—1923), Поль Адан (1862—1920) проповедуют в своих романах откровенный эгоизм (трилогия Бар-реса «Культ Я»). Они стараются встряхнуть, расшевелить «на-цию-старца», вдохнуть в нее новые силы. Бодлер и Верлен говорили о декадансе, о «закате дряхлеющей цивилизации». Баррес и Адан не хотят мириться с этим закатом, Баррес пишет трилогию под названием «Роман о национальной энергии». Он заявляет, что моральный недуг общества порождается демократией. Пусть придет сильный, пусть подчинит нацию твердым принципам этики! — кричит во весь голос Морис Баррес.

 

Поль Адан обращается к «героической» поре буржуазии, к временам ее победных битв с феодализмом. Названия романов говорят об их главной идее — «Сила», «Дитя Аустерлица», «Солнце Июля». Республиканские и наполеоновские войны — вот славные вехи национальной истории, вот где нужно черпать моральные силы, по мнению Адана.

 

К подобной социальной философии примыкает и так называемый «колониальный роман» Пьера Лоти и Клода Фаррера.

 

Пьер Лоти (Жюльен Вио, 1850—1923) — офицер французского военно-морского флота, участник многих экспедиций — прославляет романтику далеких путешествий, экзотику Востока. В этих романах — яркие краски, роскошь экзотической природы, причудливые нравы («Азиаде», «Госпожа Хризантема», «Зеленая мечеть», «Последние дни Пекина» и др.).

 

Клод Фаррер (1876—1957) — ученик и последователь Лоти. Он тоже офицер флота. Он тоже славит колониализм, только, пожалуй, с .большей тенденциозностью и с меньшим талантом («Цивилизованные», 1905).

 

В сборнике рассказов К. Фаррера, объединенных под общим названием «Дым опиума», рисуются жуткие картины сновидений наркоманов. Автор с болезненным, поистине патологическим любопытством копается в психологии людей, одержимых страстью к опиуму. Ценность реальной жизни, разума, воли подвергается здесь сомнению. Не превыше ли всего на свете больная мечта курильщика? Этот вопрос возникает в уме читателя рассказов Фаррера.

Литературные группы модернистов

В конце XIX и в первые десятилетия XX в. во Франции появилось множество литературных групп. Литературоведение не выработало прочных терминов для наименования етих групп. Сами себя они называли «модернистами», полагая свое творчество последним словом нового искусства.

 

Известной популярностью в кругах этой художественной интеллигенции пользовалось имя Анри Бергсона, создателя философии интуитивизма. В книгах «Материя и память» (1896) и «Творческая эволюция» (1907) он изложил ее основные положения, а именно: интуитивное познание обходится без органов чувств, без ощущений И без логического способа мышления. Истина рождается сама собой как прозрение, как внезапное откровение ума. Интуицией, как и всем остальным в мир'е, управляет особая сила — «жизненный порыв» (elan vital), создавший и мир и все сущее в нем. Времени как объективной реальности нет. Есть лишь «длительность» (du-гёе), субъективное восприятие времени.

 

Позднее Бергсон высказался и по социальным вопросам («Два источника морали и религии», 1932), теоретически обосновывая необходимость религиозных чувств в человеке, неизбежность деления общества на аристократическую элиту и массы, необходимость насильственных мер государства — диктатуры и террора.

 

Судьба жестоко посмеялась над Бергсоном. Он дожил до фашистского террора во Франции и, уже умирающий, должен был явиться в немецкую комендатуру, чтобы получить нарукавную нашивку с желтой звездой. Только смерть избавила его от концлагеря.

 

Идеалистическая философия Бергсона с ее превознесением субъективистского принципа чрезвычайно импонировала настроениям, возобладавшим в умах некоторой части художественной интеллигенции. Всевозможные виды «деформации реальности» как проявления субъективности художника, предпринимаемые живописцами и литераторами, именовавшими себя «модернистами», наглядно иллюстрировали этот философский принцип Бергсона.

 

Поэты-модернисты (Гийом Аполлинер, Макс Жакоб, Андре Сальмон и др.) не отказывались от реализма и полагали даже, что, «деформируя реальность», они достигали большей художественной правды, входили в область «сверхреализма». «Когда человек решил подражать ходьбе, он создал колесо—■ предмет, не схожий с ногой. Это был бессознательный сюрреализм», писал Аполлинер.

Гийом Аполлинер ввел в литературу термин «кубизм», которым стали именовать его группу.

Во имя поисков «непостижимого», трансцендентального поэты обращаются к геометрии, ищут «четвертое измерение», открывающее путь в «космическую реальность». Фраза становится отрывочной, стиль приобретает телеграфный лаконизы. Образная система выдержана в -духе техницизма, эмоциональная ее окраска гнетуще мрачна.

 

Я выстроил свой дом в открытом океане,

 

В нем окна — реки, что текут из глаз моих,

 

И у подножья стен кишат повсюду спруты.

 

Тройные бьются их сердца и рты стучат в стекло, Порой быстрой,

 

Порой звенящей Из влаги выстрой Свой дом горящий!

 

Кладут аэропланы яйца.

 

Эй, берегись, уж наготове якорь!

 

Так писал Гийом Аполлинер. Поэты ищут новых форм стиха и вообще заявляют себя противниками всякой традиционности. Иногда их новшества выглядят озорством, желанием эпатировать обывателя. Аполлинер отказывается, например, от знаков препинания. Ненависть к буржуа-обывателю чрезвычайно выразительно проявляется в их творчестве. Альфред Жарри, старший друг Аполлинера, изображает буржуа в фарсе «Король Убу». Гротескный образ человека, вобравшего все отвратительные качества обывателя (обжорство, скупость, трусость, хитроумие и фанфаронство), вырастает до чудовищных размеров, становясь как бы карикатурой на все человечество, на весь мир, который представляется автору сплошной бессмыслицей и абсурдом. Буржуа-обыватель изображается прежде всего врагом искусства. Гийом Аполлинер в поэме «Убитый поэт» рисует жестоко-трагедийные картины избиения поэта камнями.

 

Поэты ищут решения социальных вопросов. Литературная группа, выступившая под названием «унанимистов» (Вильд-рак, Жюль Роман, Жорж Дюамель), пишет о социальной гармонии, духовном коллективизме, единодушии всего человечества. Это выглядит каким-то мистическим единодушием, всеохватывающим душевным магнетизмом.

Марсель Пруст (1871-1922)

Идеалистическая философия Бергсона нашла свое наиболее сильное выражение в творчестве Марселя Пруста, крупнейшего мастера французской прозы первых десятилетий XX века. «В поисках утраченного времени» — так называется огромный, пятнадцатитомный роман Пруста. Утраченное время! Вся наша реальная жизнь, по его мнению, есть утраченное время. Настоящая жизнь — в сновидениях, в грезах, в эстетической отрешенности от мира.

Писатель в самом деле удалился от людей, обил стены своего дома звуконепроницаемой пробкой, закрыл окна глухими ставнями и только по ночам принимал у себя нескольких близких друзей. Он пишет, оттачивая фразу, смакует давние впечатления, предается воспоминаниям об «утраченном времени». Бергсоновская теория «длительности» получает здесь художественное воплощение. Пруст пытается воспроизвести не мысль, а процесс, «поток» мысли и ощущений.

Перед читателем между тем проходит галерея типов — грубых, «неотесанных» буржуа и утонченных, рафинированных аристократов. Их характеризует неверие в идеалы, они презирают мораль. Пруст изобразил последнюю ступень моральной деградации своего класса. Дальше начиналось уже небытие, гибель; недаром один из романов этой пятнадцатитомной «эпопеи декаданса» назван символическими именами двух разрушенных библейских городов— «Содом и Гоморра».

www.winstein.org

прогулки по архивам ХХ века — Когита!ру

С любезного разрешения заслуженного профессора Сорбонны Вероник Жобер, воспроизводим ее рассказ о выставке в Париже и в Москве, а также эксклюзивно публикуем ее «франко-русский фельетон». 

23 февраля 2013 года я получил по электронной почте письмо от Вероник Жобер,  с которой имел удовольствие в минувшем году общаться на двух международных конференциях в Питере, а также на презентации книги писем О.A. Толстой-Воейковой 1931-1933 годов, под названием «Когда жизнь так дешево стоит» (В. Ж. – правнучка автора указанных писем; см. об этом ранее на Когита.ру: Семейная сага в письмах).

Вероник Жобер – историк и литературовед, а также один из ведущих французских  специалистов по России.

С разрешения автора, процитирую ее письмо:

«Совсем недавно вернулась из Москвы, где состоялось открытие выставки “Писатели и интеллектуалы Франции и России: прогулки по архивам ХХ-го века” после парижской выставки,  которую я курировала. Прилагаю список ссылок на это событие.

Хотелось откликнуться на Вашу последнюю рассылку (имеются в виду публикации на Когита.ру. – А. А.) , очень понравилась статья Смулянского “Народ и власть; кто кого формирует”.

А заодно посылаю мой последний франко-русский фельетон»»

Фельетон о клоуне, не осознающем себя таковым, приведу чуть позже. Сначала о выставке.

 

Информация ИТАР-ТАСС:

08.02.2013 | 14:42

Выставка «Писатели и интеллектуалы Франции и России: прогулки по архивам XX века» открывается сегодня в Москве. Экспозиция посвящена истории двух стран.

Как рассказала куратор (московской. А. А.) выставки Галина Кузнецова, специалист Государственного архива Российской Федерации, "выставка делает акцент на судьбах интеллигенции, на их восприятии событий, происходивших в послереволюционной России". Начинается экспозиция с документальных свидетельств французских журналистов и дипломатов Жака Садуля и Жозефа Нуленса о событиях 1917 года.

Значительный раздел посвящен вкладу русских эмигрантов в культуру Франции и творчеству, связанному с Россией, но созданному на чужбине. Это Зинаида Шаховская, Иван Шмелев, Борис Зайцев, Зинаида Гиппиус, Дмитрий Мережковский, Марина Цветаева, Константин Бальмонт, Александр Гинзбург. В свою очередь взгляд на СССР представляют французские писатели: Анри Барбюс, Ромен Роллан, Жан-Поль Сартр.

Выставка уже прошла в Париже в рамках перекрестного Года Россия - Франция. Российский вариант, по словам куратора экспозиции, дополнен разделом, посвященным науке. Архив Российской академии наук предоставил материалы о первой поездке советских ученых во Францию - в частности, физика Мстислава Келдыша, а также o приглашении в Советский Союз Фредерика Жолио Кюри.

Экспозицию иллюстрируют рисунки Алексея Ремизова, театральные афиши, картина Налбандяна "Встреча руководителей партии и правительства с интеллигенцией" 1957 года.

Выставка составлена на основе документов ГАРФ, общества "Мемориал", Государственного архива социально-политической истории, архива литературы и искусства, а также кинофотодокументов. Свои материалы предоставили Национальный архив Франции, Архив МИД Франции и Библиотека современной международной документации Франции.

Выставка "Писатели и интеллектуалы Франции и России: прогулки по архивам ХХ века" будет открыта в выставочном зале Федеральных архивов на Пироговке по 3 марта.

 

Из посольского сайта «Франция в России»:

С 9 февраля по 3 марта 2013 г. в Выставочном зале федеральных архивов, в рамках мероприятий, завершающих Год «Франция – Россия 2012: язык и литература» пройдет выставка ”Писатели и интеллектуалы Франции и России: прогулки по архивам ХХ века”. Хронологически экспозиция охватывает период с 1917 года по 1980-е годы.

Организаторы и участники не ставили перед собой задачу рассказать обо всём и ответить на все вопросы, возникающие при изучении такой многогранной и сложной темы как российско-французские культурные и интеллектуальные отношения в ХХ веке. Прежде всего, экспозиция рассказывает о взаимопроникновении и взаимовлиянии двух идеологий и двух культур, по-своему единых в своих противоречиях. Последнее отчасти объясняется тем, что творчество многих представителей французской и российской интеллектуальной элиты прошедшего века формировалось на стыке двух национально-культурных традиций.

Мировоззренческую и идеологическую составляющие этих отношений раскрывают следующие темы: французские журналисты и дипломаты о новой России (документальные свидетельства Жака Садуля и Жозефа Нуленса); русские писатели первой волны эмиграции и Дни русской культуры во Франции (Зинаида Шаховская, Натали Саррот, Серж Лифарь); советская «культурная дипломатия» и поездки французских писателей и интеллектуалов в СССР (Анри Барбюс, Ромэн Роллан, Жан-Поль Сартр); общество «СССР – Франция» и французские интеллектуалы - за укрепление мира между народами (Эльза Триоле, Пикассо и Луи Арагон); учёные Франции и России (П. Милюков, П.Струве, Н.Бердяев, Ф. Жолио-Кюри); Литературные процессы во Франции против «коммунистического режима СССР» (Виктор Кравченко, Давид Руссе); Н.С. Хрущев и советская интеллигенция. Советские диссиденты и самиздат (В. Козовой, А.Гинзбург, А.Синявский, Ю.Даниэль).

Литературные, философские и научные связи России и Франции выходят далеко за пределы представленных на выставке тем. Цель настоящей выставки, посредством документального архивного наследия двух стран, оживить в общественном сознании память о нашей общей истории, о преемственности и постоянстве российско-французского духовного и интеллектуального диалога.

Выставочный зал федеральных архивов. Москва, ул. Б. Пироговская, 17 Выставка работает с 9 февраля по 3 марта 2013 г. с 12:00 до 18:00. Выходные дни: понедельник, вторник

Организаторы: Федеральное архивное агентство, Государственный архив Российской Федерации,Французский Институт, при участии Национального архива Франции, Архива Министерства иностранных дел Франции, Библиотеки современной международной документации Франции, Российского государственного архива социально-политической истории, Российского государственного архива литературы и искусства, Российского государственного архива кинофотодокументов, Российского государственного архива новейшей истории Архива Российской академии наук, Государственного музейно-выставочного центра «РОСИЗО», Международного историко-просветительского правозащитного и благотворительного общества «Мемориал»

 

Драма французско-русских культурных отношений рассказывается на языке документов

Эта элегантная и с большим вкусом сделанная выставка венчает продолжавшийся проект «Франция — Россия 2012: язык и литература». Прежде чем приехать в Выставочный зал федеральных архивов в Москве, она проходила в Париже, и с успехом (там на ней побывало 20000 посетителей).

Выставка, охватывающая период с 1917 по 1980-е гг., составлена из документов, хранящихся в российских и французских архивах: советских плакатов, фотографий, стенограмм, газетных вырезок, справок. Естественно, она не слишком зрелищна. Но если вчитаться в репортажи французских дипломатов 1917-1918 гг., если вглядеться в печальную фотографию Зинаиды Гиппиус и Дмитрия Мережковского эпохи эмиграции, а затем в счастливые лица Луи Арагона, приехавшего выступить на первом съезде писателей СССР, Жан-Поля Сартра и Симоны де Бовуар, посетивших Москву уже в середине 1950-х, если вчитаться в разгромную статью «Известий» о «предателе Кравченко» и указ Президиума Верховного Совета СССР о выдворении Солженицына из страны — история русско-французских отношений наполнится объемом и довольно болезненным содержанием.

Контрапункт этих отношений — зачарованность левых французских интеллектуалов советской Россией. Кажется, никто в Европе ее так не любил. Оборотной стороной вполне искренней веры в то, что идеалы Парижской коммуны наконец воплотились, оказывалась их слепота, их восторг перед Сталиным и нежелание знать о существовании ГУЛАГа. Французская коммунистическая партия, по сути, проигнорировала даже доклад Хрущева на ХХ съезде. Как предположил специалист по новейшей русской истории Ален Безансон, Россия превратилась для французской интеллигенции в «проекцию ее подавленных желаний». Оттого-то отношения двух стран обернулись интеллектуальной драмой. Впрочем, с хорошим концом.

После разгрома Пражской весны пробуждение наступило и во Франции. К изгнанникам из СССР стали прислушиваться, начали издаваться русские журналы «Континент» и «Синтаксис», а в бывшем «царстве свободы» наконец разглядели тюрьму.

 

Из сайта радио «Эхо Москвы»

17.02.2013 08:35

Непрошедшее время : Писатели и интеллектуалы Франции и России: прогулки по архивам 20-го века

Куратор аналогичной выставки, проходившей в Париже,  историк-русист, заслуженный профессор Университета Париж-Сорбонна Вероника Жобер отвечает на вопросы корреспондента «Эха Москвы» Майи Пешковой. …В.ЖОБЕР: Это выставка, которая посвящена очень противоречивой и сложной истории франко-советских отношений на протяжении всего Советского Союза, начиная с 17-го года по 91-й год. За этот период, конечно, были разные этапы, разные моменты, но в общей сложности писатели, интеллектуалы Франции и России продолжали общаться, сотрудничать, и были какие-то взаимные связи очень интересные. В 30-е годы это, в частности, заключалось в том, что культурная дипломатия Сталина всячески пыталась привлечь известных и знатных писателей-французов на свою сторону в идеологическом плане, и поэтому организовывались поездки, которые ВОКС и «Интурист» организовали от начала до конца, и благодаря этим поездкам многие писатели были просто в восторге от Советского Союза. М.ПЕШКОВА: Кто из писателей тогда посетил Россию? Как это отразилось в вашей выставке? В.ЖОБЕР: Очень много разных имен. Ну, конечно, Анри Барбюс – один из самых важных, потому что он был видным крупным коммунистом, который участвовал очень близко во всех начинаниях франко-советских, в частности в организации разных съездов. Был 1-й писательский съезд в России, в Москве в 34-м году. Конечно, Барбюс на нем присутствовал. Он, в общем-то, как будто бы был представителем Франции. Ромен Роллан приехал в 35-м году и был даже принят Сталиным. Были очень многие другие – Поль Низан, Жан Гюго. И, конечно, особая фигура – это Андре Жид, который приехал впервые в 36-м году, попал на похороны Максима Горького и даже выступил с речью на трибуне Мавзолея, а потом, вернувшись в Париж, он сразу взялся за сочинение своих путевых заметок, которые называются «Возвращение из СССР» (“Retour de l’URSS”). Эта первая книжка, вышедшая в 36-м году, произвела фурор в том смысле, что на него все набросились, он был предан полному остракизму, его проклинали все левые силы и интеллигенция французская. А в Советском Союзе, естественно, был издан запрет на все его произведения. И, несмотря на то, что, например, в 33-м году массовым тиражом какие-то миллионы открыток были распечатаны Министерством связи СССР, там на открытке была фотография Андре Жида и его какая-то цитата, и было объяснение, кто такой Жид, что он сторонник СССР и наш друг и так далее, и, насколько я помню, было издано даже собрание сочинений Андре Жида, тоже миллионными тиражами, что для французов было, конечно, очень приятно и лестно, потому что у нас таких тиражей вообще не было. А тут, значит, был наложен запрет на все то, что он написал. И он стал персоной нон-грата абсолютно. Это был первый такой… М.ПЕШКОВА: Что же касается остальных французских писателей, которые побывали в России и сделали свои умозаключения, их ничто не коснулось или, наоборот, их умозаключения были столь лестны Сталину и столь его восхваляли, что даже не возникло никаких вопросов по этому поводу? В.ЖОБЕР: Нет, возникали вопросы. У них были сложные, смешанные какие-то чувства, где-то, вероятно, в глубине души они чувствовали и понимали, что тут что-то не так и что все это сорганизовано и что это потемкинские деревни опять. Для тех, кто абсолютно не знал русского языка, естественно, их было гораздо легче одурманить и вообще им показывать только то, что хотели им показать. Для тех, кто знал русский язык или имел какого-нибудь проводника, который мог им помочь, как раз у Жида был юный друг, который хорошо знал русский язык и который его немножко просвещал в этом отношении, и благодаря ему он, вероятно, лучше понял всю суть системы. Потом, Жид был все-таки по своему воспитанию, по своему происхождению человеком, во-первых, другого поколения, он самый старый из этих писателей, он из буржуазной такой, образованной семьи, у него за плечами гораздо более солидное воспитание, которое ему мешало восторгаться так наивно, не вдумываясь в суть дела. И из-за этого, конечно, он, вероятно, и сумел так быстро спохватиться и написать правду об этом. Но надо добавить все-таки, что его первая книга отнюдь не такая страшно критическая. Он очень был рассержен тем, что этот его опус был принят в штыки, и он сразу написал вторую книгу, которая называется “Retouches a mon Retour de l'U.R.S.S.”, это значит «Поправки к моему Возвращению из СССР»», и там он еще гораздо злее все объясняет, показывает и опирается на какие-то выдержки из советской прессы, где он доказывает, что то, что он сказал, это абсолютная правда, потому что даже в советских газетах иногда об этом пишут, есть какие-то, в частности, статистические данные, которые доказывают, что тут не все ладно. М.ПЕШКОВА: Я знаю, что часть выставки, которая проходила в Париже, сопровождал еще и симпозиум, посвященный российско-французским отношениям. Что это было за научное событие? В.ЖОБЕР: Это был завершающий этап официального открытия, это проходило в прекрасном здании, которое называется “Fondation Singer-Polignac”, прекрасный особняк в XVI квартале в Париже, где очень часто как раз проводят такие симпозиумы. Он у нас был очень таким, умеренным и довольно немногочисленным, но я пригласила на этот симпозиум людей уже преклонного поколения, но у которых очень большой опыт русской истории, русской культуры и которые лично как-то были свидетелями каких-то значительных фактов русской истории в 20-м веке. Это, например, профессор Жак Като, который был учеником Пьера Паскаля, очень известного французского слависта, который был большевиком в самом начале и возглавлял здесь секцию французских коммунистов в 17-18 гг. Это Жорж Нива, которого, конечно, все здесь знают и который очень тонкий и серьезный исследователь русской литературы и культуры, историк из Парижского университета Софи Кюре, которая как раз первая стала исследовать все эти архивы воксовские и интуристовские, которые хранятся в ГАРФе, и она издала в прошлом году книгу на французском языке – это разные документы, которые показывают всю эту внутреннюю кухню, я бы сказала, того, как приглашали всех этих писателей, как пеклись об их здоровье, об их питании, об их жилищных условиях и так далее. Я должна сказать, что вот как раз эта книжка мне послужила каким-то толчком к моей идее, к концепции. В общем, мне показалось, что это какое-то ядро, вокруг которого надо все это построить. И так оно и получилось. Потом был Борис Фрезинский, который говорил про культурную дипломатию Сталина по отношению к французским писателям в 30-е годы. Был Мишель Окутюрье, который был лично знаком с Пастернаком, с ним общался. Я боюсь, что я кого-то забыла. Ну, в общем, очень интересный день получился, и я бы сказала, он послужил таким красивым чехлом для нашей выставки. М.ПЕШКОВА: …Я знаю, что вы сопровождали нашего премьера во время открытия выставки в Париже, и вся пресса писала «комиссар выставки госпожа Жобер». Какие вопросы вам задавал наш премьер? В.ЖОБЕР: Да. Премьер не задавал никаких вопросов. Но, к моему большому удивлению, он гораздо внимательнее осмотрел выставку, чем я предполагала, думала или ожидала. На самом деле, это в последнюю минуту решилось. В самом начале никакого официального открытия не должно было быть, но вдруг какие-то люди поняли, что это хороший повод. Раз есть в ноябре эта обычная франко-российская межправительственная встреча и будут премьеры и так далее, почему не приурочить открытие выставки именно к визиту Медведева? Открыли выставку именно ради него, было торжественное открытия, был наш премьер Эро и Дмитрий Медведев. И меня как куратора выставки попросили провести экскурсию. Но, естественно, как вы сами догадываетесь, у таких важных персон отведено очень мало минут. Ну, конечно, один экспонат там очень понравился, насколько я знаю, мне говорили, что Дмитрий Медведев даже на Твиттере своем об этом сказал. Это ружье Наполеона Бонапарта. Это я сумела выпросить этот экспонат, хотя это не архивный документ, но мне показалось, что как раз для такой выставки важно иметь тоже какие-то предметы, чтобы отвлечь внимание только от писанины, которую надо читать и это немножко утомительно, а тут что-то особое. А история этого ружья очень интересная. Это, на самом деле, охотничье ружье Бонапарта, которое было взято советской армией в феврале 45-го года в Восточной Пруссии в каком-то дворце, замке какого-то там немецкого аристократа, и как только советская армия вторглась в этот замок, там были разные, я думаю, ценные вещи, естественно, они обнаружили это ружье, сразу поняли, что это раритет и вообще представляет большую ценность и что это французское ружье Бонапарта. А вся советская армия, солдаты, офицеры обожали Илью Эренбурга, который был корреспондентом «Красной Звезды» и писал для армии в те годы. И они решили в порыве такой вот благожелательности и благодарности ему, зная, что он франкофил, франкофон, всю жизнь почти прожил во Франции, они взяли это как трофей и послали в Москву ему в подарок. Эренбург очень обрадовался, потому что как раз в те месяцы, в то время он впал в опалу, его уже лишили возможности писать, и, в общем-то, он был не в духе и в удрученном настроении, и это как-то подняло его настроение – знак внимания и любви от солдат советской армии. Это было в 45-м году. А в 1966 году у нас во Франции президент генерал де Голль, его министр культуры Андре Мальро, и тут Эренбург, который был очень дружен с Андре Мальро, они дружили в 30-е годы, правда, в 39-м году, когда был пакт Молотова-Риббентропа, Мальро порвал с Советским Союзом и со всеми своими советскими друзьями, но Мальро и Эренбург снова возобновили отношения именно в середине 60-х годов, и тогда Илья Эренбург и решил сделать такой жест – вернуть этот трофей, ценную вещь французскому государству посредством министра культуры. И сейчас это ружье находится постоянно на показе в очень красивом музее в Париже – в Музее охоты. И это ружье мне удалось, во-первых, найти, раздобыть и получить разрешение его показать. И это, на самом деле, очень всех удивляло и радовало. Это был такой, довольно забавный экспонат, необычный. М.ПЕШКОВА: К каким экспонатам, что называется, припадали зрители в Париже, на чем останавливали свой взор? Действительно, смотреть такую выставку, где представлены книги, печатные материалы, фотографии, не так-то легко, глаз очень быстро устает, а ведь были такие экспонаты, наверное, где люди стояли подолгу, читали, вчитывались? В.ЖОБЕР: Да, в общей сложности я даже удивлена, насколько люди все это внимательно смотрели и читали. Обычно я много раз слышала от разных людей, что они вернулись туда второй раз, и кто-то там в общей сложности простоял четыре часа, они все внимательно там осмотрелись, вчитывались, конечно. Один из самых впечатляющих экспонатов – это 22 страницы отчета перевода Александром Аросевым встречи Сталина с Роменом Ролланом. Поскольку это перевод на французский, для нас это вообще был подарок, потому что мы просто представили все эти 22 страницы вместе взятые и все могли читать. Это очень увлекающее чтение, и была возможность для посетителей проникнуть в суть дела и многое там, я думаю, понять. А там рядом висела знаменитая фотография – Аросев, Сталин, Ромен Роллан и Мария Павловна Кудашева. Потом еще письмо Аросева Сталину о том, какое впечатление он произвел на Ромена Роллана, очень такое, лестное, хвалебное. На этом документе красным карандашом от руки самого Сталина написано: «В мой архив». Вот все это вместе взятое, например, на одной стене было. Это, по-моему, очень как-то привлекло внимание посетителей. Но были все-таки тоже, я бы сказала, более такие, визуальные вещи. Были вот все эти пригласительные билеты, афиши, рисунки, иллюстрации очень даже известных художников, как Ларионов, Гончарова, Аненков, Пикассо и так далее, которые украшали под конец 20-х, в самом начале 30-х разные буклеты, приглашающие на благотворительные балы, которые устраивало Общество помощи нуждающимся русским писателям и ученым. И поскольку среди людей, организующих это, было немало очень даровитых художников, писателей, поэтов, они делали абсолютно потрясающие вещи, и это все сохранилось у нас. Кое-что сохранилось у нас, многое лежит в РГАЛИ, мы как раз оттуда тоже доставали. Так что все это тоже немножко как-то меняло точку зрения. Тут уже не архивные материалы, в которые надо вчитываться и понимать суть, а просто радуешься картине или красивому рисунку или какой-то очень хорошо оформленной афише и так далее. М.ПЕШКОВА: Листая ваш каталог, его французский вариант, увидела летящий почерк, почерк, похожий на журавлей, как писала Ариадна Сергеевна Эфрон Пастернаку. Письмо Пастернака. Что это за письмо? Как оно к вам попало? О чем оно? В.ЖОБЕР: Тут у нас несколько писем, написанных Пастернаком двум французам. Во-первых, мадам Жаклин де Пруайар, которая в 57-м году как раз вывезла из Переделкино машинопись «Доктора Живаго», и вот эту машинопись мы тоже выставили на выставке. Пастернак ей регулярно писал на великолепном французском языке своим очень красивым ровным и аккуратным почерком. И мы выставили там два письма, обращенных к ней, и еще целый ряд, по-моему, чуть ли не девять открыток, тоже вплотную исписанных его рукой от начала до конца, там не остается ни миллиметра свободного поля. Это один адресат. Второй адресат Пастернака – это Мишель Окутюрье, и там тоже была фотография Пастернака с посвящением Мишелю Окутюрье. Мишель Окутюрье стал профессором русского языка, он знаменитый переводчик Мандельштама, Пастернака и прочих поэтов. Он сам был поэтом, когда был молодым. И одно из его стихотворений очень понравилось как раз Пастернаку, и там об этом сказано. М.ПЕШКОВА: А есть ли материалы на вашей выставке, посвященные Марине Цветаевой и ее семье? В.ЖОБЕР: Да, конечно. Во-первых, там одна фотография – там она с сыном Муром в 30-е годы в Париже на знаменитой колониальной выставке, которая проходила в Париже в то время. А потом есть письма, которые она писала как раз в этот Фонд помощи русским писателям и ученым с просьбой предоставить ей ссуду денежную. Это тоже особый раздел вот этой выставки. Потому что мы нашли абсолютно потрясающее количество писем, исписанных разными очень, на самом деле, известными деятелями культуры в эмиграции, которые в один или в другой момент нуждались в помощи, они оставались вообще без средств, и они тогда обращались в это общество, в эту ассоциацию. И вот там как раз два письма Марины Цветаевой. В одном письме она объясняет факт обращения за помощью тем, что у мужа болезнь, туберкулез и он без работы и без средств, и значит, ей нужны деньги. И ей дадут 200 франков. И помимо этих писем у нас в этом архиве сохранилась чековая книжка с отрывными талончиками, на которых написано, кому сколько выдавали, и они подписывались, что получили столько-то. И вот помимо Цветаевой, например, есть прекрасные письма Ремизова, с его абсолютно потрясающим этим каллиграфическим почерком, тоже обращения за помощью. Борис Зайцев, Иван Бунин. В общем, очень многие. У нас там тоже нашелся список в алфавитном порядке всех людей, которые обращались за помощью, их что-то там 50 человек, и среди них есть очень известные люди. У нас был абсолютно огромный зал, пустое помещение, и молодой сценограф, художник, архитектор построил такие огромные стены и сделал такую экспозицию с каким-то замыслом художественным собственным. Мы в Париже показывали оригинальные архивные документы из русских архивов, и мы очень благодарны вот этим архивным институтам, что они дали нам возможность, разрешение все это получить заблаговременно и все это устроить. Это все-таки довольно хлопотное дело. Российская сторона, поскольку у них времени было впритык, не вывезли никаких оригинальных документов из Франции, оригинальные документы у них только русские, а остальное – это копии какие-то. И потом, на российской выставке есть новые отделы очень интересные, фильмы у них совсем другие, у них фильмы все озвученные, скорее 60-х годов. Потом, Анатоль Франс – у них выставлена одна из книг Анатоля Франса, «Остров пингвинов», с карикатурами, которые были в этом издании на русском языке очень интересные. Этого у нас не было. На русской выставке тоже гораздо более подробно и богато освещена жизнь диссидентов, потому что там какие-то документы, касающиеся Алика Гинзбурга, Синявского, Даниэля, и это новые архивные документы из общества «Мемориал», которых у нас не было. Ну, в общем-то, отличается, но по сути это все-таки продолжение-повторение, но есть новые аспекты и ракурсы какие-то тоже особые. **

 

А теперь – «франко-российский фельетон» Вероники Жобер XXI века. Из моего письма:

«…Моего французского хватило, чтобы воспринять сюжеты Вашей Chronique russe без словаря, но качественный перевод не столь для меня прост. И если бы Вы согласились потратить полчаса на авторский перевод, я был бы очень признателен. Причем обещаю опубликовать его вместе с оригиналом.История с Депардье суперанекдотична. На ТВ-канале «Дождь» вдоволь над ним посмеялись, как он, получив «по блату» от Путина российский паспорт, впал в задумчивость, какие еще из поступивших к нему из России предложений принять: а) звание «почетного удмурта», б) пост Министра культуры Мордовии, в) вступление в КПРФ или г) должность актера Тюменского БДТ (со всеми полагающимися доплатами). (Все – не выдумано, а всерьез обсуждалось в российской прессе). Кончилось тем, что Д. согласился стать «почетным удмуртом» (и принял ключи от 5-комнатной квартиры в Грозном, подаренной ему Рамзаном Кадыровым. А. А.)».

Но Вероника Жобер этого еще не знала, когда писала свой фельетон (см. ниже – перевод В. Ж.):

 

Русская хроника из Москвы, Сибири и Мордовии...

России посчастливилось нежданно-негаданно заполучить метеорит, которого никто не ожидал. Это внесёт некоторую изюминку в жизнь обитателей этих Богом забытых краёв Челябинской области. Может быть в конечном счёте даже позволит им бабок нарубать. От этой непредвиденной небесной манны разожглось любопытство детей, разыгралась алчность разношёрстных спекулянтов, но камушки остаются недосягаемыми для учёных на озере Чебаркуль.

Но давайте не забудем про Мордовию, которая приютила человеческий метеорит, куда большего веса и размера, в лице известного французского актёра. Это событие ­ хит всех газет и журналов, интернетсайтов и разговоров с таксистами, даже с леваками, которые испокон веков являются неиссякаемыми источниками информации и ярыми поносителями власти.

Дело Депардье, курам на смех, освещается во всех российских СМИ, тем более что актёр вернулся (21 февраля) на свою новую родину! Сначала он не без труда натянул вышитую мордовскую рубаху размера XXL, которой явно не хватало пары XX, затем он приобрёл квартиру. По последним сведениям, Жерар, с новёшеньким паспортом, выданным в Москве, получит, будучи министром культуры Мордовии, согласно закону, постоянную регистрацию (несведущие французы, не знающие полицейских российских порядков, не пытайтесь даже понять!) в Московской области, Домодедове, микрорайоне Белые Столбы, рядом с Госфильмофондом.

А тем временем Госдума, не зная чем заняться, только что (20-го февраля) приняла в первом чтении закон, карающий штрафом до 200 000 рублей употребление в СМИ ненормативной лексики, одним словом матерщины. [ http://amurmedia.ru/news/khabkrai/20.01.2013/251984/materschina-v-smi-v-rossii-mozhet-oboytis-v-200-tisyach-rubley.html  .] Было бы интересно узнать подробный прейскурант. Не пугайтесь, это не ругательство, это слово – заимствованное из немецкого –  означает «тариф». Цены, пока что, варьируют в зависимости от статуса провинившегося, но не указывают стоимость разных ругательств.

К счастью, даже в России vox populi не безмолствует. И частушек на эту тему хоть пруд пруди. Вот одна из них:

 

Народная частушка о Депардье:

ДЕПАРДЬЕ ОТ РУССКОГО НАРОДА

Мы все, увы, не ДепардьеНам в Сочи не попасть по пьяни,Не обниматься с ВВП,Как этот новый "россиянин"...

Нам не отплясывать в МордвеВ мордовской вышитой рубахе,Мы все, увы, не ДепардьеКакие мы "танцоры", на x…р?

Не Бельмондо и не Матье,Мы не Ришары, не Эдиты,Мы все, увы, не ДепардьеИ уж конечно не Бриджиты...

Мы не Луи и не Дидье,Но как легко же нас унизить!И хочется у ДепардьеЕго французский паспорт сп..зд...ть.

 

Вероника Жобер

22-го февраля 2013 г.»

 

В оригинале это звучит тоже очень красиво:

 

«Chronique russe, moscovite, sibérienne et mordve…

En Russie, on a la chance d’accueillir inopinément des météorites auxquels personne ne s’attendait. Cela met un peu de piment dans la vie des habitants de ces coins perdus de Tcheliabinsk. Cela finira peut-être même par leur rapporter de l’oseille. Manne du ciel imprévue, les débris retrouvés sur terre suscitent la curiosité des enfants, attisent les convoitises de spéculateurs de tout poil, mais restent interdits d’approche aux scientifiques au lac Tchebarkoul.

On n’oublie pas pour autant la Mordovie, qui a accueilli un météorite humain, de poids, celui-là, en la personne d’un acteur français célèbre. Cet événement continue à faire la une des journaux, des sites internet et des conversations avec les chauffeurs de taxi (même de gauche : en russe levaki), qui sont sources intarissables de renseignements et détracteurs inépuisables du pouvoir en place, de tout temps.

Le ridicule ne tuant pas, l’affaire Depardieu continue à alimenter les médias russes, d’autant plus que l’acteur est de retour (depuis le 21 février) dans sa nouvelle patrie ! Après avoir non sans mal enfilé une chemise brodée russo-mordve XXL à laquelle il manquait visiblement quelques XX, l’acteur français acquiert un appartement. Aux dernières nouvelles, Gérard va, avec un passeport flambant neuf délivré à Moscou, se voir accorder, conformément à la loi, tout en devenant ministre de la culture de Mordovie, un enregistrement (Français ignorants des pratiques policières russes, abstenez-vous d’essayer de comprendre !) permanent dans la région de Moscou, à Domodedovo, dans le quartier de Belye Stolby, là où se trouvent les fonds cinématographiques russes Gosfilmofond.

Pendant ce temps-là la Douma d’Etat, en mal d’occupations, vient (le 20 février, c’est tout frais) de voter en première lecture une loi punissant d’une amende pouvant aller jusqu’à 200 000 roubles l’emploi de gros mots et de grossieretés dans les médias [ http://amurmedia.ru/news/khabkrai/20.01.2013/251984/materschina-v-smi-v-rossii-mozhet-oboytis-v-200-tisyach-rubley.html .] Il serait intéressant d’en connaître le « preiskurant » détaillé. Rassurez vous, ce n’est pas un gros mot, c’est un vocable allemand passé dans le russe, voulant dire « tarif ». Pour le moment, les prix varient uniquement en fonction du statut de celui qui profère le juron, mais ne disent rien de la valeur relative de ces derniers.

Heureusement la vox populi, même en Russie, n’est pas morte. Et les chansons populaires sur le sujet font florès. En voici une

Народная частушка о Депардье: (см. выше. А. А.)

www.cogita.ru


Смотрите также