Генрих iii король франции


Генрих 3 Валуа: биография и годы правления

Генрих 3 Валуа – герцог Анжуйский (до 1574 г.), король Речи Посполитой (1573-1574 гг.), король Франции (с 1574 г.) и, наконец, последний из династии Валуа. Историки двояко оценивают этого человека. На протяжении длительного времени его считали прожигателем жизни, верными спутниками которого были пороки и недостатки. Однако позже исследователи стали говорить о том, что Генрих III был совсем другим – мудрым и прогрессивным правителем. Убийство Генриха 3 Валуа было таким же глупым, как и все религиозные войны. А теперь обо все по порядку. Сегодня мы не будем склоняться к тому или иному лагерю историков, а лишь рассмотрим эту, безусловно, интересную персону, с точки зрения фактов.

Детство

19 сентября 1551 года в семье Генриха II и его супруги Екатерины Медичи родился третий сын. Его назвали Эдуардом-Александром и сразу же удостоили титула «герцог Анжуйский». Шансы на то, что парень станет королем, были весьма призрачными, ведь у него было два старших брата. С младых ногтей Генрих (чтобы не путаться, будем называть нашего героя так), как и остальные дети семейства, много болел. От братьев и сестер он отличался любовью к подвижным занятиям - танцам и фехтованию. Возможно, именно благодаря физической активности Генрих рос крепким парнем и не стал жертвой туберкулеза, который забрал жизни его братьев и сестер. Только представьте: из десяти детей Екатерину Медичи пережил только Генрих и его младшая сестра Маргарита.

Юность

Кроме танцев и фехтования, Генрих очень любил читать, активно изучал итальянский язык и риторику. Он был гораздо активнее и элегантнее, чем братья, за что быстро стал любимцем матери. Она называла его «мой маленький орел».

В 1560 году на рыцарском турнире случайно погиб Генрих II. Его место на троне занял старший сын – Франциск II. Когда новоиспеченный король умер от болезней, на смену ему пришел второй сын Екатерины – Карл IX. На начальном этапе его правления страной фактически руководила Екатерина Медичи (на правах регента). На тот момент она уже не скрывала, что Карл ей не так люб, как Генрих. Из-за этого отношения между братьями складывались не лучшим образом.

В период с 1564 по 1566 год герой нашего рассказа путешествовал по Франции вместе со всем королевским двором. В поездке он сдружился с Генрихом Наваррским – своим двоюродным братом.

Первые титулы

В 1566 году 15-летнему Генриху поручили в правление три герцогства. Через год, когда началась религиозная война, ему дали звание генерал-лейтенанта и назначили главным командиром королевских войск. Конечно же, юноше помогали опытнее военачальники, но последнее слово он всегда оставлял за собой. Благодаря этому вначале военной карьеры Генрих заслужил репутацию мудрого полководца. Во многом благодаря энергии, интеллекту и таланту юноши королевские войска несколько раз одержали сокрушительную победу над армией гугенотов.

Несмотря на военные успехи, Генрих 3 Валуа не любил ратное дело. Как и мать, он был сторонником мирных путей решения конфликтов и предпочитал заниматься политикой. Вскоре Екатерина настояла, чтобы для Генриха учредили должность генерала-интенданта, которая фактически позволяла ему разделить власть с братом и матерью.

В 1750 г., когда католики заключили мир с гугенотами, в совете Карла IX появился адмирал Колиньи – лидер протестантов. Он быстро сумел расположить к себе короля и донести до него прелесть идеи возобновления противостояния с Испанией. Из-за влияния Колиньи на Карла IX, Екатерина и Генрих на какое-то время утратили свой политический вес. Адмирал стал посредником между протестантскими странами Европы (особенно Англией) и католической Францией. В результате политики Колиньи Франция стала перед выбором: война с Испанией или очередная гражданская война с гугенотами.

По расчетам военных советников, новая война с Испанией принесет Франции фиаско. А возобновление религиозных разногласий было крайне нежелательно для страны, истощенной переворотами. Поэтому если первая попытка убить Колиньи была задумана Екатериной и Генрихом, то они действовали исключительно в рамках интересов государства. Важно отметить, что в те времена в Европе популярными были идеи Макиавелли. Екатерина разделяла их и пыталась воспитывать в таком же духе детей. Вполне возможно, что именно подобные взгляды был проявлены в Варфоломеевскую ночь.

За две недели до страшного события в рамках укрепления отношений между протестантами и католиками состоялись две свадьбы. На первой из них один из лидеров гугенотов – принц Конде – был обручен с Марией Киевской. Девушка воспитывалась в духе протестантизма, но уже несколько лет находилась при дворе Карла IX. Генрих страстно любил Марию, но мать не разрешала ему брать девушку в жены. Тому было две причины. Во-первых, род Марии был недостаточно знатным. И во-вторых, все знали, что она должна стать супругой принца Конде. Подчиняясь воле матери и государственным интересам, Генрих 3 Валуа заглушал голос сердца.

После ужасной Варфоломеевской ночи новая религиозная война стала неизбежной. Гугеноты выбрали в качестве оплота крепость Ла-Рошель на юге Франции. Генриху III пришлось вернуться к военному делу и прибыть к стенам крепости в феврале 1573 года во главе королевской армии. Попытки осады и штурма крепости оказались бесполезными. А в начале лета Генриху пришлось отбыть из-под стен Ла-Рошели в Польшу. Подписав «на скорую руку» мирный договор, мужчина уехал за границу.

Высокая должность

Чем была обусловлена такая поспешность? Дело в том, что Генриха III избрали королем Польши. Екатерина провернула эту авантюру, пока он воевал. Прошлый король Сигизмунд II скончался, а наследников у него не было. Выбор нового государя пал на польских дворян. Вторым претендентом на высокий пост был эрцгерцог Эрнест Габсбургский. Из-за недавних событий репутация Французских монархов в Польше упала, ведь здесь основная масса людей склонялась к протестантизму. Тем не менее Екатерина Медичи решила, что королевский трон не помешает Генриху. Чтобы сын победил на выборах, она отправила в Польшу епископа Жана де Монлюка, который изрядно потрудился, чтобы королем Польши стал Генрих.

Вскоре выяснилось, что польские дворяне, избрав Генриха III своим правителем, предоставляют ему лишь номинальную власть. Это не понравилось амбициозному монарху и его матери. Генрих начал сомневаться относительно польского престола и инициировал затяжные переговоры. В конце лета 1573 года действующий король Франции начинает болеть и вынужденно назначает своего брата наследником короны. Дело в том, что единственный сын Карла IX был бастардом, а официальный брак подарил ему только дочь. В декабре того же года Генрих все-таки принял польский престол и не спеша покинул родную страну.

Только в январе 1574 года новый король прибыл в Польшу, где вскоре состоялась его пышная коронация. Вскоре Генрих 3 Валуа сталкивается с целым рядом трудностей. Во-первых, парламент и сенат держали всю власть в своих руках, что сказывалось на самолюбии нашего героя. А во-вторых, его хотели женить на принцессе Анне – 48-летней сестре покойного правителя. Чтобы успокоить своих подданных, новоиспеченный король стал жить, как настоящий поляк. Это позволило ему выиграть время. Что было бы дальше, можно лишь предположить, ведь летом 1754 года умирает Карл IX, и Генрих через четыре дня после получения письма от матери с этим известием тайно уезжает из Польши.

Желанный пост и свадьба

Во Францию Генрих прибыл уже в начале осени, проведя по дороге много встреч и переговоров. Здесь он узнает, что принц Конде сбежал в Германию, не заручившись поддержкой супруги. Былая страсть вспыхнула в груди Генриха III, и он твердо решил напомнить Марии о себе. Мать приложила все усилия, чтобы оттянуть момент их встречи. Ей повезло, ведь в конце октября этого же года Мария умирает во время родов. Новость о смерти возлюбленной болезненно была воспринята Генрихом III, что вылилось в длительную депрессию. Придворные, привыкшие к вольным нравам, насмехались над будущим королем.

13 февраля следующего года Генрих III был коронован. Через два дня он, желая независимости от матери, женился на Луизе де Водсмон, род которой был не очень знатным. Луиза оказалась невероятно преданной супругой. Единственная проблема, с которой столкнулась новая семья – невозможность иметь детей. Скорее всего, бесплодной была Луиза, однако современники Генриха обвиняли именно его, сетуя на отсутствие внебрачных детей, которые в те времена были нормальным явлением. Из-за этого короля начали считать гомосексуалистом.

Сам же король Гентрих 3 Валуа был глубоко убежден в том, что бесплодие – это божье наказание за случайные связи, в которых он не раз участвовал ранее. Монарх даже поклялся сам себе воздерживаться от таких поступков впредь. Второй причиной, по которой короля считали гомосексуалистом, стало его странное поведение. Генрих III был очень элегантным и любил наряжаться, носить серьги, а также пользоваться благовониями. Третьим и самым главным аргументом в пользу слухов стали миньоны Генриха 3 Валуа. Группа их состояла из четырех молодых людей, которые пользовались особой благосклонностью правителя. Что стало причиной таких отношений - высокие заслуги или все же интимные отношения, - знали только Генрих 3 Валуа и его миньоны. Известно лишь, что фавориты позволяли себе вызывающее поведение по отношению к другим дворянам. За них иногда даже краснел Генрих 3 Валуа. Шико – один из фаворитов, служащий придворным шутом, – позволял себе говорить с монархом и его гостями, как с друзьями. И все сходило ему с рук.

Как бы то ни было, но на протяжении нескольких веков считалось, что король Генрих 3 Валуа, любовные романы которого прекратились после женитьбы, имел нетрадиционную сексуальную ориентацию. Позднее историки поставили под сомнение это суждение. Тем не менее миньоны Генриха 3 Валуа надолго укоренились в истории.

Реформы

Одержав власть, новоиспеченный французский король принял множество перспективных реформ в сферах налогообложения, армии, этикета, законодательства и церемониала. Однако из-за напряженной ситуации в государстве ему некогда было воплощать их в жизнь.

В 1576 году, после переговоров с гугенотами, король подписал эдикт, предполагающий свободу вероисповедания во всей Франции. Документ вызвал бурную реакцию католиков. Они создали свою Лигу, которую возглавил Генрих Гиз. Вследствие этого произошли две очередных гражданских войны. В 1580-м ситуация стабилизировалась, и король стал уделять много внимания религии. Он и раньше был глубоко верующим, но сейчас религиозность Генриха достигла апогея. Многие враги считали, что таким образом он пытается прикрыть свои пороки. Со временем король организовал два братства, члены которых собирались раз в неделю, молились и даже занимались самоистязанием. За такое пристрастие к религии Генриха прозвали королем-монахом.

Очередной переворот

Спустя четыре года после последней гражданской войны случилось непредвиденное: умер Франциск – младший брат короля. Таким образом, наследником трона стал Генрих Наваррский (историки его прозвали Наваррой, чтобы не путать с Генрихом III). После долгих колебаний король все же признал Наварру преемником. Этот наследник решительно не понравился католической лиге, так как он уже давно являлся лидером гугенотов. Испания поддержала в этом католиков. Таким образом, в 1585 году король Генрих 3 и его мать оказались в условиях двойной угрозы (внешней и внутренней). Им пришлось подписать эдикт, запрещающий протестантские обряды. Автоматически Наварра потерял возможность быть преемником трона. Эта роль была отведена кардиналу Шарлю Бурбону.

Наварра развязал войну, которую назвали войной трёх Генрихов (Валуа, Наварры и Гиза). Король оказался в сложном положении, которое особенно усугубилось 20 октября 1587 года. В этот день Наварра разгромил католиков при Котрэ. Король Франции Генрих 3 Валуа лишь благодаря своей хитрости смог уберечь католиков от полного краха. Он заплатил вражеским наемникам, чтобы те в решающий момент сражения отступили. Поэтому после поражения при Котрэ королю вновь пришлось подписывать эдикт о свободе веры.

Эдикт вызвал волну протестов среди горожан, которые и без того были не очень довольны своим правителем. Его обвиняли во всех проблемах - как государственных, так и личных. Генрих Гиз пользовался среди общества большей популярностью. В результате 12 мая 1588 года Гиз организовал восстание. Этот день позже назовут «днем баррикад». Екатерина в очередной раз показала свой политический талант. Она вступила в затяжные переговоры с мятежниками и тем самым выиграла Генриху время, чтобы тот оставил Париж. Позже она инициировала усыновление королем сына его сестры, который также приходился племянником Гизу. Это позволило бы объединить интересы двух Генрихов.

Королю пришлось подчиниться Лиге католиков и сделать Гиза генерал-лейтенантом. На этом путь Гизов к власти только набирал обороты. Они подвергали короля постоянным унижениям и открыто посылали в монастырь. Несмотря на внешнюю покорность, Генрих 3 Валуа, биография которого стала предметом нашего сегодняшнего разговора, не намерен был сдаваться.

Ответный удар и его результаты

Подходящий момент для ответного удара представился в конце лета 1588 года. Непобедимая армада Испании потерпела фиаско в сражении с флотом Англии и отвлеклась от поддержки католической лиги. Ночью с 23 на 24 августа Генрих 3 приказал убить Гиза и его брата. Это привело к крупному мятежу. Лига католиков взяла власть в Париже в свои руки, и королю пришлось идти на союз с Наваррой. Два Генриха пошли против восставших городов.

Родственники Гиза просили пощады, а католические священнослужители призывали прихожан к мести. Начались поиски человека, который мог бы осмелиться стать «рукой божественного правосудия». Найти претендента среди католических фанатиков было довольно просто. Им стал 22-летний монах Жак Клеман.

Тем временем армия Генрихов осадила Париж. Королевский лагерь обосновался в городке Сен-Клу. Жак прибыл туда 31 августа. Назвав себя послом Лиги католиков, он испросил королевской аудиенции. Король, который всегда старался быть дипломатом, согласился принять монаха. В складках рясы Клемана был спрятан кинжал. Встретив короля, Жак подошел к нему, чтобы передать письмо от Лиги. В этот момент он нанес Генриху несколько ударов кинжалом в живот. Вера Клемана в божественность его поступка была настолько велика, что он даже не попытался сбежать. Охрана, прибежавшая на крик короля, тут же поквиталась с монахом.

Убийство Генриха 3 Валуа было предоставлено дилетанту, поэтому король скончался лишь на следующий день. Прежде чем умереть, он передал престол Наварре. Генрих 3 – последний из Валуа, поэтому другого выбора у него не было. Преемнику он посоветовал покончить с религиозными распрями и принять католическую веру. Наварра последовал совету, но через 4 года.

Заключение

Генрих 3 Валуа, биография которого стала темой данной статьи, был неординарным правителем, полководцем, героем балов и знатоком религии, который вызывает двоякие эмоции. Однако тот факт, что он сделал за свою жизнь много исторически важных вещей, неоспорим. Генрих стал последним из династии, которая правила 261 год, и это при том, что у него было довольно много братьев и сестер. Генрих 3 Валуа, годы правления которого перечислены в начале статьи, успел пережить 9 гражданских войн. В течение 27 из 38 лет жизни мужчины происходили религиозные перепалки. А убийство Гиза считается одной из самых знаменитых политических расправ в истории. Вот почему в стольких книгах фигурирует Генрих 3 Валуа. Док. фильм о нем тоже есть.

fb.ru

“Король-женщина” - Генрих III Валуа

Французский король Генрих III Валуа словно воскресил тип изнеженных и развращенных цезарей времен упадка Римской империи. Когда он был еще ребенком, фрейлины его матери, Екатерины Медичи, часто наряжали его в женское платье, опрыскивая духами и украшая, как куклу. От такого детства у него остались не совсем обычные привычки — носить кольца, ожерелья, серьги, пудриться и оживлять губы помадой…

Впрочем, в остальном он был вполне нормальным принцем: участвовал во всех придворных попойках, не пропускал ни одной юбки и даже, по свидетельству хрониста, заслужил славу «самого любезного из принцев, лучше всех сложенного и самого красивого в то время».

Екатерина Медичи с детьми — Карлом, Маргаритой, Генрихом и Франсуа.

Он родился в 1551 году и был самым "харизматичным" из сыновей "тигрицы" Екатерины Медичи. Изящный, красивый, элегантный и обаятельный, принц Анри с детства затмевал своих старших братьев. На коронации Карла IX в 1560 году толпа бОльшими криками приветствовала принца Генриха, чем самого Карла. А между тем, одному было тогда лишь 10, а другому - 9 лет...

Генрих III - не самый масштабный, талантливый или яркий французский монарх 16 столетия, но, безусловно, именно в его личности и судьбе все конфликты эпохи получили свое наиболее сложное и экстравагантное воплощение.

В 1573 году в результате немыслимых интриг Екатерина Медичи добилась избрания Генриха на польский престол. Но уже 15 июня 1574 года, спустя три месяца после приезда в Варшаву, Генрих получил письмо от матери, в котором она извещала его о кончине Карла IX и звала сына в Париж, чтобы вырвать корону из рук Генриха Наваррского, предводителя гугенотов.

Генрих устремился на родину. А чтобы сохранить память о второй отчизне, он прихватил с собой драгоценности польской короны...

Генрих знал настоящую любовь — к хорошенькой Марии Клевской, жене принца Конде. После короткой, но страстной переписки, Мария позволила принцу носить на шее свой миниатюрный портрет. Однако спустя два года она умерла.

Генрих был безутешен: восемь дней то кричал, то вздыхал и отказывался принимать пищу. Наконец он появился на людях в почти маскарадном костюме, увешанный знаками и предметами, напоминающими о смерти. К башмакам он прикрепил изображения черепов, такие же мертые головы болтались на концах шнурков костюма.

Позднее, посетив Венецию, он свел знакомство с куртизанкой Вероникой, подругой Тициана. Эта рыжеволосая красавица приобщила его к занятиям, по словам современника, «не очень приличным и крайне порочным, именуемым итальянской любовью». Генрих покинул Венецию другим человеком или, если можно так выразиться, не совсем мужчиной.

По возвращении в Париж он открыл карнавал в своем новом королевстве. Следуя какому-то властному призыву своей натуры, он переряживал тело и душу одновременно.

Однажды на Крещение он появился перед ошеломленным двором одетый в платье с круглым вырезом на обнаженной груди, с волосами, перевитыми жемчужными нитями, сося конфеты и играя шелковым веером. “Нельзя было понять, - пишет очевидец, - видишь перед собой короля-женщину или мужчину-королеву”.

Чтобы придворные могли обращаться к нему, как к женщине, Генрих первым в Европе принял титул Величества, возмутивший свободные умы того времени. Поэт Ронсар писал одному из друзей: «При дворе только и разговору о том, что о Его Величестве: Оно пришло, Оно ушло, Оно было, Оно будет. Не значит ли это, что королевство обабилось?»

Возле Генриха появились молодые люди, получившие в народе прозвище «миньоны» («милашки»). «Эти очаровательные милашки, — свидетельствует современник, — носили довольно длинные волосы, которые они постоянно завивали с помощью разных приспособлений. Из-под бархатных шапочек завитые локоны ниспадали на плечи, как это обыкновенно бывает у шлюх в борделе.

Им также нравились полотняные рубашки с сильно накрахмаленными гофрированными, шириной в полфута, воротниками, так что их головы казались головой Иоанна Крестителя на блюде. И вся остальная их одежда была в том же духе».

Сатира того времени называет двор Генриха III Островом гермафродитов.

Королевская похоть направлялась и на других мальчиков как благородного происхождения, так и простолюдинов. Однажды Генрих сомлел при виде дворцового обойщика. «Видя, как он, стоя высоко на двух лестницах, прочищал подсвечники в зале, — пишет очевидец, — король так влюбился, что стал плакать...»

Король ввел при дворе чрезвычайно изысканный этикет, сделав предметом поклонения свою спальню и свою постель. Королевской кровати (даже пустой) нужно было кланяться, как в Испании кланялись в это время пустому королевскому креслу.

Особое значение монарх придавал одежде и уходу за собой. "После туалета Генрих надевал облегающий костюм, чаще всего черный или темно-коричневый, и специальной шпилькой закреплял на голове шляпу с эгреткой, украшенной драгоценным камнем".

Он всегда носил на руках три кольца, а на шее - золотую цепь с флаконом мускуса, а также две пары перчаток: более тонких, и более пышных, с большими застежками, закрепленными шелковым шнуром. Почивал король тоже всегда в перчатках, пропитанных кремом для рук, а ел вилкой с двумя зубцами, причем весьма длинными, потому что огромный плоеный воротник ("фреза") мешал дотянуться рукой до рта.

Путешествовал Генрих в громадной, похожей на фургон карете со своими друзьями, шутами, собачками (которых, вообще говоря, у него было несколько сотен), попугайчиками и обезьянками.

Отход государя ко сну обставлялся, как воспарение духа в блаженных для тела ароматах и звуках. Судите сами: вечером в королевской опочивальне "пол покрывал толстый ковер из роз, фиалок, красных гвоздик и лилий, в курильницах жгли ароматный ладан.

Умелый цирюльник покрывал королевское лицо розовым кремом и накладывал маску из полотна, чтобы крем не смазался; руки смазывал миндальной пастой, прежде чем надеть на них огромные водонепроницаемые перчатки. Лежа на своем ложе, согреваемом теплыми парами кориандра, душистого ладана и корицы, король слушал чтение из Макиавелли"

Ладислав Бакалович "Бал при дворе Генриха III. 

Увы, жизнь этого гедониста была не легкой и не счастливой. В 1578 году во время массовой дуэли почти все его "миньоны" погибли. Король воздвиг каждому мавзолей, а двух уцелевших сделал пэрами Франции.

Безусловно, это был второй страшный удар для Генриха. Он погрузился в глубочайшую депрессию, совершал паломничество в монастыри, жил, как монах, в похожих на склепы кельях. Он спал на соломенном тюфяке, соблюдал все монастырские ограничения и обряды. Его мучили ночные кошмары. Король велел перебить в своем зверинце всех хищников, так как однажды ему приснилось, что львы рвут на части его тело…

Парижане, как добрые подданные, начали подражать королевским наклонностям (это было особенно необходимо тем придворным, кто хотел понравиться королю). Женщины, лишенные мужского внимания, тоже стали искать утешения друг у друга... «Так же, как мужчины нашли способ обходиться без женщин, — с горечью пишет хронист, — женщины научились обходиться без мужчин».

В религиозный мистицизм Генриха III входили и магия, и кощунство. В одном часослове он велел нарисовать своих миньонов и любовниц в костюмах святых и дев великомучениц и носил с собою в церковь этот кощунственный молитвенник.

В башне Венсенского замка, где он жил, хранились все принадлежности колдовства: кабалистические надписи, магические палочки из орехового дерева, зеркала для вызывания духов, дубленая детская кожа, покрытая дьявольскими знаками. Самой скандальной вещью было золотое распятие, поддерживаемое двумя непристойными фигурами сатиров, предназначенное, казалось, для алтаря черной мессы на шабаше.

В наши дни Генрих страдал бы разве что от докучного внимания неотвязных папарацци. Но во Франции XVI века, раздираемой религиозными войнами, у такого короля не было шансов.

Генрих III Валуа

Королевский двор напоминал корабль с перепившейся командой, который яростный ветер столетия нес на прибрежные скалы. Генриха III окружали одни западни, заговоры и предательства. Разгоравшийся огонь религиозных войн с двух сторон лизал его трон.

Гугеноты, объединившиеся вокруг Генриха Наваррского, и католики, предводительствуемые герцогом Гизом, одинаково ненавидели его. Рядом с ним находились его брат, герцог Алансонский, готовый на братоубийство, и его мать, Екатерина Медичи, старая пряха придворных интриг. Волнения и беспорядки уже охватывали юг страны. За границами государства Филипп II Испанский создавал европейский союз против Франции.

В одном из парижских монастырей жил двадцатидвухлетний монах Жак Клеман, в прошлом крестьянин (в монастыре его прозвали «капитан Клеман» — из-за пристрастия к военному делу). Духовные наставники давно уже внушили ему веру в свое избранничество, они даже убедили его в том, что он обладает чудесным даром усилием воли становится невидимым.

Клеман пребывал в состоянии беспрерывной экзальтации, — возможно, ему в пищу подмешивали наркотики. В видениях ему открылось, что наградой за убийство Генриха III будет кардинальская шапка и бессмертная слава.

Роковой удар Генрих III получил 1 августа 1589 года, когда, сидя на стульчаке (это было в обычаях французского двора: стульчаки в то время считались предметами роскоши, обивались шелком и бархатом, - см.: Ф.Эрланже, с. 135), дал аудиенцию своему убийце.

Под предлогом доставки королю письма от одного из его приверженцев, и дождавшись, пока король углубился в чтение письма, Клеман выхватил из-под рясы нож и вонзил его в бесплодное чрево короля-женщины. Затем он застыл, убежденный, что стал невидимым.

Убийство Генриха III.

— Проклятый монах, он убил меня! — воскликнул Генрих.Вырвав нож из раны, он ударил им Клемана в лоб. Вбежавшие стражники добили раненого монаха, выбросили труп из окна и после долгих издевательств сожгли его. Генрих ненадолго пережил своего убийцу.

Напомним, что Генрих III, последний Валуа, был современником Ивана Грозного, о котором почему-то принято писать, как о единственном чудовище своего времени.

И все же к чести этого сложного и несчастливого человека нужно сказать: он сделал все, дабы корона досталась самому талантливому из возможных его наследников - Генриху Бурбону, королю Наваррскому...

 

 

 

 

 

Компиляция материала – Fox

storyfiles.blogspot.ru

Генрих III Валуа

Король трансвестит

Даже на самом популярном из портретов, написанном талантливейшим живописцем XIX века, Марией-Виктуар Жакото, Генрих III изображен с серьгами в ушах. В отличие от модников того времени, прокалывавших одно ухо, принц носил две крупные и длинные серьги. Став монархом, последний коронованный представитель династии Валуа, которая удерживалась на троне 261 год, прославился своим странным пристрастием к переодеванию в женские платья и эксцентричным увлечением макияжем и драгоценностями. Впрочем, Генрих преуспел не только в трансвестизме, он не брезговал и бисексуальными отношениями.

Сразу после рождения 19 сентября 1551 года будущий польский король получил титул герцога Ангулемского. Третий сын Генриха II и Екатерины Медичи в 8 лет остался без отца: король Франции по чистой случайности погибает в сражении на рыцарском поединке. Младший Валуа, получивший при рождении имя Александр-Эдуард, меняет его на имя Генрих в четырнадцатилетнем возрасте во время конфирмации.

Высокое происхождение обусловило прекрасное образование: одним из учителей принца был Жак Амье, который переводил труды Аристотеля на французский язык. Генрих прекрасно владел итальянским, родным языком своей матери. Несмотря на физические упражнения и занятие фехтованием, будущий король Польши имел слабое здоровье, как и его брат Карл, занявший французский престол по причине первородства. Когда Генриху исполнилось 16 лет, Екатерина Медичи выпросила для любимца у своего венценосного сына почетную должность генерал-лейтенанта.

Такой молодой полководец не был опытен в руководстве военными действиями, это, однако же, не помешало принцу принять на собственный счет славу побед в двух знаменитых сражениях над гугенотами в 1569 году. Придворные льстецы слагали стихи в честь юноши, сравнивая его с Александром Македонским и Цезарем.

Привлекательная внешность, изысканные манеры, триумф ратных подвигов и природное обаяние располагали к Генриху не только женщин, но и мужчин. Властная мать лелеяла мечту о короне для сына, поэтому она не посчиталась даже с чувствами молодого человека, которые тот испытывал по отношению к шестнадцатилетней свояченице герцога Гиза. Екатерина Медичи предотвратила нежелательный брак, поспешно выдав Марию Клевскую замуж за принца Конде, поскольку на горизонте замаячила польская корона.

Постылая невеста и 146 дней царствования

В польский избирательный сейм были отправлены эмиссары с важной миссией – отстаивать интересы Генриха перед шляхтой и магнатами Речи Посполитой. Благодаря сговорчивости посредников французского претендента и их многочисленным уступкам, которые существенно ограничивали власть короля, а также заманчивому обещанию построить на Балтике флот, представители сына Екатерины Медичи достигают желаемого, и уже в феврале 1574 года Генрих получает вожделенные монаршие регалии. Месяцем ранее проходят выборы, на которых только 10 воеводств из 32 не поддерживают кандидатуру двадцатидвухлетнего француза.

Новый король Польши не торопится с браком на пятидесятилетней Анне Ягеллонке, в его сердце все еще живы чувства к молоденькой Марии Клевской; страсть Генриха проявляется своеобразно: он вскрывает себе вену и кровью пишет любовные стихи и сонеты… Ежемесячно глава Речи Посполитой отправлял замужней возлюбленной около пятидесяти писем.

Именно в Польше Генрих прокалывает уши по обычаю местных аристократов, французы же трактовали такие невинные особенности внешнего вида как признаки гомосексуализма. Пришлось по вкусу жениху Анны Ягеллонки и здешнее пиво, а также танец, который называли полонезом.

И вдруг сыну Екатерины Медичи выпадает счастливая карта – 30 мая 1574 года умирает его брат Карл IX, с которым он никогда не ладил, мать сообщает об этом любимчику, чтобы Генрих успел ухватить удачу за хвост, ведь французские короны на дороге не валяются. Несостоявшийся жених оказывается в затруднении, он понимает, что из Речи Посполитой так просто его не выпустят: монарх решается на хитрость – устраивает пир для польской знати, где вино льется рекой. Такой вариант развития событий позволят Генриху ускользнуть почти незамеченным.

Погоня во главе с графом Тенчинским настигает хитрого француза, но тот откупается бриллиантом… Недолгий период царствования сроком в 146 дней облегчил польскую казну: Генрих любил проводить время весело и не отказывал себе в этом ни при каких обстоятельствах.

Новая жизнь и новая корона

Несчастный влюбленный все еще надеется жениться на Марии Клевской, только упования сбежавшего короля Польши рушит неожиданная кончина родственницы герцога, которая лишается жизни вследствие трудных родов.

Польский сейм ставит Генриху условие – вернуться до июня 1975 года, невыполнение требования влекло за собой лишение прав называться и быть королем Речи Посполитой. Но Генрих радуется шансу избежать женитьбы на престарелой польской принцессе, ниспосланному милосердным провидением, тем более дома его ждала более привлекательная перспектива: французская корона и выбор невесты на свое усмотрение.

В Реймсском соборе 11 февраля 1575 года совершается пышная церемония передачи символов монаршей власти новоизбранному государю. Два дня спустя Генрих обручается с герцогиней Луизой де Водсмон, которая становится верной женой, но оказывается бездетной королевой.

Правление Генриха Валуа выпало на период гражданской войны между католиками и гугенотами. Франция была разделена на три враждующих лагеря, сражающихся за власть. Три Генриха – нынешний король, Наваррский и Гиза с помощью оружия определяли сферы влияния и отстаивали личное право занимать место у государственного штурвала.

Чтобы оказывать сопротивление мощному давлению Гизов, за которыми стояла католическая Лига и все население столицы, Генрих III объединяет свои силы с Генрихом Наваррским. И хотя последний из Валуа выигрывает в схватке столкновения интересов, однако же торжество его длится недолго: подосланный убийца, фанатичный монах-доминиканец по имени Жак Клеман, вонзает стилет в подбрюшье экс-королю Франции. Второго августа 1589 года Генрих умирает в неполные 38 лет.

slawomirkonopa.ru

Все монархии мира

 

Генрих появился на свет в ночь с 18 на 19 сентября 1551 года. Он был шестым (пятым, не умершим в детстве) ребенком Генриха II Валуа и Екатерины Медичи. При крещении будущий король был назван Александром-Эдуардом, а во время конфирмации 17 марта 1565 г. получил имя Генрих в честь отца.

Генрих рос подвижным и смышленым ребенком. Его образованием занимались известные люди своего времени — Франсуа де Карнавале и епископ Жак Амио. Подобно всем дворянам, Генрих рано начал заниматься различными физическими упражнениями и в дальнейшем, во время военных походов, показал хорошую сноровку в ратном деле. Генрих был любимчиком матери. А вот со старшим братом Карлом у него были натянутые отношения: не имевший законных наследников Карл видел в брате конкурента.

В середине XVI века во Франции стали все сильнее стали проявляться религиозные противоречия: учение Кальвина проникало все глубже в общество; к рядам его сторонников примкнули многие представители верхних слоев общества и даже некоторые представители высшего дворянства. Стало очевидно, что королевской власти как-то придется урегулировать отношения с этим религиозным меньшинством. Екатерина Медичи пыталась проводить политику веротерпимости, но ее усилия остались тщетны благодаря лидерам ультракатолической партии Гизам. Резня в городке Васси, учиненная Франсуа де Гизом, переросла в гражданскую войну между католиками и протестантами-гугенотами. Поскольку слабый здоровьем король Карл не считал возможным рисковать своей жизнью во время военных действий, в 1567 г. командование французской армией формально было возложено на шестнадцатилетнего принца Генриха. Хотя, безусловно, непосредственное руководство военными действиями осуществляли более опытные военачальники, Генрих вернулся в Париж в ореоле победителя. Однако мир продлился недолго. Покушение на лидера протестантов адмирала Колиньи и последовавшая за этим резня гугенотов, состоявшаяся в ночь на 24 августа 1572 г., в праздник святого Варфоломея, привела к новому витку противостояния. Генрих вновь отбыл к месту боевых действий и в февраля 1573 г. принял на себя командование осадой Ла-Рошели.

Одновременно через своих эмиссаров Генрих добивался своего избрания королем Польши, где умирал бездетный король Сигизмунд Август. Первое посольство Жана де Баланьи, пытавшееся в 1572 г. сосватать за Генриха сестру короля Анну Ягеллонку, вернулось ни с чем. Вскоре после смерти Сигизмунда в Польшу выехал новый посол, Жан де Монлюк. 5 апреля — 10 мая 1573 г. в Праге (местечке на берегу Вислы, напротив Варшавы) прошли выборы короля, в которых помимо Генриха участвовали эрцгерцог Эрнст Габсбург, шведский король Юхан III, семиградский князь Стефан Баторий и московский царь Иван Грозный (впрочем, его шансы изначально были невелики). 5 апреля в присутствии 50 тысяч шляхтичей королем был избран Генрих Валуа. Вскоре присутствующие присягнули ему на так называемых "Генриховых артикулах" — подобии конституции, определявшей отношения между королем и народом. Важнейшим пунктом артикулов было установление порядка наследования престола: король мог быть только избранным, никаких наследников не предусматривалось. Через каждые два года на третий король был обязан созывать сейм. Король не имел права давать свои резолюции на сеймах. Без согласия сената король не имел права начинать войну или заключать мир. Король должен оберегать границы государства и радеть о возвращении отторгнутых от него земель. В случае нарушения королем этих условия подданные могли отказать ему в послушании. Насколько кратким было правление Генриха в Польше, настолько важным оказалось влияние "Артикулов" на дальнейшую истории Польши.

Помимо "Артикулов" была принята "Pacta conventa", касавшаяся лично Генриха: он обязывался погасить все долги предшественника, обеспечить обучение польской молодежи в Париже, послать французские полки против Ивана Грозного, а французский флот — на Балтику. Кроме того, Генрих должен был внести в польскую казну из личных средств 450 тысяч злотых.

24 августа 1573 г. польская делегация привезла в Париж подписанные Монлюком документы для ратификации. Для Франции, где начинался расцвет абсолютизма, такое положение короля было неслыханным, а потому все необходимые бумаги были подписаны лишь через месяц. Генрих не очень торопился с отъездом в новую и незнакомую страну. Он двинулся в путь лишь 2 декабря и пробыл в пути почти два месяца. 21 февраля 1574 г. в Вавельском соборе состоялась торжественная коронация Генриха Валуа королем Польши. Церемония была прервана краковским воеводой Ян Фирлеем, который потребовал от Генриха подписать три документа, гарантировавших права польских протестантов.

Приезд французской делегации стал культурным шоком для польского общества. Париж уже тогда слыл европейской столицей моды. Представители польской знати,  в первую очередь дамы, немедленно начали перешивать свои костюмы на французский манер. Вместе с тем, увешанные драгоценностями и облитые парфюмерией женоподобные французские дворяне (и, в первую очередь, сам король) вызывали отвращение у многих поляков. В свою очередь, французы были шокированы грубыми манерами поляков и их склонностью к выпивке. Внутренними делами страны Генрих совсем не интересовался. Польский язык не изучал. Участие в официальных церемониях и общественной жизни раздражало его. Ночами король развлекался на балах и пирах, а днем спал; карточные проигрыши компенсировал из государственной казны.

Избрание Генриха на польский престол подразумевало его свадьбу с сестрой покойного короля Сигизмунда Анной Ягеллонкой. Однако брак с женщиной, годившейся ему в матери, к тому же никогда ранее не бывшей замужем, не прельщало Генриха. Он всячески оттягивал неприятное событие, то симулируя болезнь, то просто запираясь в своих покоях. Наконец на 15 июня 1574 г. был назначен пышный бал, на котором должно было быть объявлено о грядущей свадьбе. Однако утром предыдущего дня король узнал от императора Максимилиана о кончине своего брата Карла. А на следующий день пришло письмо из Парижа от матери. Французский престол стал вакантен, и Екатерина Медичи хотела видеть на нем любимого сына. Чтобы усыпить подозрения поляков, Генрих сделал вид, что хочет передать матери регентство и даже назначить вице-короля Франции, но сам в это время готовил побег. 18 июня он дал в Вавельском замке большой пир. После того как все присутствовавшие вельможи уснули под столом мертвецки пьяными, Генрих в обстановке строжайшей секретности, не уведомив сенат, в сопровождении нескольких придворных покинул Вавель и двинулся в сторону границы. За королем снарядили погоню, которую возглавил войницкий каштелян Ян Тенчинский. Тот нагнал Генриха, но король сумел убедить вельможу, насколько важно его присутствие сейчас во Франции и пообещал вернуться через несколько месяцев. Генрих возвращался на родину, избегая протестантских территорий, и 3 сентября уже ступил на французскую землю. Тем временем в августе в Польше был созван сейм, поставивший Генриху условие вернуться к июню 1575 г. Не сделав этого, Генрих потерял права на польский трон.

11 февраля 1575 г. Генрих короновался в Реймсском соборе, а уже через два дня женился на Луизе до Лорьен-Водемон. Новый король был умен и красноречив, однако военным и государственным делам предпочитал придворную жизнь и праздность. Генрих окружил себя несколькими любимчиками ("миньонами") из числа придворных. Подобно женщине он носил серьги, кольца, браслеты, красил волосы, подводил брови, румянил щеки. Все это давало повод подозревать короля в гомосексуализме, хотя многие его "миньоны" были известны как храбрые рыцари и покорители дамских сердец. В 1578 г. состоялась знаменитая дуэль, на которой практически все "миньоны" короля погибли. Тела погибших были похоронены в прекрасных мавзолеях, построенных специально для них. В живых остались лишь двое, Жуаез и Эпернон, которых Генрих осыпал безмерными почестями. Однако меланхолия короля все больше и больше усиливалась, и он стал подумывать об уходе в монастырь.

Тем временем назревало новое противостояние с гугенотами. Не имея средств на продолжение войны, король пошел им на уступки. Гугеноты получили свободу вероисповедания и возможность участия в местных парламентах. Таким образом, некоторые населенные пункты, населенные исключительно протестантами, фактически стали независимыми от власти короля. Недовольный таким поворотом дел Генрих Гиз начал образовывать в разных областях Франции тайные общества защитников католической веры (Католическую Лигу), и вскоре мог оказаться во главе можнейшего религиозного движения, однако король случайно узнал о существовании Лиги, и тут же узаконил ее образование, сделав себя ее главой.

В 1584 г. неожиданно скончался младший брат короля, Франциск Алансонский. Перед бездетным королем встал вопрос о престолонаследнике. Ближайшим кровным родственников в 21 колене оказался... предводитель гугенотов Генрих Наваррский. Такая перспектива не входила в планы Гизов. Они заручились поддержкой Филиппа II Испанского и папы Сикста V, проклявшего Генриха Бурбона.

В 1585 г. Генрих был вынужден подписать Немурский эдикт, запрещавший любое вероисповедание, кроме католического. Это привело к вспышке новой войны, известной как "Война трех Генрихов" (Валуа, Бурбона и Гиза). Генрих Наваррский одерживал одну победу за другой. 12 мая 1588 г. вспыхнуло восстание в Париже. Генрих III в спешном порядке уехал в Блуа, а в столицу вступил Гиз, уже чувствовавший себя королем. Генрих III созвал Генеральные штаты, на заседание которых был приглашен и Гиз. 23 декабря 1588 г. по дороге на заседание на него напали сорок пять телохранителей короля, перебившие всю охрану герцога и прикончившие его самого несколькими ударами кинжала. На следующий день был убит и младший Гиз, кардинал Людовик Лотарингский. После этих преступлений большинство подданных отвернулось от короля. Папа Сикст V проклял и его тоже.

Генриху III ничего не оставалось как заключить союз с Генрихом Бурбоном, признав того своим наследником. Вместе они осадили Париж. На время осады король остановился в Сен-Клу. Там у него испросил аудиенции монах-доминиканец Жак Клеман. Он передал Генриху какие-то бумаги. Когда король углубился в чтение, монах выхватил из-за пазухи стилет и вонзил его в живот монарха. Генриху удалось вынуть стилет и нанести Клеману ответный удар (когда тот выскочил из комнаты, королевские телохранители добили его). Истекающего кровью Генриха положили на кровать. Врачи зашили ему живот, но в ночь на 2 августа 1589 г. он скончался. Смерть Генриха вызвала бурную радость в Париже и послужила поводом для празднеств и благодарственных молебнов в церквях.

<< Короли Польши >> >><< Короли Франции >>

www.allmonarchs.net

Генрих III Французский. Король Франции

Мария Клевская, большая любовь короля, с весны 1574 г. оказалась на положении соломенной вдовы: ее муж бежал в Германию, она не захотела последовать за ним. Генрих уже подумывал о том, как бы организовать признание брака Конде недействительным, но Екатерина, почуявшая во вновь появившейся на сцене Марии опасную соперницу, позаботилась о том, чтобы держать своего сына подальше от Парижа, где в это время находилась принцесса. И вот в Лионе Генрих узнал, что 30.10.1574 г. Мария умерла родами. Известие буквально подкосило его. Он слег с лихорадкой и на много дней уединился в своих покоях. Придворные, привыкшие к достаточно легким нравам, были поражены тем, что король Франции обнаруживает столь глубокое чувство. Когда же, вернувшись к обществу, он появился в платье, на котором были вышиты многочисленные черепа, окружающие почти не скрывали насмешек.

Лишь под впечатлением потери любимой им Марии Генрих дал согласие на брак, чтобы обеспечить продолжение династии и потеснить мятежного Алансона (теперь уже, впрочем, «Анжу») с первого места в ряду престолонаследников. Ко всеобщему удивлению, его выбор пал на кроткую и доброжелательную девушку, которую он мельком видел в 1573 г. в Бламоне, Луизу де Водсмон (1553 — 1601), происходившую из младшей ветви Лотарингского герцогского дома. У нее не было ни особых притязаний, ни блестящих перспектив, но можно было ожидать, что она станет верной и преданной женой королю. Решение Генриха в пользу Луизы было отчасти протестом против Екатерины — первый шаг на пути эмансипации любящего сына от властной матери, желавшей участвовать во всех его решениях и, естественно, имевшей в пилу совершенно иную кандидатуру. Однако на этот раз она смирилась.

13.02.1575 г. в Реймсском соборе состоялось коронование и посвящение короля в сан; 15.02 последовало обручение с Луизой. Генрих («жаждущий совершенства») лично хлопотал о наряде, украшениях и прическе невесты — настолько обстоятельно, что свадебную мессу пришлось перенести на вторую половину дня.

Луиза стала королевой, на которую он всегда мог опереться. Она совершенно не стремилась к власти и никогда не забывала, как высоко поднял ее Генрих. Всю свою жизнь она оставалась, верной и благодарной, в тени короля. Все королевство сочувственно отнеслось к этому браку; однако он был бездетным, что вызывало недоумение, и было непонятно уже современникам. Очевидно, Луиза стала бесплодной после искусственного аборта, осложненного хроническим воспалением матки. От последствий этой операции она страдала много лет.

При дворе вину за бездетность брака охотно взваливали на Генриха, поскольку он — явление для французских королей совершенно необычное — не имел внебрачных детей, хотя с 1569 г. у него были интимные связи со многими придворными дамами. Однако официальной любовницы у него не было, а после его женитьбы он и вовсе почти прекратил свои любовные похождения. Летом 1582 г. Генрих дал обет отказаться от сексуальных отношений с другими женщинами, поскольку его духовник объяснил, что бездетность — божья кара за случайные связи. Однако это не помогло; напрасны оказались и многократные паломничества к святым местам, в соборы Шартра и д’Эпина между 1679 и 1589 г.

Хотя Генрих до последнего не оставлял надежду иметь потомство мужского пола, с 1582 г. он обрел внутренний покой в глубоком религиозном чувстве. Он легко покорился непостижимой ноле Божьей. Когда в 1584 г. неожиданно умер наследник престола Анжу, Генрих — хотя поначалу и не без колебаний — дал согласие признать новым претендентом Наварру, имевшего на это законное право. Когда религиозно-политическая обстановка в 1588/89 г. радикально изменилась и Генрих III оказался фактически в одиночестве против непокорной страны, мятежной столицы и рвущихся к короне Гизов, он проявил широту истинного государственного деятеля, достигнув соглашения с единственным законным престолонаследником Наваррой. Его твердая решимость обеспечила сохранение непрерывности государства в процессе смены царствующей династии.

Генрих III был прилежным монархом. Он обладал замечательной памятью и острым умом. По возможности, он сам вел государственные дела. Своим бюрократическим усердием он напоминал испанского Филиппа II. Из-за его многочисленных законодательных инициатив современники прозвали его «королем стряпчих». Особое значение для многих сфер общественной и частной жизни имел Ордонанс, изданный в Блуа (1579), где в 363 положениях разбирались пожелания и затруднения, о которых подняли вопрос собранные в 1576 г. Генеральные штаты.

В экономическом плане Генриху удалось привлечь духовенство, освобожденное от уплаты налогов, к участию в государственных расходах. В 1579/80 г. он добился, что собрание духовенства обещало ему «церковный заем» на сумму около 1,3 миллиона ливров сроком на шесть лет. В 1586 г. этот заем был продлен на 10 лет. Поскольку корона не желала и в будущем упускать этот источник доходов, общее собрание духовенства было вынуждено узаконить складывающуюся практику предоставления духовенством налога в виде добровольного пожертвования, который собирался каждые десять лет на всем протяжении существования старого режима.

Помимо церковной десятины при Генрихе III в течение нескольких лет с церкви взимался также прямой налог. Все эти платежи представлялись духовенству меньшим злом по сравнению с угрожающей экспроприацией церковного имущества, в котором корона всегда видела средство нажима: трижды Генрих отчуждал часть церковных владений (в 1574, 1576, 1586 гг.). Из всех французских правителей Генрих III был королем, который больше всего требовал от духовенства.

Только после исследования Алины Карпер стало известно значение созванной Генрихом III для «модернизации Франции» дворянской ассамблеи. С ноября 1583 до конца января 1584 г. в Сен-Жерменском предместье политическая и административная элита страны — 66 человек — обсуждала обширный перечень вопросов, предложенный королем, которые касались налоговой системы, государственного бюджета, продажи должностей, административной структуры, армии, хозяйства и др. Речь шла, как заметил императорский посланник, о всеобщей реформе королевства, которой король ожидал от этого собрания специалистов. Результаты совещаний были представлены правительству в виде «Мнения ассамблеи», обработаны им и опубликованы. В 17 и 18 столетиях эти решения считались «памятником государственного ума, который лишь вследствие неблагоприятных политических условий не смог принести плоды». Дело в том, что именно в этом году фактически закончилась мирная передышка, длившаяся с 1577 г. Многочисленные реформы, которые Генрих начал проводить еще в 1584 г., застопорились; перед угрозой назревающей новой гражданской войны о них думать не приходилось.

Уже современные Генриху историографы отмечали, что в конце правления он у всех вызывал враждебное к себе отношение. Недоброжелательные преувеличения и представление в ложном свете пристрастий и интересов короля полностью дискредитировали этого государя, к которому с одинаковой ненавистью и предвзятостью относились и католики и протестанты.

Критическим отношением к Анри III пронизана вся историография, вплоть до 20 столетия. Лишь работы Пьера Шампьона положили начало новому направлению в изучении биографии Генриха. Пьер Шевалье посвятил ему солидный труд, вышедший в 1986 г., в котором он рассматривает все скопившиеся за столетия слухи, полуправды, оскорбления и обвинения с документами в руках. Результаты поражают: если многие детали и остаются еще неясными, критический анализ источников дает совершенно новую оценку Генриха III, короля и человека. Эта работа позволяет увидеть личность Генриха III точнее, чем прежде.

Основные нападки относились прежде всего к «миньонам» [mignons] — группе из четырех молодых дворян, которых Генрих держал при дворе и осыпал милостями, почестями, подарками. Все они отличились на военном поприще, были верны и преданны ему и, должно быть, позволяли себе дерзкие выходки в отношении консервативно настроенной аристократии. Эти четыре мушкетера, к которым позднее примкнуло еще несколько других, вызывающе одевались, ценили развлечения и галантные (и не только) приключения. Печально известна дуэль миньонов, состоявшаяся 27.04.1578 г. и унесшая четыре жизни; она была, собственно говоря, отражением борьбы между враждующими католическими группировками.

Из четырех первых фаворитов Сен-Сульпис был убит в 1576 г., Кайлюс умер через 33 дня после упомянутой дуэли, Сен-Люк, разболтавший своей жене альковные тайны короля, в 1580 г. впал в немилость и едва избежал судебного процесса; четвертый, Франсуа д’О, которого Генрих из-за его превосходного управления финансами называл «мой великий эконом», в 1581 г., когда его звезда стала клониться к закату, удалился от двора.

С 1578/79 г. в поле зрения исследователей появляются два других фаворита короля: Анн де Жуайез и Жан-Луи де ла Валетт. Их обоих современники называли «архиминьонами», оба поднялись выше своих предшественников и получили титул герцога (де Жуайез и д’Эпернон). Отношение короля к этим фаворитам, которых он иногда называл «мои братья», пожалуй, лучше всего выразил тосканский посланник Кавриана, который в 1586 г. так прокомментировал их военный успех: «Отец очень радуется, видя, как оба его приемных сына доказывают свои достоинства».

Уже Мишле предостерегал от излишне негативного отношения к миньонам. Хотя Доду и называл их «министрами его сладострастия», вероятно, ни они, ни король не были гомосексуалистами. Здесь стоит привести веские слова Шевалье: «Генрих III и его фавориты — необоснованная и клеветническая легенда».

Другие особенности короля, частично унаследованные им от рода Медичи, в течение веков тоже служили мишенью для критики — увлечение роскошной причудливой одеждой, драгоценностями, благовониями.

Он обладал четко выраженным пониманием красоты и элегантности, но был склонен к довольно кокетливым формам самовыражения. Любил карнавалы, балы и маскарады, ценил литературу, поэзию и театр, при этом заботился о сохранении придворного церемониала и этикета. В некоторых случаях он охотно набрасывал подробные правила и предписания — например, при основании рыцарского католического ордена Святого Духа в 1578 г.

Генрих любил маленьких собак, которых у него было несколько сотен, редких птиц и экзотических животных. Обычные развлечения дворян — рыцарские турниры, фехтование, охоту он ценил меньше. Иногда король удивлял своих приближенных детскими играми вроде бильбоке — игра, в которой нужно подцепить мячик острым концом или изогнутой палочкой. Он с удовольствием вырезал миниатюры, которые потом использовал как украшения.

С другой стороны, Генрих обладал повышенной нервной чувствительностью и в связи с этим предрасположенностью к болезням. Его бездетность и переживания из-за морального упадка раздираемого гражданской войной королевства привели его в 1582/83 г. к глубокой набожности. Стремление открыто демонстрировать свое благочестие, имевшее, пожалуй, и политическую подоплеку, желание придавать всему какой-то мистический блеск, побудили его примерно до 1587 г. принимать участие в процессиях, часто в белой власянице, особенно в шествиях основанного самим Генрихом в марте 1583 г. «Братства кающихся грешников Благовещенской Богоматери». Члены этого братства — в том числе оба архиминьона, множество придворных, членов парламента и знатных горожан — носили белое одеяние капуцинов из голландской шерсти с двумя отверстиями для глаз. Незадолго до новой вспышки гражданской войны, когда Генрих увидел окончательное крушение своей политики компромиссов и пережил период глубокой меланхолии, он основал, на этот раз без шума и показухи, «Братство смерти и страстей господа нашего Иисуса Христа». Эта маленькая община собиралась по пятницам в Лувре, где они вместе молились, распевали псалмы и проводили время в духовных упражнениях, покаянии и даже самобичевании.

С самого первого пребывания в монастыре паулинок и январе 1583 г. Генрих все больше и больше удалялся от мира. За монастырскими стенами он чувствовал себя прекрасно, и был рад тому, чем довольствовались сами монахи. Он приказал перестроить и расширить старый монастырь иеронимитов в Венсенском лесу, где для него и его зачастую весьма многочисленной свиты (поскольку, несмотря ни на что, он не выпускал из поля зрения и политические вопросы) были зарезервированы несколько келий. С 1584 г. Генрих в течение трех лет регулярно проводил несколько дней в этом монастыре, позднее переданном паулинкам. Вряд ли Генрих находил у кого-либо понимание: у Екатерины, своей жены или подданных. Даже папа не одобрял Генриха, которого современники называли иногда король-монах.

Такое безусловно преувеличенное, доходившее до эксцессов религиозное рвение было связано с характерной чертой короля, которую сам он однажды выразил следующим образом: «Что я люблю, я люблю до конца». В этом заключалась подлинная слабость короля: его нервная конституция часто приводила его к крайностям. Что бы ни делал король, вследствие своего темперамента он предавался этому чрезмерно.

Многие способы времяпрепровождения короля указывают на его экстравагантность, в основе которой лежали определенные особенности характера. Хотя его бесхитростность была очевидна, она бывала иногда смешной и вызывала у его противников насмешки и злобу. Генрих был необычным ребенком для своего времени и своих родителей. Однако на протяжении столетий никто не желал признать этого.

Источники:

1. Французские короли и императоры, под ред. Петера К. Хартманна; "Феникс", Ростов-на-Дону, 1997г.

См. также:

www.world-history.ru

Генрих III король Франции

ПланВведение 1 Биография 1.1 Ранние и юношеские годы Генриха Валуа1.2 Военная и политическая карьера Генриха Валуа1.3 Матримониальные тонкости французского двора1.4 Генрих и Варфоломеевская ночь1.5 Генрих — король Польский 1.5.1 Генрих и его двор в Польше1.5.2 Генрих и Анна1.5.3 Побег из Польши1.5.4 Польша после бегства короля

1.6 На французском троне1.7 Смерть Генриха III2 Генрих III в литературе и искусстве

Введение

Ге́нрих III Валуа (фр. Henri III de Valois , польск. Henryk Walezy ; 19 сентября 1551(15510919), Фонтенбло — 2 августа 1589, Сен-Клу) — четвёртый сын Генриха II, короля Франции и Екатерины Медичи, герцог Ангулемский (1551 — 1574), герцог Орлеанский (1560 — 1574), герцог Анжуйский (1566 — 1574), герцог Бурбонский (1566 — 1574), герцог Овернский (1569 — 1574), король польский и великой князь литовский с 21 февраля 1573 года по 18 июня 1574 года (формально до 12 мая 1575 года), а затем последний король Франции с 30 мая 1574 года из династии Валуа.

1. Биография

1.1. Ранние и юношеские годы Генриха Валуа

Генрих Анжуйский. Портрет работы Франсуа Клуэ. (1570) Лувр

Королевская семья Франции. XVI век

Екатерина Медичи с детьми — Карлом, Маргаритой, Генрихом и Франсуа

Днем своего рождения Генрих III всегда считал 18 сентября 1551 года, хотя в действительности он появился на свет спустя 40 минут после полуночи, то есть девятнадцатого. При крещении мальчик получил имя Александр-Эдуард (Alexandre-Edouard ) и титул герцога Ангулемского. Родители его, король Генрих II и Екатерина Медичи, сочетались браком в 1533 году; первые одиннадцать лет детей у них не было.

У Генриха было четверо старших братьев и сестёр: Франсуа (Франциск II), «маленький дофин», родившийся в 1544 году, официально объявленный дофином в 1547 году, когда его отец занял трон; Елизавета, впоследствии ставшая супругой Филиппа II Испанского; Клод, в 1559 году вышедшая замуж за Шарля III, герцога Лотарингского и де Бар, и Шарль-Максимилиан, которому ранняя смерть брата-первенца принесла корону, сделав его Карлом IX. Пятый ребёнок, Луи, умер в октябре 1550 года, будучи 20 месяцев от роду.

Младшими братьями и сёстрами Генриха были Маргарита, более известная как «королева Марго» (причём сестра была также и его любовницей), за неделю до Варфоломеевской ночи вышедшая замуж за Генриха Наваррского, будущего Генриха IV, короля Франции, и Эркюль, единственный из четырёх братьев, так и не ставший королём. Длинный ряд рождений в 1556 году завершился двойней — родились сёстры Жанна и Виктория, вскоре после этого умершие.

Высокая детская смертность, характерная для той эпохи, не обошла и королевскую семью; всё же благодаря лучшему медицинскому обслуживанию и благоприятным условиям жизни для неё это не имело таких катастрофических последствий, как для низших слоев населения. Из шести выживших в детстве братьев и сестер пятеро умерли раньше Генриха. Лишь Маргарита пережила его и достигла 62-летнего возраста. Она и Генрих, единственные из десяти детей, оставались в живых ко дню смерти их матери — 5 января 1589 года. Все представители последнего поколения Валуа отличались слабым сложением и болезненностью; их страшным бичом был туберкулёз, против которого тогдашняя медицина не знала средств. Во время конфирмации 17 марта 1565 года Александр-Эдуард получил в честь отца имя Генрих. Его младший брат Эркюль (Геркулес), чьи «физические и интеллектуальные уродства совершенно не соответствовали его имени » (Холт), спустя год получил таким же образом имя деда, Франсуа.

С февраля 1566 года он носил титул герцога Алансонского; Генрих в дальнейшем фигурирует как герцог Анжуйский. Сначала его, как сына правящего короля, называли Monseigneur , затем Monsieur — прежде это были официальные обозначения. В исторической литературе обоих братьев — Генриха и Франсуа — с 1566 года именуют коротко «Анжу» и «Алансон». Когда Генрих стал королём, титулы Monsieur (1574), герцог Анжуйский (1576) перешли к Франсуа, прежде бывшему Алансоном.

Александр-Эдуард-Генрих был жизнерадостным, дружелюбным и смышлёным ребёнком. Образованием юного принца занимались известные люди своего времени — Франсуа Карнавале (Francois de Carnavalet ) и епископ Жак Амье (Jacques Amyot ), известный своими переводами Аристотеля. В юности он много читал, охотно вёл беседы о литературе, брал уроки риторики, недурно танцевал и фехтовал, умел очаровывать своим обаянием и элегантностью. В совершенстве владея итальянским (на котором часто разговаривал с матерью), он читал труды Макиавелли. Подобно всем дворянам, он рано начал заниматься различными физическими упражнениями и в дальнейшем, во время военных походов, показал хорошую сноровку в ратном деле.

Личность и поведение Генриха резко выделяли его во французском дворе. А позже, по прибытии в Польшу, вызвали культурный шок у местного населения. В 1573 году посол Венеции в Париже Морисони писал о роскошных одеждах принца, о его почти «дамской деликатности », о его серьгах в каждом ухе. «Он не удовлетворился одной серёжкой в каждом из них — ему нужны двойные, украшенные драгоценными камнями и жемчугом… ». Всё чаще стали раздаваться и передаваться из уст в уста мнения о гомосексуализме принца Анжуйского, который получил прозвище — «принц Содома»…

Сама Екатерина, любившая Генриха больше остальных своих детей, мечтала оставить ему королевскую корону. Она называла его «моё всё » (mon tout ) и «мой маленький орёл » (mon petit aigle ), подписывала свои письма к нему «ваша нежно любящая мать » и видела в нём черты характера, напоминавшие ей её предков, Медичи. Генрих в детстве был её любимцем, а позднее стал её доверенным лицом.

Однако для этого матери пришлось изрядно потрудиться. Где-то в возрасте 9 лет Генрих стал интересоваться гугенотами и постепенно сближаться с их миром, называя себя «маленьким протестантом». Более того, он стал приобщать к протестантизму и Маргариту (что потом имело решающие последствия для истории Франции). Он пел гугенотские песни, не соблюдал католические обряды и даже попытался разбить статую св. Павла. Однако, воспитываясь при католическом дворе, вряд ли он мог серьёзно полагать, что всё так и будет оставаться. Взяв сына в ежовые рукавицы, Екатерина в течение трёх лет сумела выбить из него гугенотские взгляды и превратить в ревностного католика…

Отношения между королём Карлом и Генрихом были несколько натянутыми — несомненно, из-за интеллектуального превосходства младшего, к тому же предпочитаемого матерью. Карл не любил брата и весьма опасался его, как претендента на трон. Некоторая враждебность, по-видимому, ещё увеличилась в ходе более чем двухлетнего путешествия, которое королевский двор совершил по всей Франции. Этим путешествием и передачей Генриху 8 февраля 1566 года в качестве апанажа герцогств Анжу, Бурбонэ и Мэна, что дало ему финансовую независимость, окончился первый этап его жизни.

1.2. Военная и политическая карьера Генриха Валуа

Герб Генриха Валуа, герцога Анжуйского

Детство и юность Генриха пришлись на время, когда французская монархия начала менять свои политические приоритеты.

В мирном договоре, заключённом 3 апреля 1559 года в Като-Камбрези между Францией и Испанией, прослеживается перенесение акцента с внешней политики, всю первую половину века остававшейся в центре внимания, на внутренние проблемы Франции. Этим договором завершился первый этап французско-габсбургского противостояния. Герцогство Бургундское осталось за Францией, тогда как в Италии она сохранила лишь несколько опорных пунктов. Договор этот, получивший название «католический мир » (pax catolica ), предоставлял обоим правителям возможность более энергично взяться за решение религиозных проблем в своих странах. Особенно это касалось Генриха II, в период правления которого движение гугенотов, несмотря на ужесточившиеся преследования, набирало силу.

Примерно с 1550 года в ряды сторонников учения Кальвина вступало всё больше и больше представителей высших слоев общества: юристы, врачи, купцы, дворяне. Такое проникновение протестантизма в верхушку социальной иерархии достигло апогея к 1558 году, когда к реформаторской церкви примкнули представители высшего дворянства: Антуан де Бурбон, король Наварры, его брат, принц Конде, а также братья Франсуа д’Андело и Гаспар де Колиньи. Венцом охвативших всю империю усилий по организации новой церкви стал первый Синодальный собор гугенотов, состоявшийся 25 мая 1559 года в Париже. С 1558—1559 годов уже было очевидно, что королевской власти придётся каким-то образом урегулировать отношения с этим столь хорошо организованным религиозным меньшинством. Необходимо было терпеть сосуществование различных конфессий как данность и искать пути и средства его правильно организовать. Эта программа могла быть реализована лишь за достаточно долгий срок и требовала всестороннего обдумывания.

Екатерина Медичи воспользовалась шансом, который ей предоставила смена царствования в 1560 году, чтобы взять государственные дела в свои руки и изменить политический курс. С поразительной целеустремлённостью она проводила новую политику в отношении вопросов вероисповедания. В обстановке ненависти и непримиримости она снова и снова осторожно пыталась осваивать terra incognita конфессиональной терпимости — о подлинной свободе совести пока не могло быть и речи. Попытки Екатерины, на доброе столетие опережавшие свою эпоху, выдвинули эту женщину, до 1559 года отстранённую своим мужем и его любовницей Дианой де Пуатье от какого-либо участия в политической жизни, в первые ряды государственных деятелей, когда-либо управлявших Францией. Особого внимания заслуживает тот факт, что ей удалось передать свои убеждения сыну Генриху.

Важнейшей инициативой Екатерины с начала проведения ею политики национального примирения стал Эдикт о веротерпимости от 17 января 1562 года, провалившийся стараниями сторонников Гизов. Результатом этого явилась резня в Васси, которая расширила фронт борьбы и развязала первую гражданскую войну. Большое путешествие по стране, предпринятое, в частности, с целью преодоления религиозного противостояния, оказались безрезультатным в этом отношении. Раздуваемое экстремистами обеих сторон растущее напряжение привело в 1567—1568 годах ко второй, а в 1569—1570 годах и к третьей гражданской войне.

В эти годы, собственно, и началась политическая карьера Генриха. Поскольку его брат-король избегал подвергать себя военной опасности, 14 ноября 1567 года герцог Анжуйский был назначен генерал-лейтенантом королевства и вместе с этим титулом получил командование королевскими войсками. Естественно, за спиной 16-летнего полководца стояли опытные военные деятели (такие, как Гаспар де Таванн), однако благодаря таланту, искусству и активной деятельности Генриха обе победы над войсками гугенотов — 13 марта 1569 года при Жарнаке и 3 октября 1569 года при Монконтуре — приписывались в первую очередь ему. Однако юный военный герой, всегда активно интересовавшийся и политикой, в отличие от своего царствующего брата, пошёл дальше: по настоянию Екатерины Карл произвёл его в генерал-интенданты короля. Вместе с этим (прежде не существовавшим) титулом он становился в некотором роде вице-королём, к которому должны были обращаться по всем вопросам, возможно, чтобы разгрузить Екатерину.

1.3. Матримониальные тонкости французского двора

Помимо всего этого Генрих Анжу оставался престолонаследником, хотя бы и условно, так как право наследования неизбежно переходило к законному сыну короля. Однако тут Генриху повезло. В браке, который Карл IX заключил 26 ноября 1570 года с Елизаветой Австрийской, дочерью императора Максимилиана II, родилась лишь единственная дочь, Мария-Елизавета (1573—1578), а сын, родившийся от связи короля с Марией Туше (1549 −1639), Шарль де Валуа, впоследствии герцог Ангулемский, естественно, не мог считаться законным наследником. Так и остался Генрих, брат-соперник короля, соперником его и в вопросе о престоле. Когда после почти трёхлетнего брака наследник престола так и не появился на свет, а здоровье короля быстро ухудшалось, Карлу IX пришлось официально признать 22 августа 1573 года своим преемником Генриха. Блестящая политическая карьера, казалось, открывшаяся перед Анжу, должна была увенчаться браком с Елизаветой Английской. Однако этот проект провалился, не в последнюю очередь из-за отрицательного отношения самого Генриха к этому союзу — ведь ему пришлось бы покинуть Францию. В конце концов Государственный совет решил заменить кандидатуру Анжу кандидатурой Алансона, бывшего на 22 года моложе неувядающей Елизаветы. Популярности наследника престола провал планов женитьбы отнюдь не повредил, так же как и то, что очень следивший за модой и несколько эксцентричный Генрих начал носить довольно крупные серьги с подвесками — это делал и его царственный брат и многие аристократы при тогдашнем дворе.

После подписания 8 августа 1570 года Сен-Жерменского мирного договора, Екатерина возобновила свою примирительную конфессиональную политику. Почти символическим выражением такой политики стал брак её дочери Маргариты и Генриха, сына ревностной кальвинистки, королевы Наваррской, Жанны д’Альбре. Отец жениха, Антуан де Бурбон, умер в 1562 году. После внезапной смерти королевы Жанны 9 июля 1572 года в Париже, Генрих, ещё до свадьбы, состоявшейся 18 августа 1572 года, стал королём Наварры. Южная часть его владений, впрочем, уже в 1572 году была аннексирована Испанией. Женитьба не принесла Генриху Наваррскому прав на французский трон, однако он, пожалуй, и так имел их из-за своих родственных связей с королевским домом, прослеживавшихся с XIII века.

Пока же сохранялась ещё надежда на то, что у короля появится законный наследник, кроме того, были живы оба наследника престола, Анжу и Алансон, у которых после женитьбы тоже могли родиться отпрыски мужского пола. Другая свадьба, состоявшаяся в том богатом событиями августе 1572 года, полностью выбила Генриха Анжу из равновесия — он влюбился в «чужую» невесту. Имя её — Мария Клевская (1550—1574): 21-летний «ребёнок из провинции с чистым сердцем, свежими щёчками, стройным станом, здоровым телом и сердечной улыбкой ». Она обладала чарующей красотой и заставила наследника престола забыть все его прежние увлечения. Он решил жениться на этой девушке, ответившей на его любовь. Екатерина пришла в ужас от желания своего сына, который отверг английскую королеву, тогда как Мария вовсе не принадлежала к высшему дворянству. Помимо того, Екатерина уже отвела ей вполне определённую роль в своих планах, связанных с политикой межконфессионального согласия. Воспитанная в кальвинистской вере девушка, с 1569 года находившаяся под опекой короля, должна была стать женой гугенотского принца де Конде. Екатерина не позволила разрушить своего проекта. Анжу был вынужден склониться перед государственной необходимостью, и 10 августа состоялась свадьба — ровно за две недели до Варфоломеевской ночи.

1.4. Генрих и Варфоломеевская ночь

Резня в ночь св. Варфоломея

Возобновлённая с заключением Сен-Жерменского мира примирительная политика Екатерины сделала возможным возвращение в 1571 году ко двору — и даже в королевский Совет — адмирала Колиньи, «заочно повешенного» вождя гугенотов, приговорённого в 1569 году к смертной казни. Он попытался провести в жизнь свои политические планы — оказать военную помощь Нидерландам, с 1566 года сражавшимся с Испанией. С этой целью он намеревался организовать европейский протестантский союз против Филиппа II. Однако после сокрушительного поражения при Сен-Кантене (10 августа 1557 года) ничего так не пугало Екатерину, как война с Испанией. Военные специалисты в один голос поддержали её: Франция неминуемо проиграет эту войну. Поражение французского подкрепления, на чей поход Карл IX просто закрыл глаза, укрепил единодушное решение королевского Совета: при любых обстоятельствах избегать войны с Испанией. Однако Колиньи не отступался от своих планов и выдвинул в их защиту в порядке военно-политического шантажа им самим изобретённую, отнюдь не неизбежную альтернативу: война с Испанией либо гражданская война. Этот шаг сделал его — тут сходятся мнения всех исследователей — государственным изменником, устранения которого требовали интересы государства. Екатерина и Анжу, без ведома короля, подготовили покушение на Колиньи, которое состоялось 22 августа 1572 года. В свете новых исследований эта ситуация выглядит совсем по-иному. В середине августа 1572 года Колиньи был в полной политической изоляции и не представлял никакой реальной военной силы. Возможно даже, что, в то время как он думал управлять королём, в действительности использовали его самого: тем, что тот уговаривал его отправить в Нидерланды, то есть на верную гибель, протестантские войска.

Одно это делало Колиньи хотя и слабой, но политически важной фигурой на политической арене: «Французская монархия сделала Колиньи слишком важной персоной, чтобы думать о том, чтоб от него избавиться ». Этот тезис ломает столетиями возводимую стройную концепцию о времени и способе совместной подготовки убийства адмирала Екатериной и Генрихом Анжу. Обоим эта смерть не была нужна, и они даже не знали о покушении. В одной работе, аргументированной исключительно источниками той эпохи, на свет выводятся истинные виновники преступления: «Душой заговора был не кто иной, как Филипп II »; сугубое подозрение высказывается в отношении герцога Альбы, что он «на расстоянии руководил покушением на адмирала при активном соучастии горсточки ультра-католиков, сторонников Гизов ». Буржон также даёт совершенно новую интерпретацию предыстории Варфоломеевской ночи — событиям двух дней, прошедших после покушения на Колиньи. Из-за плохого состояния источников легче сказать, чего не было, чем обосновать какие-то позитивные высказывания. Но то, что ни Екатерина, ни Генрих никак не повлияли на кем-то спланированную кровавую акцию, состоявшуюся в ночь 24 августа 1572 года, праздник св. Варфоломея, представляется вполне вероятным. Варфоломеевская ночь отнюдь не была демонстрацией королевской силы; напротив, она стала результатом полного — хотя и временного — коллапса власти короля. Видимо, в какой-то момент ночью Карл IX уступил ультиматуму, предъявленному испанско-гизской партией, и дал согласие на убийство гугенотских вождей — и только о них шла речь.

Убийство приверженцами Гизов гугенотского генерального штаба было одно, а бойня, унёсшая жизни сотен протестантов, — совсем другое. Эта кровавая акция взбудоражила Париж, получивший удобную возможность выразить свой протест против религиозной, экономической и внешней политики, проводимой с 1570—1571 годов; Варфоломеевская ночь стала бунтом против королевской власти. В событиях последующих дней королевской семье не пришлось принять участия: словно бы и не существовало короля и муниципалитета, власть в городе на три дня взяли в свои руки набранные одним из бывших бургомистров и другом Гизов Марселем вспомогательные войска. Из их числа формировались отряды убийц и бандитов, которые с целью обогащения беззастенчиво грабили и убивали преимущественно — но никоим образом не исключительно — гугенотское население, пытаясь таким образом под прикрытием религиозной борьбы восстановить по своему усмотрению социальную справедливость. Такая точка зрения противоречит выдвигаемому ещё современниками событий, а в последнее время активно возрождаемому тезису, что городская милиция в полном составе активно участвовала в погромах. Чтобы прояснить, как обстояло дело в действительности, нужны ещё более подробные исследования. Протестанты ответили на Варфоломеевскую ночь четвёртой гражданской войной. Её кульминацией стала осада Ла-Рошели. После того как Карл IX официально признал себя ответственным за события Варфоломеевской ночи, гугеноты отказались от лояльности в отношении короля, которую до сих пор всегда соблюдали. Ла-Рошель словно почувствовала себя независимой республикой и отказалась даже впустить в город губернатора Бирона, направленного королём.

11 февраля 1573 года Генрих Анжуйский прибыл к Ла-Рошели и принял командование армией. После яростного обстрела королевские войска вновь безуспешно попытались штурмовать крепостные стены. Monsieur, легко раненый 14 июня, долго надеялся на действие блокады; но предпринятые в мае и июне новые попытки штурма тоже полностью провалились. Вскоре от Ла-Рошели пришлось отказаться: 19 июня Генрих Анжуйский получил известие о том, что он избран королём Польши. Переговоры с осаждёнными быстро привели к заключению мира 2 июля 1573 года, который гарантировал свободу совести на всей территории Франции, однако свободу отправления культа для гугенотов легализовал лишь в городах Ла-Рошель, Монтобан и Ним. Это был неудачный договор, наспех составленный и поспешно заключённый; его истинной целью было освободить герцога Анжу от осады Ла-Рошели.

1.5. Генрих[&][#]160[;]— король Польский

Король Польши Хенрик Валезы (Генрих Валуа) худ. Ян Матейко

Прибытие польских послов в Париж для объявления Генриха Валуа королём Польши

Великий маршал коронный Ян Фирлей (фрагмент картины Яна Матейко «Люблинская Уния»)

Анна Ягеллонка

Pacta Conventa Генриха Валуа

Побег Хенрика Валезы. Картина Артура Гроттгера

Тем временем в Польше умирал Сигизмунд II Август — последний король из династии Ягеллонов. Кроме годовалой дочери Барбары Воронецкой, прижитой вне брака, других детей у него не было. Вопрос о престолонаследии встал в Польше как нельзя остро. Вновь для Екатерины и Карла открылась возможность соответственно сделать королём любимого сына и сплавить подальше «любимого брата». В 1572 году ко двору Августа отправилось посольство Жана де Баланьи с предложением выдать незамужнюю сестру короля Анну Ягеллонку (Инфанту ) за принца Генриха. Однако Баланьи ко двору не допустили, и ему пришлось возвращаться во Францию несолоно хлебавши. Впрочем, всё ещё только начиналось. Интеррексом (то есть королём переходного периода) был избран епископ Якуб Уханский. Вскоре, сразу же после смерти Сигизмунда Августа, в Польшу прибыл новый французский эмиссар, опытный дипломат, 70-летний Жан де Монлюк, епископ Валенсии, отец де Баланьи и сторонник гугенотов.

Монлюк выехал из Парижа 17 августа 1572 года — за неделю до Варфоломеевской ночи. Так что известие об избиении гугенотов застигло его в дороге. События 24 августа до глубины души потрясли всё польское общество. Как, впрочем, и некоторые другие народы. Резко осудил массовую резню гугенотов даже царь Иван Васильевич (в этом же году отменив опричнину). Разве что, испанский король Филипп II впервые в жизни рассмеялся, узнав о парижской резне. Секретарь епископа де Монлюка, Жан Шуаснен сообщал в Париж: «Они не желают даже упоминать имён короля, королевы и принца Анжуйского ». Тем не менее, посольство Монлюка предприняло пропагандистскую акцию с тем, чтобы полностью обелить Генриха. Епископ обнародовал в Кракове оправдательное письмо на французском языке — которым многие поляки, к удивлению французов, прекрасно владели. Было заявлено, что принц не только не участвовал в организации «Ночи », но и всячески противился ей. Когда же она наступила, он попытался прекратить кровопролитие и даже укрывал гугенотов.

Никакие старания Монлюка поляков не убедили. Уже после выборов коронный казначей Иероним Буженский посоветовал епископу даже не пытаться вновь убеждать общество в том, что принц «не принимал участия в резне и не является жестоким тираном », ибо это приведёт к тому, что «скорее, он должен будет бояться своих подданных, нежели подданные — его ». Выборы нового короля Польши состоялись 5 апреля — 10 мая 1573 года, в Праге, на правом берегу Вислы, напротив Варшавы, под деревней Камень, которая сегодня является частью столицы. Помимо Генриха главными кандидатами на престол являлись:

· Эрцгерцог Эрнест Габсбург , сын императора Максимилиана II

· Царь Иван IV Грозный (был не против женитьбы на Анне Ягеллонке, но выдвинул целый ряд заведомо неприемлемых условий, так что шансы его были весьма невелики)

· Король Швеции Юхан III Ваза, муж Катерины Ягеллонки, сестры Сигизмунда Августа

· Стефан Баторий, семиградский князь

Выборы, в сущности, представляли собой борьбу между сторонниками Габсбургов и их противниками. Более 50 тысяч человек прибыли на Избирательный сейм для участия в голосовании. Сначала состоялась презентация кандидатов, с которой выступили послы. Затем, 5 апреля, прошло голосование, в котором уверенную победу одержал французский принц. Через несколько дней представители принца от его имени присягнули на т.н. Генрицианских артикулах, утверждённых здесь же, на сейме, 20 мая. Включали они список прав как избранного короля, так и его подданных. И, фактически, подобно конституции, определяли отношения между королевской властью и народом. Артикулы гарантировали сохранение шляхетских привилегий. В них был записан также важнейший пункт о престолонаследии. Король может только избираться и никаких наследников не имеет.

В отличие от Артикулов , остающихся неизменными при любом монархе, принятая на сейме Pacta conventa , относилась уже непосредственно к новому королю. Она касалась, в основном, вопросов преемственности. Генрих обязывался погасить все долги Сигизмунда Августа, обеспечить получение польской молодёжью образования в Париже, выставить несколько тысяч солдат пехоты против Ивана Грозного, выплачивать ежегодно в польскую казну 450 тысяч злотых из своих личных доходов, послать французский флот на Балтику, обеспечить строительство польского флота, а также — создать Речь Посполиту Трёх Народов (Польши, Литвы и Руси).

Во Францию отправилось специальное посольство, имевшее целью уведомить принца Анжуйского о его избрании королём Речи Посполитой и взять с него присягу о согласии с вышеупомянутыми документами. А затем, как можно быстрее, организовать прибытие нового короля в Польшу. Вопреки ожиданиям, эта миссия весьма затянулась. В основном, из-за некоторых положений Артикулов и Пактов . Насколько кратким оказалось правление Генриха Анжуйского в Польше, настолько ключевыми для всего политического будущего Польши были подписанные Монлюком грамоты. Позднее они были объединены в одну и почти до конца существования Польского государства сводили к минимуму права короля и расчищали путь для почти неограниченной власти дворян. Положение короля было слабее, чем положение монарха в конституционной монархии XX века.

Во Франции, где Жан Боден тремя годами позже распространял своё учение о безраздельной и абсолютной власти монарха, такое положение короля было трудно себе представить. Генрих пришёл в ужас, когда прибывшая к нему в Париж 24 августа 1573 года польская делегация предъявила подписанные Монлюком документы для ратификации. В конце концов оба брата, Карл и Генрих, согласились со всеми пунктами и 22 сентября 1573 года поставили свои подписи на всех привезённых бумагах. После чего Генриху официально был вручён документ, подтверждающий факт его избрания на польский престол. 10 сентября, в ходе устроенной по этому поводу в Соборе Парижской богоматери пышной церемонии, Генрих принёс требуемую присягу. Затем его провозгласили королём Речи Посполитой Обоих Народов.

Через три дня на торжественном собрании ему преподнесли в серебряной шкатулке роскошно изданную грамоту, подтверждающую его избрание. К удивлению его новых подданных, рассчитывавших на выполнение многочисленных политических, экономических и династических обещаний, Генрих вовсе не спешил отправляться в Польшу. Бесспорно, его пугала перспектива поменять своё почётное и надёжное положение во Франции на довольно специфическую королевскую власть в далёкой Польше. Кроме того, было очевидно, что здоровье французского короля быстро ухудшается, а объявленный преемником короля Анжу не мог быть уверен, что тщеславный Алансон, в случае смерти короля, выкажет достаточную лояльность по отношению к законному преемнику.

2 декабря 1573 года в Бламонте, Лотарингия Генрих распрощался с Екатериной и двинулся в путь. Путешествие до границ Польши заняло целых два месяца. Королевский поезд состоял из 1200 лошадей, повозок с багажом и карет с придворными дамами и девицами легкого поведения. Путь пролегал через Гейдельберг, Торгау, Франкфурт, которые Генрих проехал без излишней спешки, и после многочисленных встреч, приёмов и бесед 24 января 1574 года вступил на территорию Польши. В Лужице короля ожидал пястовский князь Ежи II Бжеский, который далее сопровождал Генриха до польской границы. Которую благополучно пересекли в Мендзыжечи, где короля приветствовали епископ куявский с воеводами. Затем вся кавалькада двинулась через Познань и Ченстохову на Краков, где 18 февраля состоялась официальная и торжественная встреча нового монарха. На ней присутствовали сенаторы, епископы, дворяне, министры и тысячи простых людей. 21 февраля 1574 года в Вавельском соборе архиепископ, интеррекс и примас Польши Якуб Уханский короновал Генриха Валуа на польский трон. Во время церемонии произошёл серьёзный инцидент с участием «польского Кальвина» — коронного маршала Яна Фирлея.

Ян Фирлей, великий маршал коронный, краковский воевода, являлся одним из лидеров протестантского движения в Польше. На выборы в Камень он явился с 200 солдатами и 27 орудиями, чтобы поддержать своего кандидата — шведского короля Юхана. Это вызвало серьёзное противодействие властей, после чего войско маршала отступило к Грохову. После выборов Фирлей поддержал Генриха, при условии, что тот примет Артикулы и Пакты. По дороге в Краков 16 февраля 1574 года Генрих гостил у Фирлея в Балицах…

Ян прервал коронацию, подошёл к королю с тремя документами, гарантирующими права и свободы протестантам, и потребовал, чтобы Генрих подписал их. При этом он обратился к последнему со словами: Jurabis, rex, promisisti («Поклянись, король, ты обещал!»). Генриху ничего не оставалось, как подписать.

Генрих и его двор в Польше

Приезд французского двора в Польшу стал событием номер один для всего общества. И, прежде всего, для польских дворян. Париж, собственно, уже и тогда являлся законодателем мод. Так что можно себе представить, что именно испытали польские дамы, увидев своих французских «колежанок». Да и представители сильного пола недалеко от них ушли. В спешном порядке начался пошив новых платьев и костюмов (наряду с перекраиванием старых). К счастью, в свите Генриха имелось несколько портных.

Сам король (ему тогда было 23 года) тоже произвёл неизгладимое впечатление на поляков своим умом, манерами и речью. Но внешний облик короля абсолютно не гармонировал с традициями страны. Его перстни и серьги не способствовали уважительному к нему отношению со стороны шляхты. Внутренними делами страны король вообще не интересовался. А поскольку польским языком он не владел, то участие в различных церемониях и публичной жизни его невыносимо раздражало. Ночами он развлекался, а днём спал. Играя в карты, нередко проигрывал огромные суммы, которые возмещал из польской казны. В сущности, Генрих вёл себя как капризный ребёнок, не понимая и не выполняя королевских обязанностей…

Короткое пребывание короля в Вавеле стало поистине культурным шоком для поляков и способствовало сближению двух народов. Обе стороны впервые взглянули друг на друга столь близко. Генриха и его двор неприятно поразили и склонность простого народа к выпивке, и запущенность польских деревень, и суровый климат. Шляхтичи же с нескрываемым презрением рассматривали увешанных драгоценностями и облитых парфюмерией французских дворян (включая самого короля), их изысканную одежду, светские манеры. Всё это они считали «бабьим». Впрочем, многие дворяне (о дамах тут и говорить не приходится) взяли французскую моду на вооружение.

Однако надо признать, и французов кое-что поразило в Польше. В Вавельском замке Генрих впервые в жизни увидел польскую канализационную систему — самую передовую по тем временам. Из специально построенных инженерных строений все нечистоты замка уходили за пределы крепостной стены. Король пришёл в неописуемый восторг. А по приезде во Францию распорядился немедленно построить подобные сооружения в Лувре и других дворцах. Впрочем, прошло немало времени, прежде чем французы привыкли к канализации и перестали использовать для этой цели камины и чуланы…

31 декабря 1578 года Генрих утвердил Орден Св. Духа — высшую награду французского королевства. В память об избрании на польский престол. Поскольку оно — 11 мая 1573 года — пришлось на день Сошествия Св. Духа. С перерывом на Французскую революцию орден просуществовал до 1830 года. Пока его после Июльской революции окончательно не отменил Луи-Филипп…

Генрих и Анна

Избрание французского принца на польский престол предусматривало и его женитьбу на Анне Ягеллонке. Однако молодой король не очень спешил жениться на женщине, годящейся ему в матери. Именно поэтому, кстати, только в ноябре 1573 года он и двинулся, наконец, в своё королевство. Всё это время было занято его бурным романом с Марией Клевской. А затем его и без того длительное путешествие несколько раз намеренно затягивалось. В Лотарингии он завязал пылкие отношения с Луизой Водемон (Людовикой Лотарингской), которая через год с небольшим стала его женой.

Анна Ягеллонка никогда не была замужем. Во многом это произошло по вине её брата, Сигизмунда Августа, с которым у неё произошёл серьёзный конфликт сразу же после его женитьбы на Бáрбаре Радзивилл. Так, например, в мае 1565 года он отклонил просьбу на брак с Анной датского принца Магнуса, поскольку тот в приданое потребовал несколько замков в Рижском архиепископстве. К слову сказать, Магнус был тоже моложе Анны. Правда, только на 17 лет (все же не 28, как Генрих). Незамужнюю сестру короля в Польше, в общем, любили. Её прозвали Инфантой — так, как именовались дочери испанского короля, не являющиеся наследницами престола. Смерть брата открыла перед Анной возможность наконец выйти замуж — женитьба на ней являлась обязательной для всех кандидатов на престол. Самой Инфанте больше всех нравился эрцгерцог Эрнест Габсбург (который, кстати, был моложе Генриха на два года). Эрнест проиграл выборы. 21 мая 1574 года Ян Замойский официально обязал Анну Ягеллонку выйти замуж за избранного короля Генриха Валуа…

Первая встреча с Анной прошла так, как и было запланировано. Генрих произнёс пару дежурно-вежливых фраз и вышел из комнаты. Через три дня состоялась его коронация, но о женитьбе никто не напоминал. Начались ежедневные балы и турниры, но мысль о предстоящем браке с Анной омрачала мысли короля. Он всё оттягивал и оттягивал неприятный момент. Симулировал болезни, а затем запирался в комнатах и никого к себе не велел допускать. Поговаривали, правда, что короля всё же навещали проститутки, которых впускали в замок по его приказу. Чуть ли не каждый день он писал письма во Францию. Причём некоторые — адресованные Марии Клевской — и собственной кровью…

Время шло. Анна всё ждала. А Генрих всё не спешил. Наконец на 15 июня 1574 года наметили пышный бал, на котором должны были официально объявить о предстоящей женитьбе короля Генриха Валуа и Анны Ягеллонки. Однако утром 14 июня на встрече с императором Максимилианом король узнал о смерти своего брата, Карла IX, и вспыхнувшая вновь мечта о французском троне охватила все его мысли. 15 июня 1574 года в Краков пришло письмо. Оно было подписано королевой-матерью:

Королю, господину моему сыну. Королю Польши. Ваш брат скончался, отдав Богу душу ранним утром; его последними словами были: «А моя мать!» Это не могло не причинить мне огромного горя, и для меня единственным утешением будет увидеть вас вскоре здесь, поскольку ваше королевство в этом нуждается, и в полном здравии, потому что если я вас потеряю, то меня живой похоронят вместе с вами… Ваша добрая и любящая вас, как никто на свете, мать. Екатерина.

Генрих не терзался сомнениями: «Франция и Вы, матушка, важнее Польши», — писал он матери несколько дней спустя. Впрочем, сначала требовалось успокоить поляков. Кое-кто из министров выразил опасение, что ему придётся уехать, но он их успокоил: «Я прежде всего король Польши, — заявил он, — и я вас не покину». Несколько дней Генрих делал вид, что предоставляет регентство Екатерине и, возможно, назначит во Франции вице-короля, но всё это были лишь отговорки, чтобы усыпить подозрения поляков. Четыре дня спустя, 18 июня, Генрих устроил грандиозный обед, напоив всех так, что самые знатные сеньоры свалились под стол, будучи мертвецки пьяными.

Побег из Польши

В ночь на 19 июня 1574 года, не уведомив сенат, в обстановке строжайшей секретности Генрих Валуа покинул Вавель и поспешно направился в сторону границы. Короля сопровождали его постельничий Ян ду Хальде, дворянин Жиль де Сувр, врач Марек Мирон и капитан королевской гвардии Николя де Ларшан. Отъезд короля, однако, не остался незамеченным. Немедленно за ним снарядили погоню, которую возглавил военный каштелян Ян Тенчинский (будущий краковский воевода). Когда кортеж короля приблизился к границе, его заметил освенцимский староста. Старик скинул с себя одежду, бросился в реку и поплыл к королю с криком: «Светлейший господин мой, почему ты убегаешь?». Тут же Генриха настигла и погоня. Король объяснил Тенчинскому, насколько важно сейчас его присутствие во Франции, обещал вернуться через несколько месяцев и заверил, что у него достанет сил носить сразу две короны, и сверх всего подарил ему бриллиант. Тенчинский был растроган до слёз, выпил по польскому обычаю каплю собственной крови в знак уважения к королю, и вернулся в Краков. В Моравской Остраве Генриха поджидала карета, и вечером 19 июня он уже мог спокойно отдохнуть в Весково — беглецы проделали почти без остановок более 34 миль.

По совету Екатерины, Генрих во время своего путешествия избегал протестантских территорий. В Вене он встретил Максимилиана II, который усердно сватал ему свою овдовевшую дочь Елизавету, но Генрих думал лишь о Марии Клевской. В Венеции, где он оставался неделю, одно торжество сменяло другое — ведь прежде французскому королю не доводилось посещать островную республику. Для торжественного въезда дважды короля, которому Екатерина на покрытие расходов выслала в Венецию 100 тыс. ливров, был задействован даже знаменитый праздничный корабль Бучинторо.

Через Падую, Феррару, Мантую, Кремону и Монцу (где он познакомился с Карло Борромео, в 1610 году причисленным к лику святых, и проникся к нему глубоким уважением) Генрих проследовал далее, к Турину, чтобы вести там с герцогом Савойским политические переговоры. Там же он встретился с дружески настроенным по отношению к протестантам маршалом Монморанси-Данвилем, назначенным Карлом IX правителем Лангедока. Так ещё до возвращения во Францию Генриху пришлось столкнуться с важнейшей проблемой французской внутренней политики — необходимостью найти способ сосуществования католического большинства и сильного протестантского меньшинства. 3 сентября 1574 году Генрих вновь ступил на французскую землю. Через два дня он встретился с Екатериной, выехавшей ему навстречу из Лиона. Так завершилось польское царствование Генриха Валуа.

Польша после бегства короля

На следующий день находящиеся в Кракове малопольские министры и сенаторы официально сообщили об отъезде короля Речи Посполитой Обоих Народов. В конце августа состоялся собранный примасом сейм. Почти все сенаторы выступали против объявления нового «бескоролевья» и назначения новых выборов. Зато большинство делегатов посчитало тайный отъезд короля освобождающим его подданных от каких-либо в отношении его обязательств и призвали избрать нового монарха. После долгих дебатов сейм составил письмо королю, где окончательной датой его возвращения значился май 1575 года. Если король не вернётся до июня 1575 года, он потеряет свои права на польский трон. Так и случилось.

Вторые выборы короля состоялись в декабре 1575 года. 12 декабря Якуб Уханский объявил новым польским королём императора Максимилиана Габсбурга. В Пактах король обязывался женить своего сына Эрнеста на Анне Ягеллонке. Вновь для Инфанты засияло солнце. Однако, противники Габсбургов (и прежде всего, магнат Ян Замойский) заявили о том, что иностранцев больше не будет на польском престоле. И что необходимо восстановить Пястов. 13 декабря на Рынке Старого города Анна Ягеллонка была объявлена королём Речи Посполитой. А на следующий день она стала именоваться королём из династии Пястов. В мужья ей шляхта избрала князя Стефана Батория. 1 мая 1576 года Анна и Стефан обвенчались и короновались в Вавельском соборе. Страной практически до самой своей смерти в 1586 году руководил Стефан Баторий.

1.6. На французском троне

Генрих и Луиза Лотарингская

Луиза де Водемон (Людовика Лотарингская)

Генрих вернулся во Францию в самый разгар религиозных войн. 11 февраля 1575 года он короновался в Реймсском соборе. А через два дня женился на Луизе Водемон-Лотарингской. Не имея средств на прекращение войны, Генрих пошёл на уступки гугенотам. Последние получали свободу вероисповедания и участие в местных парламентах. Таким образом, некоторые города, населённые сплошь гугенотами, становились полностью независимыми от королевской власти. Действия короля вызвали резкий протест со стороны Католической лиги, возглавляемой Генрихом Гизом и его братом Людовиком, кардиналом Лотарингским. Братья твердо решили избавиться от Генриха III и продолжить войну с гугенотами. Пока им удалось лишь второе. В 1577 году вспыхнула новая, шестая по счету, гражданская религиозная война, продолжавшаяся три года. Во главе протестантов встал Генрих Наваррский, уцелевший во время Варфоломеевской ночи спешным переходом в католичество. Война закончилась мирным договором, подписанным во Флё. В противовес гугенотской партии Гизы организуют Католическую Лигу, основной целью которой ставится уничтожение кальвинистов. Пытаясь противодействовать Гизам, Генрих объявляет себя номинальным главой Лиги. Гизы организуют несколько покушений на короля, пытаясь вынудить его отречься либо убить.

В 1584 году неожиданно скончался младший брат короля, Франсуа, герцог Анжуйский. У самого Генриха и Луизы детей не было. Вновь встал вопрос о престолонаследии — на этот раз не в Польше, а во Франции. Опять заговорили о гомосексуализме короля, неспособного зачать ребёнка. Однако факты, включающие многочисленные любовные похождения Генриха, а также венерические заболевания его юности, свидетельствуют о том, что гомосексуалистом он не являлся. Скорее всего, все эти сплетни и слухи распространялись Гизами и дошли до наших дней…

Поскольку король не имел детей, наследовать ему должен был ближайший кровный родственник. По иронии судьбы этим родственником (в 21 поколении) являлся всё тот же Генрих Наваррский — Бурбон, женатый, ко всему прочему, на родной сестре короля Маргарите. Сразу же после свадьбы и последующих кровавых потрясений Генрих поспешно вернулся в Наварру, оставив Маргариту в Париже. Когда же из Польши возвратился её брат и стал королём, Марго стала, практически, пленницей во дворце. В конце концов, король позволил ей вернуться к мужу. Следующие три с половиной года прошли, как кошмарный сон. Супруги ссорились, ругались, развлекались на стороне, как хотели. Наконец, в 1582 году, после болезни, Маргарита вернулась к брату. Однако, король заставил её покинуть дворец и вернуться в Наварру. Но и там она не могла оставаться. В 1586 году Генрих III отправил сестру в ссылку в Уссон (провинция Овернь), где она провела 18 лет. В 1599 году, после долгих семилетних переговоров, она получила развод с Генрихом — уже королём Генрихом IV. По согласию с бывшим мужем и его новой женой, Марией Медичи, Маргарита вернулась в Париж. Она занималась благотворительностью, меценатством и воспитанием всех детей Генриха IV (включая Луи — будущего Людовика XIII).

Тем временем опасная перспектива занятия трона лидером протестантов совершенно не входила в планы Гизов. Лига получила финансовую и военную помощь от Филиппа II, а также и моральную — от папы Сикста V, который проклял Генриха Бурбона. В 1585 году вспыхнула очередная война, названная войной трёх Генрихов (короля, Бурбона и Гиза). Генрих Наваррский одерживал уверенные победы. Его поддерживала английская королева Елизавета и немецкие протестанты. Король Генрих III всеми силами пытался прекратить войну, но осуществить это было очень трудно…

12 мая 1588 года Париж взбунтовался против короля, который вынужден был в спешном порядке покинуть столицу и перенести свою резиденцию в Блуа. В Париж торжественно вступил Генрих Гиз. Лотарингский герцог уже ощущал себя королём. Да, собственно, он и находился в двух шагах от престола. Его восторженно приветствовали жители столицы. Всё чаще в обращении к герцогу звучало «Сир». Несколько месяцев, проведённые в Париже, стали самыми счастливыми в жизни Генриха Гиза. В этой ситуации Генриха III могли спасти лишь самые решительные меры. Король созвал Генеральные Штаты, на которые прибыл и его противник. 23 декабря 1588 Генрих Гиз отправился на заседание Штатов. Неожиданно на его пути оказались гвардейцы короля, которые сначала несколькими кинжальными ударами убили Гиза, а затем уничтожили и всю охрану герцога.

На следующий день по приказу короля был также схвачен, а затем и убит брат Генриха Гиза — Людовик, кардинал Лотарингский. Теперь король сжёг все мосты — обратного пути у него уже не было. Большинство католиков отвернулось от Генриха. А последний заключил союз с недавним своим врагом — Генрихом Бурбоном. Узнав об этом, папа Сикст V проклял также и короля. Тем временем, общими силами оба Генриха осадили Париж.

1.7. Смерть Генриха III

Убийство Генриха де Гиза

Убийство Генриха III

Убийство братьев Гизов всколыхнуло умы многих католиков. Среди них был и 22-летний монах-доминиканец Жак Клеман. Жак был ярым католиком и врагом гугенотов. После проклятия Папы (которое на него особенно подействовало) Клеман принял твёрдое решение убить короля Генриха III. Его замысел получил одобрение некоторых руководителей Лиги. Монаха снабдили фальшивыми письмами, адресованными королю. А затем, 31 июля, он покинул Париж и отправился в Сен-Клу — имение герцога Реца, где король обосновался на время осады столицы. Попросив аудиенцию, он был принят королём на следующий день. Жак передал ему бумаги, сообщив, что в них содержатся важные сведения, предназначенные исключительно для прочтения лично королём. При этих словах охрана отступила от Генриха на несколько шагов…

Король углубился в чтение. Неожиданно Клеман выхватил из-за пазухи стилет, бросился к королю и вонзил стилет ему в подбрюшье. Всё произошло настолько внезапно, что гвардейцы не успели даже понять, в чём дело. Генрих зашатался и вдруг начал оседать с криком: «Он убил меня, подлый монах! Убейте его!». Король сумел вытащить стилет и даже нанести им растерявшемуся от содеянного Жаку удар в голову. Монах попытался выскочить из зала, но не смог. Здесь же, на месте, он был заколот королевскими телохранителями Сент-Малином и Пенкорнэ и выброшен в окно (позднее его тело четвертовали и сожгли)…

Короля сразу же положили на кровать. Вызванные врачи вложили его вывалившиеся внутренности обратно и зашили. Вскоре наступило некоторое улучшение, и Генрих воспрянул духом. Но уже через несколько часов он почувствовал приближение смерти. В присутствии свидетелей он объявил Генриха Бурбона своим преемником. Ночью Генрих III попросился на последнюю исповедь. Король простил всех своих врагов, включая Жака Клемана. В три часа ночи король Франции Генрих III Валуа скончался. Его тело забальзамировали и похоронили в Компьене, в аббатстве Сен-Корнилль. Урна с сердцем короля была захоронена в главном алтаре собора Сен-Клод. После окончания войны Генрих III так и остался в Компьене. Новый король Генрих IV не стал переносить тело своего предшественника в усыпальницу французских королей — базилику Сен-Дени, поскольку ему наколдовали, что он там сам ляжет через неделю после Генриха III. Лишь в 1610 году останки Генриха III всё-таки перенесли в Сен-Дени. А через несколько недель Генрих IV погиб от руки другого убийцы — Франсуа Равальяка.

2. Генрих III в литературе и искусстве

Генрих появляется в первом романе трилогии Александра Дюма «Королева Марго» (как принц Анжуйский). А в следующих романах, «Графиня де Монсоро» и «Сорок пять » — он является одним из главных персонажей (как король Генрих III). Запечатлён он также и в экранизациях первых двух романов. Во французских версиях образ Генриха III воплощают Даниель Чеккальди («Королева Марго») и Дени Манюэль (сериал «Графиня де Монсоро»). А в российской — Евгений Дворжецкий (в обоих сериалах). В польских лентах, посвящённых пребыванию короля в Речи Посполитой и его бегству, роль Генриха исполняли Ольгерд Лукашевич, Кшиштоф Щигель, Гжегож Вонс и другие актёры.

Источник: http://ru.wikipedia.org/wiki/Генрих_III_(король_Франции)

mirznanii.com

Генрих III (король Франции)

Ге́нрих III Валуа́ (фр. Henri III de Valois, польск. Henryk Walezy; 19 сентября 1551(15510919), Фонтенбло — 2 августа 1589, Сен-Клу) — четвёртый сын Генриха II, короля Франции и Екатерины Медичи, герцог Ангулемский (1551—1574), герцог Орлеанский (1560—1574), герцог Анжуйский (1566—1574), герцог Бурбонский (1566—1574), герцог Овернский (1569—1574), король Польский и великий князь литовский с 21 февраля 1573 года по 18 июня 1574 года (формально до 12 мая 1575 года), с 30 мая 1574 год последний король Франции из династии Валуа.

Содержание

  • 1 Биография
    • 1.1 Ранние и юношеские годы Генриха Валуа
    • 1.2 Военная и политическая карьера Генриха Валуа
    • 1.3 Матримониальные тонкости французского двора
    • 1.4 Генрих и Варфоломеевская ночь
    • 1.5 Генрих — король польский
      • 1.5.1 Генрих и его двор в Польше
      • 1.5.2 Генрих и Анна
      • 1.5.3 Побег из Польши
      • 1.5.4 Польша после бегства короля
    • 1.6 На французском троне
    • 1.7 Смерть Генриха III
  • 2 Генрих III в литературе и искусстве
  • 3 Примечания
  • 4 Ссылки

Биография

Ранние и юношеские годы Генриха Валуа

Днем своего рождения Генрих III всегда считал 18 сентября 1551 года, хотя в действительности он появился на свет спустя 40 минут после полуночи, то есть девятнадцатого. При крещении мальчик получил имя Александр-Эдуард (Alexandre-Edouard) и титул герцога Ангулемского. Родители его, король Генрих II и Екатерина Медичи, сочетались браком в 1533 году; первые одиннадцать лет детей у них не было.

У Генриха было четверо старших братьев и сестёр: Франсуа (Франциск II), «маленький дофин», родившийся в 1544 году, официально объявленный дофином в 1547 году, когда его отец занял трон; Елизавета, впоследствии ставшая супругой Филиппа II Испанского; Клод, в 1559 году вышедшая замуж за Шарля III, герцога Лотарингского и де Бар, и Шарль-Максимилиан, которому ранняя смерть брата-первенца принесла корону, сделав его Карлом IX. Пятый ребёнок, Луи, умер в октябре 1550 года, будучи 20 месяцев от роду.

Младшими братьями и сёстрами Генриха были Маргарита, более известная как «королева Марго», за неделю до Варфоломеевской ночи вышедшая замуж за Генриха Наваррского, будущего Генриха IV, короля Франции, и Эркюль, единственный из четырёх братьев, так и не ставший королём. Длинный ряд рождений в 1556 году завершился двойней — родились сёстры Жанна и Виктория, вскоре после этого умершие.

Высокая детская смертность, характерная для той эпохи, не обошла и королевскую семью; всё же благодаря лучшему медицинскому обслуживанию и благоприятным условиям жизни для неё это не имело таких катастрофических последствий, как для низших слоев населения. Из шести выживших в детстве братьев и сестер пятеро умерли раньше Генриха. Лишь Маргарита пережила его и достигла 62-летнего возраста. Она и Генрих, единственные из десяти детей, оставались в живых ко дню смерти их матери — 5 января 1589 года. Все представители последнего поколения Валуа отличались слабым сложением и болезненностью; их страшным бичом был туберкулёз, против которого тогдашняя медицина не знала средств. Во время конфирмации 17 марта 1565 года Александр-Эдуард получил в честь отца имя Генрих. Его младший брат Эркюль (Геркулес), чьи «физические и интеллектуальные уродства совершенно не соответствовали его имени» (Холт), спустя год получил таким же образом имя деда, Франсуа.

С февраля 1566 года он носил титул герцога Алансонского; Генрих в дальнейшем фигурирует как герцог Анжуйский. Сначала его, как сына правящего короля, называли Monseigneur, затем Monsieur — прежде это были официальные обозначения. В исторической литературе обоих братьев — Генриха и Франсуа — с 1566 года именуют коротко «Анжу» и «Алансон». Когда Генрих стал королём, титулы Monsieur (1574), герцог Анжуйский (1576) перешли к Франсуа, прежде бывшему Алансоном.

Александр-Эдуард-Генрих был жизнерадостным, дружелюбным и смышлёным ребёнком. Образованием юного принца занимались известные люди своего времени — Франсуа Карнавале (Francois de Carnavalet) и епископ Жак Амио (Jacques Amyot), известный своими переводами Аристотеля. В юности он много читал, охотно вёл беседы о литературе, брал уроки риторики, недурно танцевал и фехтовал, умел очаровывать своим обаянием и элегантностью. В совершенстве владея итальянским (на котором часто разговаривал с матерью), он читал труды Макиавелли. Подобно всем дворянам, он рано начал заниматься различными физическими упражнениями и в дальнейшем, во время военных походов, показал хорошую сноровку в ратном деле.

Личность и поведение Генриха резко выделяли его во французском дворе. А позже, по прибытии в Польшу, вызвали культурный шок у местного населения. В 1573 году посол Венеции в Париже Морисони писал о роскошных одеждах принца, о его почти «дамской деликатности», о его серьгах в каждом ухе. «Он не удовлетворился одной серёжкой в каждом из них — ему нужны двойные, украшенные драгоценными камнями и жемчугом…». Всё чаще стали раздаваться и передаваться из уст в уста мнения о гомосексуализме принца Анжуйского, который получил прозвище — «принц Содома»…

Сама Екатерина, любившая Генриха больше остальных своих детей, мечтала оставить ему королевскую корону. Она называла его «моё всё» (mon tout) и «мой маленький орёл» (mon petit aigle), подписывала свои письма к нему «ваша нежно любящая мать» и видела в нём черты характера, напоминавшие ей её предков, Медичи. Генрих в детстве был её любимцем, а позднее стал её доверенным лицом.

Однако для этого матери пришлось изрядно потрудиться. Где-то в возрасте 9 лет Генрих стал интересоваться гугенотами и постепенно сближаться с их миром, называя себя «маленьким протестантом». Более того, он стал приобщать к протестантизму и Маргариту (что потом имело решающие последствия для истории Франции). Он пел гугенотские песни, не соблюдал католические обряды и даже попытался разбить статую св. Павла. Однако, воспитываясь при католическом дворе, вряд ли он мог серьёзно полагать, что всё так и будет оставаться. Взяв сына в ежовые рукавицы, Екатерина в течение трёх лет сумела выбить из него гугенотские взгляды и превратить в ревностного католика…

Отношения между королём Карлом и Генрихом были несколько натянутыми — несомненно, из-за интеллектуального превосходства младшего, к тому же предпочитаемого матерью. Карл не любил брата и весьма опасался его, как претендента на трон. Некоторая враждебность, по-видимому, ещё увеличилась в ходе более чем двухлетнего путешествия, которое королевский двор совершил по всей Франции. Этим путешествием и передачей Генриху 8 февраля 1566 года в качестве апанажа герцогств Анжу, Бурбоннэ и Мэна, что дало ему финансовую независимость, окончился первый этап его жизни.

Военная и политическая карьера Генриха Валуа

Герб Генриха Валуа, герцога Анжуйского

Детство и юность Генриха пришлись на время, когда французская монархия начала менять свои политические приоритеты.

В мирном договоре, заключённом 3 апреля 1559 года в Като-Камбрези между Францией и Испанией, прослеживается перенесение акцента с внешней политики, всю первую половину века остававшейся в центре внимания, на внутренние проблемы Франции. Этим договором завершился первый этап французско-габсбургского противостояния. Герцогство Бургундское осталось за Францией, тогда как в Италии она сохранила лишь несколько опорных пунктов. Договор этот, получивший название «католический мир» (pax catolica), предоставлял обоим правителям возможность более энергично взяться за решение религиозных проблем в своих странах. Особенно это касалось Генриха II, в период правления которого движение гугенотов, несмотря на ужесточившиеся преследования, набирало силу.

Королевская семья Франции. XVI век

Примерно с 1550 года в ряды сторонников учения Кальвина вступало всё больше и больше представителей высших слоев общества: юристы, врачи, купцы, дворяне. Такое проникновение протестантизма в верхушку социальной иерархии достигло апогея к 1558 году, когда к реформаторской церкви примкнули представители высшего дворянства: Антуан де Бурбон, король Наварры, его брат, принц Конде, а также братья Франсуа д’Андело и Гаспар де Колиньи. Венцом охвативших всю империю усилий по организации новой церкви стал первый Синодальный собор гугенотов, состоявшийся 25 мая 1559 года в Париже. С 1558—1559 годов уже было очевидно, что королевской власти придётся каким-то образом урегулировать отношения с этим столь хорошо организованным религиозным меньшинством. Необходимо было терпеть сосуществование различных конфессий как данность и искать пути и средства его правильно организовать. Эта программа могла быть реализована лишь за достаточно долгий срок и требовала всестороннего обдумывания.

Екатерина Медичи воспользовалась шансом, который ей предоставила смена царствования в 1560 году, чтобы взять государственные дела в свои руки и изменить политический курс. С поразительной целеустремлённостью она проводила новую политику в отношении вопросов вероисповедания. В обстановке ненависти и непримиримости она снова и снова осторожно пыталась осваивать terra incognita конфессиональной терпимости — о подлинной свободе совести пока не могло быть и речи. Попытки Екатерины, на доброе столетие опережавшие свою эпоху, выдвинули эту женщину, до 1559 года отстранённую своим мужем и его любовницей Дианой де Пуатье от какого-либо участия в политической жизни, в первые ряды государственных деятелей, когда-либо управлявших Францией. Особого внимания заслуживает тот факт, что ей удалось передать свои убеждения сыну Генриху.

Важнейшей инициативой Екатерины и канцлера Франции Мишеля де л’Опиталя, её единомышленника, стал Эдикт о веротерпимости от 17 января 1562 года, призванный заложить основы свободы совести и национального примирения. Однако старания королевы и канцлера провалились благодаря Гизам — лидерам ультракатолической партии. Франсуа де Гиз устроил резню в городке Васси, которая расширила фронт борьбы и развязала первую гражданскую войну. Большое путешествие по стране, предпринятое, в частности, с целью преодоления религиозного противостояния, оказались безрезультатным в этом отношении. Раздуваемое экстремистами обеих сторон растущее напряжение привело в 1567—1568 годах ко второй, а в 1569—1570 годах и к третьей гражданской войне.

В эти годы, собственно, и началась политическая карьера Генриха. Поскольку его брат-король избегал подвергать себя военной опасности, 14 ноября 1567 года герцог Анжуйский был назначен генерал-лейтенантом королевства и вместе с этим титулом получил командование королевскими войсками. Естественно, за спиной 16-летнего полководца стояли опытные военные деятели (такие, как Гаспар де Таванн), однако благодаря таланту, искусству и активной деятельности Генриха обе победы над войсками гугенотов — 13 марта 1569 года при Жарнаке и 3 октября 1569 года при Монконтуре — приписывались в первую очередь ему. Однако юный военный герой, всегда активно интересовавшийся и политикой, в отличие от своего царствующего брата, пошёл дальше: по настоянию Екатерины Карл произвёл его в генерал-интенданты короля. Вместе с этим (прежде не существовавшим) титулом он становился в некотором роде вице-королём, к которому должны были обращаться по всем вопросам, возможно, чтобы разгрузить Екатерину.

Матримониальные тонкости французского двора

Екатерина Медичи с детьми — Карлом, Маргаритой, Генрихом и Франсуа

Помимо всего этого Генрих Анжу оставался престолонаследником, хотя бы и условно, так как право наследования неизбежно переходило к законному сыну короля. Однако тут Генриху повезло. В браке, который Карл IX заключил 26 ноября 1570 года с Елизаветой Австрийской, дочерью императора Максимилиана II, родилась лишь единственная дочь, Мария-Елизавета (1573—1578), а сын, родившийся от связи короля с Марией Туше (1549 −1639), Шарль де Валуа, впоследствии герцог Ангулемский, естественно, не мог считаться законным наследником. Так и остался Генрих, брат-соперник короля, соперником его и в вопросе о престоле. Когда после почти трёхлетнего брака наследник престола так и не появился на свет, а здоровье короля быстро ухудшалось, Карлу IX пришлось официально признать 22 августа 1573 года своим преемником Генриха. Блестящая политическая карьера, казалось, открывшаяся перед Анжу, должна была увенчаться браком с Елизаветой Английской. Однако этот проект провалился, не в последнюю очередь из-за отрицательного отношения самого Генриха к этому союзу — ведь ему пришлось бы покинуть Францию. В конце концов Государственный совет решил заменить кандидатуру Анжу кандидатурой Алансона, бывшего на 22 года моложе неувядающей Елизаветы. Популярности наследника престола провал планов женитьбы отнюдь не повредил, так же как и то, что очень следивший за модой и несколько эксцентричный Генрих начал носить довольно крупные серьги с подвесками — это делал и его царственный брат и многие аристократы при тогдашнем дворе.

После подписания 8 августа 1570 года Сен-Жерменского мирного договора, Екатерина возобновила свою примирительную конфессиональную политику. Почти символическим выражением такой политики стал брак её дочери Маргариты и Генриха, сына ревностной кальвинистки, королевы Наваррской, Жанны д’Альбре. Отец жениха, Антуан де Бурбон, умер в 1562 году. После внезапной смерти королевы Жанны 9 июля 1572 года в Париже, Генрих, ещё до свадьбы, состоявшейся 18 августа 1572 года, стал королём Наварры. Южная часть его владений, впрочем, уже в 1572 году была аннексирована Испанией. Женитьба не принесла Генриху Наваррскому прав на французский трон, однако он, пожалуй, и так имел их из-за своих родственных связей с королевским домом, прослеживавшихся с XIII века.

Пока же сохранялась ещё надежда на то, что у короля появится законный наследник, кроме того, были живы оба наследника престола, Анжу и Алансон, у которых после женитьбы тоже могли родиться отпрыски мужского пола. Другая свадьба, состоявшаяся в том богатом событиями августе 1572 года, полностью выбила Генриха Анжу из равновесия — он влюбился в «чужую» невесту. Имя её — Мария Клевская (1550—1574): 21-летний «ребёнок из провинции с чистым сердцем, свежими щёчками, стройным станом, здоровым телом и сердечной улыбкой». Она обладала чарующей красотой и заставила наследника престола забыть все его прежние увлечения. Он решил жениться на этой девушке, ответившей на его любовь. Екатерина пришла в ужас от желания своего сына, который отверг английскую королеву, тогда как Мария вовсе не принадлежала к высшему дворянству. Помимо того, Екатерина уже отвела ей вполне определённую роль в своих планах, связанных с политикой межконфессионального согласия. Воспитанная в кальвинистской вере девушка, с 1569 года находившаяся под опекой короля, должна была стать женой гугенотского принца де Конде. Екатерина не позволила разрушить своего проекта. Анжу был вынужден склониться перед государственной необходимостью, и 10 августа состоялась свадьба — ровно за две недели до Варфоломеевской ночи.

Генрих и Варфоломеевская ночь

Основная статья: Варфоломеевская ночь Генрих Анжуйский. Портрет работы Франсуа Клуэ. (1570) Лувр

Возобновлённая с заключением Сен-Жерменского мира примирительная политика Екатерины сделала возможным возвращение в 1571 году ко двору — и даже в королевский Совет — адмирала Колиньи, «заочно повешенного» вождя гугенотов, приговорённого в 1569 году к смертной казни. Он попытался провести в жизнь свои политические планы — оказать военную помощь Нидерландам, с 1566 года сражавшимся с Испанией. С этой целью он намеревался организовать европейский протестантский союз против Филиппа II. Однако после сокрушительного поражения при Сен-Кантене (10 августа 1557 года) ничего так не пугало Екатерину, как война с Испанией. Военные специалисты в один голос поддержали её: Франция неминуемо проиграет эту войну. Поражение французского подкрепления, на чей поход Карл IX просто закрыл глаза, укрепил единодушное решение королевского Совета: при любых обстоятельствах избегать войны с Испанией. Однако Колиньи не отступался от своих планов и выдвинул в их защиту в порядке военно-политического шантажа им самим изобретённую, отнюдь не неизбежную альтернативу: война с Испанией либо гражданская война. Этот шаг сделал его — тут сходятся мнения всех исследователей — государственным изменником, устранения которого требовали интересы государства. Екатерина и Анжу, без ведома короля, подготовили покушение на Колиньи, которое состоялось 22 августа 1572 года. В свете новых исследований эта ситуация выглядит совсем по-иному. В середине августа 1572 года Колиньи был в полной политической изоляции и не представлял никакой реальной военной силы. Возможно даже, что, в то время как он думал управлять королём, в действительности использовали его самого: тем, что тот уговаривал его отправить в Нидерланды, то есть на верную гибель, протестантские войска.

Одно это делало Колиньи хотя и слабой, но политически важной фигурой на политической арене: «Французская монархия сделала Колиньи слишком важной персоной, чтобы думать о том, чтоб от него избавиться». Этот тезис ломает столетиями возводимую стройную концепцию о времени и способе совместной подготовки убийства адмирала Екатериной и Генрихом Анжу. Обоим эта смерть не была нужна, и они даже не знали о покушении. В одной работе, аргументированной исключительно источниками той эпохи, на свет выводятся истинные виновники преступления: «Душой заговора был не кто иной, как Филипп II»; сугубое подозрение высказывается в отношении герцога Альбы, что он «на расстоянии руководил покушением на адмирала при активном соучастии горсточки ультра-католиков, сторонников Гизов». Буржон также даёт совершенно новую интерпретацию предыстории Варфоломеевской ночи — событиям двух дней, прошедших после покушения на Колиньи. Из-за плохого состояния источников легче сказать, чего не было, чем обосновать какие-то позитивные высказывания. Но то, что ни Екатерина, ни Генрих никак не повлияли на кем-то спланированную кровавую акцию, состоявшуюся в ночь 24 августа 1572 года, праздник св. Варфоломея, представляется вполне вероятным. Варфоломеевская ночь отнюдь не была демонстрацией королевской силы; напротив, она стала результатом полного — хотя и временного — коллапса власти короля. Видимо, в какой-то момент ночью Карл IX уступил ультиматуму, предъявленному испанско-гизской партией, и дал согласие на убийство гугенотских вождей — и только о них шла речь.

Убийство приверженцами Гизов гугенотского генерального штаба было одно, а бойня, унёсшая жизни сотен протестантов, — совсем другое. Эта кровавая акция взбудоражила Париж, получивший удобную возможность выразить свой протест против религиозной, экономической и внешней политики, проводимой с 1570—1571 годов; Варфоломеевская ночь стала бунтом против королевской власти. В событиях последующих дней королевской семье не пришлось принять участия: словно бы и не существовало короля и муниципалитета, власть в городе на три дня взяли в свои руки набранные одним из бывших бургомистров и другом Гизов Марселем вспомогательные войска. Из их числа формировались отряды убийц и бандитов, которые с целью обогащения беззастенчиво грабили и убивали преимущественно — но никоим образом не исключительно — гугенотское население, пытаясь таким образом под прикрытием религиозной борьбы восстановить по своему усмотрению социальную справедливость. Такая точка зрения противоречит выдвигаемому ещё современниками событий, а в последнее время активно возрождаемому тезису, что городская милиция в полном составе активно участвовала в погромах. Чтобы прояснить, как обстояло дело в действительности, нужны ещё более подробные исследования. Протестанты ответили на Варфоломеевскую ночь четвёртой гражданской войной. Её кульминацией стала осада Ла-Рошели. После того как Карл IX официально признал себя ответственным за события Варфоломеевской ночи, гугеноты отказались от лояльности в отношении короля, которую до сих пор всегда соблюдали. Ла-Рошель словно почувствовала себя независимой республикой и отказалась даже впустить в город губернатора Бирона, направленного королём.

11 февраля 1573 года Генрих Анжуйский прибыл к Ла-Рошели и принял командование армией. После яростного обстрела королевские войска вновь безуспешно попытались штурмовать крепостные стены. Monsieur, легко раненый 14 июня, долго надеялся на действие блокады; но предпринятые в мае и июне новые попытки штурма тоже полностью провалились. Вскоре от Ла-Рошели пришлось отказаться: 19 июня Генрих Анжуйский получил известие о том, что он избран королём Польши. Переговоры с осаждёнными быстро привели к заключению мира 2 июля 1573 года, который гарантировал свободу совести на всей территории Франции, однако свободу отправления культа для гугенотов легализовал лишь в городах Ла-Рошель, Монтобан и Ним. Это был неудачный договор, наспех составленный и поспешно заключённый; его истинной целью было освободить герцога Анжу от осады Ла-Рошели.

Генрих — король польский

Король Польши Хенрик Валезы (Генрих Валуа) худ. Ян Матейко Прибытие польских послов в Париж для объявления Генриха Валуа королём Польши Великий маршал коронный Ян Фирлей (фрагмент картины Яна Матейко «Люблинская Уния») Анна Ягеллонка Pacta Conventa Генриха Валуа Побег Хенрика Валезы. Картина Артура Гроттгера

Тем временем в Речи Посполитой умирал Сигизмунд II Август — последний король и великий князь из династии Ягеллонов. Кроме годовалой дочери Барбары Воронецкой, прижитой вне брака, других детей у него не было. Вопрос о престолонаследии встал как нельзя остро. Вновь для Екатерины и Карла открылась возможность соответственно сделать королём любимого сына и отправить подальше «любимого брата». В 1572 году ко двору Августа отправилось посольство Жана де Баланьи с предложением выдать незамужнюю сестру короля Анну Ягеллонку (Инфанту) за принца Генриха. Однако Баланьи ко двору не допустили, и ему пришлось возвращаться во Францию ни с чем. Интеррексом (то есть королём переходного периода) был избран епископ Якуб Уханский. Вскоре, сразу же после смерти Сигизмунда Августа, в Польшу прибыл новый французский эмиссар, опытный дипломат, 70-летний Жан де Монлюк, епископ Валенсии, отец де Баланьи и сторонник гугенотов.

Монлюк выехал из Парижа 17 августа 1572 года — за неделю до Варфоломеевской ночи. Так что известие об избиении гугенотов застигло его в дороге. События 24 августа до глубины души потрясли всё польское общество. Как, впрочем, и некоторые другие народы. Резко осудил массовую резню гугенотов царь Иван Васильевич (в этом же году отменив опричнину). Разве что, испанский король Филипп II впервые в жизни рассмеялся, узнав о парижской резне. Секретарь епископа де Монлюка, Жан Шуаснен сообщал в Париж: «Они не желают даже упоминать имён короля, королевы и принца Анжуйского». Тем не менее, посольство Монлюка предприняло пропагандистскую акцию с тем, чтобы полностью обелить Генриха. Епископ обнародовал в Кракове оправдательное письмо на французском языке — которым многие поляки, к удивлению французов, прекрасно владели. Было заявлено, что принц не только не участвовал в организации «Ночи», но и всячески противился ей. Когда же она наступила, он попытался прекратить кровопролитие и даже укрывал гугенотов.

Никакие старания Монлюка поляков не убедили. Уже после выборов коронный казначей Иероним Буженский посоветовал епископу даже не пытаться вновь убеждать общество в том, что принц «не принимал участия в резне и не является жестоким тираном», ибо это приведёт к тому, что «скорее, он должен будет бояться своих подданных, нежели подданные — его». Выборы нового короля Польши состоялись 5 апреля — 10 мая 1573 года, в Праге, на правом берегу Вислы, напротив Варшавы, под деревней Камень, которая сегодня является частью столицы. Помимо Генриха главными кандидатами на престол являлись:

  • Эрцгерцог Эрнест Габсбург, сын императора Максимилиана II
  • Царь Иван IV Грозный (был не против женитьбы на Анне Ягеллонке, но выдвинул целый ряд заведомо неприемлемых условий, так что шансы его были весьма невелики)
  • Король Швеции Юхан III Ваза, муж Катерины Ягеллонки, сестры Сигизмунда Августа
  • Семиградский князь Стефан Баторий

Выборы, в сущности, представляли собой борьбу между сторонниками Габсбургов и их противниками. Более 50 тысяч человек прибыли на избирательный сейм для участия в голосовании. Сначала состоялась презентация кандидатов, с которой выступили послы. Затем, 5 апреля, прошло голосование, в котором уверенную победу одержал французский принц. Через несколько дней представители принца от его имени присягнули на так называемых Генриховых артикулах, утверждённых здесь же, на сейме, 20 мая. Включали они список прав как избранного короля, так и его подданных. И, фактически, подобно конституции, определяли отношения между королевской властью и народом. Артикулы гарантировали сохранение шляхетских привилегий. В них был записан также важнейший пункт о престолонаследии. Король может только избираться и никаких наследников не имеет.

В отличие от Артикулов, остающихся неизменными при любом монархе, принятая на сейме Pacta conventa, относилась уже непосредственно к новому королю. Она касалась, в основном, вопросов преемственности. Генрих обязывался погасить все долги Сигизмунда Августа, обеспечить получение польской молодёжью образования в Париже, выставить несколько тысяч солдат пехоты против Ивана Грозного, выплачивать ежегодно в польскую казну 450 тысяч злотых из своих личных доходов, послать французский флот на Балтику, обеспечить строительство польского флота.

Во Францию отправилось специальное посольство, имевшее целью уведомить принца Анжуйского о его избрании королём польским и великим князем литовским и взять с него присягу о согласии с вышеупомянутыми документами. А затем, как можно быстрее, организовать прибытие нового короля в Польшу. Вопреки ожиданиям, эта миссия весьма затянулась. В основном, из-за некоторых положений Артикулов и Пактов. Насколько кратким оказалось правление Генриха Анжуйского в Польше, настолько ключевыми для всего политического будущего Польши были подписанные Монлюком грамоты. Позднее они были объединены в одну и почти до конца существования Польского государства сводили к минимуму права короля и расчищали путь для почти неограниченной власти дворян. Положение короля было слабее, чем положение монарха в конституционной монархии XX века.

Во Франции, где Жан Боден тремя годами позже распространял своё учение о безраздельной и абсолютной власти монарха, такое положение короля было трудно себе представить. Генрих пришёл в ужас, когда прибывшая к нему в Париж 24 августа 1573 года польская делегация предъявила подписанные Монлюком документы для ратификации. В конце концов оба брата, Карл и Генрих, согласились со всеми пунктами и 22 сентября 1573 года поставили свои подписи на всех привезённых бумагах. После чего Генриху официально был вручён документ, подтверждающий факт его избрания на польский престол. 10 сентября, в ходе устроенной по этому поводу в Соборе Парижской богоматери пышной церемонии, Генрих принёс требуемую присягу, после чего его провозгласили королём.

Через три дня на торжественном собрании ему преподнесли в серебряной шкатулке роскошно изданную грамоту, подтверждающую его избрание. К удивлению его новых подданных, рассчитывавших на выполнение многочисленных политических, экономических и династических обещаний, Генрих вовсе не спешил отправляться в Польшу. Бесспорно, его пугала перспектива поменять своё почётное и надёжное положение во Франции на довольно специфическую королевскую власть в далёкой Польше. Кроме того, было очевидно, что здоровье французского короля быстро ухудшается, а объявленный преемником короля Анжу не мог быть уверен, что тщеславный Алансон, в случае смерти короля, выкажет достаточную лояльность по отношению к законному преемнику.

2 декабря 1573 года в Бламонте, Лотарингия Генрих распрощался с Екатериной и двинулся в путь. Путешествие до границ Польши заняло целых два месяца. Королевский поезд состоял из 1200 лошадей, повозок с багажом и карет с придворными дамами и девицами легкого поведения. Путь пролегал через Гейдельберг, Торгау, Франкфурт, которые Генрих проехал без излишней спешки, и после многочисленных встреч, приёмов и бесед 24 января 1574 года вступил на территорию Польши. В Лужице короля ожидал князь Ежи Брестский из Пястов, который далее сопровождал Генриха до польской границы. Границу благополучно пересекли в Мендзыжечи, где короля приветствовали епископ куявский с воеводами. Затем вся кавалькада двинулась через Познань и Ченстохову в Краков, где 18 февраля состоялась официальная и торжественная встреча нового монарха. На ней присутствовали сенаторы, епископы, дворяне, министры и тысячи простых людей. 21 февраля 1574 года в Вавельском соборе архиепископ, интеррекс и примас Польши Якуб Уханский короновал Генриха Валуа на польский трон. Во время церемонии произошёл серьёзный инцидент с участием «польского Кальвина» — коронного маршала Яна Фирлея.

Ян Фирлей, великий маршал коронный, краковский воевода, являлся одним из лидеров протестантского движения в Польше. На выборы в Камень он явился с 200 солдатами и 27 орудиями, чтобы поддержать своего кандидата — шведского короля Юхана. Это вызвало серьёзное противодействие властей, после чего войско маршала отступило к Грохову. После выборов Фирлей поддержал Генриха, при условии, что тот примет Артикулы и Пакты. По дороге в Краков 16 февраля 1574 года Генрих гостил у Фирлея в Балицах…

Ян прервал коронацию, подошёл к королю с тремя документами, гарантирующими права и свободы протестантам, и потребовал, чтобы Генрих подписал их. При этом он обратился к последнему со словами: Jurabis, rex, promisisti («Поклянись, король, ты обещал!»). Генриху ничего не оставалось, как подписать.

Генрих и его двор в Польше

Приезд французского двора в Польшу стал событием номер один для всего общества. И, прежде всего, для польских дворян. Париж, собственно, уже и тогда являлся законодателем мод. Так что можно себе представить, что именно испытали польские дамы, увидев своих французских «колежанок». В спешном порядке начался пошив новых платьев и костюмов (наряду с перекраиванием старых). К счастью, в свите Генриха имелось несколько портных.

Сам король (ему тогда было 23 года) тоже произвёл неизгладимое впечатление на поляков своим умом, манерами и речью. Но внешний облик короля абсолютно не гармонировал с традициями страны. Его перстни и серьги не способствовали уважительному к нему отношению со стороны шляхты. Внутренними делами страны король вообще не интересовался. А поскольку польским языком он не владел, то участие в различных церемониях и публичной жизни его невыносимо раздражало. Ночами он развлекался, а днём спал. Играя в карты, нередко проигрывал огромные суммы, которые возмещал из польской казны. В сущности, Генрих вёл себя как капризный ребёнок, не понимая и не выполняя королевских обязанностей…

Короткое пребывание короля в Вавеле стало поистине культурным шоком для поляков и способствовало сближению двух народов. Обе стороны впервые взглянули друг на друга столь близко. Генриха и его двор неприятно поразили и склонность простого народа к выпивке, и запущенность польских деревень, и суровый климат. Шляхтичи же с нескрываемым презрением рассматривали увешанных драгоценностями и облитых парфюмерией французских дворян (включая самого короля), их изысканную одежду, светские манеры. Всё это они считали «бабьим». Впрочем, многие дворяне взяли французскую моду на вооружение.

Однако надо признать, и французов кое-что поразило в Польше. В Вавельском замке Генрих впервые в жизни увидел польскую канализационную систему — самую передовую по тем временам. Из специально построенных инженерных строений все нечистоты замка уходили за пределы крепостной стены. Король пришёл в неописуемый восторг. А по приезде во Францию распорядился немедленно построить подобные сооружения в Лувре и других дворцах. Впрочем, прошло немало времени, прежде чем французы привыкли к канализации и перестали использовать для этой цели камины и чуланы…

31 декабря 1578 года Генрих утвердил Орден Св. Духа — высшую награду французского королевства, в память об избрании на польский престол, поскольку оно — 11 мая 1573 года — пришлось на день Сошествия Св. Духа. С перерывом на Французскую революцию орден просуществовал до 1830 года. Пока его после Июльской революции окончательно не отменил Луи-Филипп.

Генрих и Анна

Избрание французского принца на польский престол предусматривало и его женитьбу на Анне Ягеллонке. Однако молодой король не очень спешил жениться на женщине, годящейся ему в матери. Именно поэтому, кстати, только в ноябре 1573 года он и двинулся, наконец, в своё королевство. Всё это время было занято его бурным романом с Марией Клевской. А затем его и без того длительное путешествие несколько раз намеренно затягивалось. В Лотарингии он завязал пылкие отношения с Луизой Водемон (Людовикой Лотарингской), которая через год с небольшим стала его женой.

Анна Ягеллонка никогда не была замужем. Во многом это произошло по вине её брата, Сигизмунда Августа, с которым у неё произошёл серьёзный конфликт сразу же после его женитьбы на Бáрбаре Радзивилл. Так, например, в мае 1565 года он отклонил просьбу на брак с Анной датского принца Магнуса, поскольку тот в приданое потребовал несколько замков в Рижском архиепископстве. К слову сказать, Магнус был тоже моложе Анны. Правда, только на 17 лет (все же не 28, как Генрих). Незамужнюю сестру короля в Польше, в общем, любили. Её прозвали Инфантой — так, как именовались дочери испанского короля, не являющиеся наследницами престола. Смерть брата открыла перед Анной возможность наконец выйти замуж — женитьба на ней являлась обязательной для всех кандидатов на престол. Самой Инфанте больше всех нравился эрцгерцог Эрнест Габсбург (который, кстати, был моложе Генриха на два года). Эрнест проиграл выборы. 21 мая 1574 года Ян Замойский официально обязал Анну Ягеллонку выйти замуж за избранного короля Генриха Валуа.

Первая встреча с Анной прошла так, как и было запланировано. Генрих произнёс пару дежурно-вежливых фраз и вышел из комнаты. Через три дня состоялась его коронация, но о женитьбе никто не напоминал. Начались ежедневные балы и турниры, но мысль о предстоящем браке с Анной омрачала мысли короля. Он всё оттягивал и оттягивал неприятный момент. Симулировал болезни, а затем запирался в комнатах и никого к себе не велел допускать. Поговаривали, правда, что короля всё же навещали проститутки, которых впускали в замок по его приказу. Чуть ли не каждый день он писал письма во Францию. Причём некоторые — адресованные Марии Клевской — и собственной кровью.

Время шло. Анна всё ждала. А Генрих всё не спешил. Наконец на 15 июня 1574 года наметили пышный бал, на котором должны были официально объявить о предстоящей женитьбе короля Генриха Валуа и Анны Ягеллонки. Однако утром 14 июня на встрече с императором Максимилианом король узнал о смерти своего брата, Карла IX, и вспыхнувшая вновь мечта о французском троне охватила все его мысли. 15 июня 1574 года в Краков пришло письмо. Оно было подписано королевой-матерью:

Королю, господину моему сыну. Королю Польши. Ваш брат скончался, отдав Богу душу ранним утром; его последними словами были: «А моя мать!» Это не могло не причинить мне огромного горя, и для меня единственным утешением будет увидеть вас вскоре здесь, поскольку ваше королевство в этом нуждается, и в полном здравии, потому что если я вас потеряю, то меня живой похоронят вместе с вами… Ваша добрая и любящая вас, как никто на свете, мать. Екатерина[1].

Генрих не терзался сомнениями: «Франция и Вы, матушка, важнее Польши», — писал он матери несколько дней спустя. Впрочем, сначала требовалось успокоить поляков. Кое-кто из министров выразил опасение, что ему придётся уехать, но он их успокоил: «Я прежде всего король Польши, — заявил он, — и я вас не покину». Несколько дней Генрих делал вид, что предоставляет регентство Екатерине и, возможно, назначит во Франции вице-короля, но всё это были лишь отговорки, чтобы усыпить подозрения поляков. Четыре дня спустя, 18 июня, Генрих устроил грандиозный обед, напоив всех так, что самые знатные сеньоры свалились под стол, будучи мертвецки пьяными.

Побег из Польши

В ночь на 19 июня 1574 года, не уведомив сенат, в обстановке строжайшей секретности Генрих Валуа покинул Вавель и поспешно направился в сторону границы. Короля сопровождали его постельничий Ян ду Хальде, дворянин Жиль де Сувр, врач Марек Мирон и капитан королевской гвардии Николя де Ларшан. Отъезд короля, однако, не остался незамеченным. Немедленно за ним снарядили погоню, которую возглавил каштелян войницкий Ян Тенчинский. Когда кортеж короля приблизился к границе, его заметил освенцимский староста. Старик скинул с себя одежду, бросился в реку и поплыл к королю с криком: «Светлейший господин мой, почему ты убегаешь?». Тут же Генриха настигла и погоня. Король объяснил Тенчинскому, насколько важно сейчас его присутствие во Франции, обещал вернуться через несколько месяцев и заверил, что у него достанет сил носить сразу две короны, и сверх всего подарил ему бриллиант. Тенчинский был растроган до слёз, выпил по польскому обычаю каплю собственной крови в знак уважения к королю, и вернулся в Краков. В Моравской Остраве Генриха поджидала карета, и вечером 19 июня он уже мог спокойно отдохнуть в Весково — беглецы проделали почти без остановок более 34 миль.

Дж. Б. Тьеполо. «Генрих III в гостях у венецианских патрициев на вилле Контарини».

По совету Екатерины, Генрих во время своего путешествия избегал протестантских территорий. В Вене он встретил Максимилиана II, который усердно сватал ему свою овдовевшую дочь Елизавету, но Генрих думал лишь о Марии Клевской. В Венеции, где он оставался неделю, одно торжество сменяло другое — ведь прежде французскому королю не доводилось посещать островную республику. Для торжественного въезда дважды короля, которому Екатерина на покрытие расходов выслала в Венецию 100 тыс. ливров, был задействован даже знаменитый праздничный корабль Бучинторо.

Через Падую, Феррару, Мантую, Кремону и Монцу (где он познакомился с Карло Борромео, в 1610 году причисленным к лику святых, и проникся к нему глубоким уважением) Генрих проследовал далее, к Турину, чтобы вести там с герцогом Савойским политические переговоры. Там же он встретился с дружески настроенным по отношению к протестантам маршалом Монморанси-Данвилем, назначенным Карлом IX правителем Лангедока. Так ещё до возвращения во Францию Генриху пришлось столкнуться с важнейшей проблемой французской внутренней политики — необходимостью найти способ сосуществования католического большинства и сильного протестантского меньшинства. 3 сентября 1574 году Генрих вновь ступил на французскую землю. Через два дня он встретился с Екатериной, выехавшей ему навстречу из Лиона. Так завершилось польское царствование Генриха Валуа.

Польша после бегства короля

На следующий день находящиеся в Кракове малопольские министры и сенаторы официально сообщили об отъезде короля. В конце августа состоялся собранный примасом сейм. Почти все сенаторы выступали против объявления нового «бескоролевья» и назначения новых выборов. Зато большинство делегатов посчитало тайный отъезд короля освобождающим его подданных от каких-либо в отношении его обязательств и призвали избрать нового монарха. После долгих дебатов сейм составил письмо королю, где окончательной датой его возвращения значился май 1575 года. Если король не вернётся до июня 1575 года, он потеряет свои права на польский трон. Так и случилось.

Вторые выборы короля состоялись в декабре 1575 года. 12 декабря Якуб Уханский объявил новым польским королём императора Максимилиана Габсбурга. В Пактах король обязывался женить своего сына Эрнеста на Анне Ягеллонке. Вновь для Инфанты засияло солнце. Однако, противники Габсбургов (и прежде всего, магнат Ян Замойский) заявили о том, что иностранцев больше не будет на польском престоле. И что необходимо восстановить Пястов. 13 декабря на Рынке Старого города Анна Ягеллонка была объявлена королевой Польши. А на следующий день она стала именоваться королевой из династии Пястов. В мужья ей шляхта избрала князя Стефана Батория. 1 мая 1576 года Анна и Стефан обвенчались и короновались в Вавельском соборе. Страной практически до самой своей смерти в 1586 году руководил Стефан Баторий.

На французском троне

Генрих и Луиза Лотарингская Луиза де Водемон (Людовика Лотарингская)

Генрих вернулся во Францию в самый разгар религиозных войн. 11 февраля 1575 года он короновался в Реймсском соборе. А через два дня женился на Луизе Водемон-Лотарингской. Не имея средств на продолжение войны, Генрих пошёл на уступки гугенотам. Последние получали свободу вероисповедания и участие в местных парламентах. Таким образом, некоторые города, населённые сплошь гугенотами, становились полностью независимыми от королевской власти. Действия короля вызвали резкий протест со стороны Католической лиги, возглавляемой Генрихом Гизом и его братом Людовиком, кардиналом Лотарингским (англ.). Братья твердо решили избавиться от Генриха III и продолжить войну с гугенотами. Пока им удалось лишь второе. В 1577 году вспыхнула новая, шестая по счету, гражданская религиозная война, продолжавшаяся три года. Во главе протестантов встал Генрих Наваррский, который уцелел во время Варфоломеевской ночи, отрёкшись от своей веры и спешно приняв католичество. Война закончилась мирным договором, подписанным во Флё. В противовес гугенотской партии Гизы организуют Католическую Лигу, основной целью которой ставится уничтожение кальвинистов. Пытаясь противодействовать Гизам, Генрих объявляет себя номинальным главой Лиги. Гизы организуют несколько покушений на короля, пытаясь вынудить его отречься либо убить.

В 1584 году неожиданно скончался младший брат короля, Франсуа, герцог Анжуйский. У самого Генриха и Луизы детей не было. Вновь встал вопрос о престолонаследии — на этот раз не в Польше, а во Франции. Опять заговорили о гомосексуализме короля, неспособного зачать ребёнка. Однако факты, включающие многочисленные любовные похождения Генриха, а также венерические заболевания его юности, свидетельствуют о том, что гомосексуалистом он не являлся. Скорее всего, все эти сплетни и слухи распространялись Гизами и дошли до наших дней…

Поскольку король не имел детей, наследовать ему должен был ближайший кровный родственник. По иронии судьбы этим родственником (в 21 поколении) являлся всё тот же Генрих Наваррский — Бурбон, женатый, ко всему прочему, на родной сестре короля Маргарите. Сразу же после свадьбы и последующих кровавых потрясений Генрих поспешно вернулся в Наварру, оставив Маргариту в Париже. Когда же из Польши возвратился её брат и стал королём, Марго стала, практически, пленницей во дворце. В конце концов, король позволил ей вернуться к мужу. Следующие три с половиной года прошли, как кошмарный сон. Супруги ссорились, ругались, развлекались на стороне, как хотели. Наконец, в 1582 году, после болезни, Маргарита вернулась к брату. Однако, король заставил её покинуть дворец и вернуться в Наварру. Но и там она не могла оставаться. В 1586 году Генрих III отправил сестру в ссылку в Уссон (провинция Овернь), где она провела 18 лет. В 1599 году, после долгих семилетних переговоров, она получила развод с Генрихом — уже королём Генрихом IV. По согласию с бывшим мужем и его новой женой, Марией Медичи, Маргарита вернулась в Париж. Она занималась благотворительностью, меценатством и воспитанием всех детей Генриха IV (включая Луи — будущего Людовика XIII).

Тем временем опасная перспектива занятия трона лидером протестантов совершенно не входила в планы Гизов. Лига получила финансовую и военную помощь от Филиппа II, а также и моральную — от папы Сикста V, который проклял Генриха Бурбона. В 1585 году вспыхнула очередная война, названная войной трёх Генрихов (короля, Бурбона и Гиза). Генрих Наваррский одерживал уверенные победы. Его поддерживала английская королева Елизавета и немецкие протестанты. Король Генрих III всеми силами пытался прекратить войну, но осуществить это было очень трудно…

12 мая 1588 года Париж взбунтовался против короля, который вынужден был в спешном порядке покинуть столицу и перенести свою резиденцию в Блуа. В Париж торжественно вступил Генрих Гиз. Лотарингский герцог уже ощущал себя королём. Да, собственно, он и находился в двух шагах от престола. Его восторженно приветствовали жители столицы. Всё чаще в обращении к герцогу звучало «Сир». Несколько месяцев, проведённые в Париже, стали самыми счастливыми в жизни Генриха Гиза. В этой ситуации Генриха III могли спасти лишь самые решительные меры. Король созвал Генеральные Штаты, на которые прибыл и его противник. 23 декабря 1588 Генрих Гиз отправился на заседание Штатов. Неожиданно на его пути оказались гвардейцы короля, которые сначала несколькими кинжальными ударами убили Гиза, а затем уничтожили и всю охрану герцога.

На следующий день по приказу короля был также схвачен, а затем и убит брат Генриха Гиза — Людовик, кардинал Лотарингский. Теперь король сжёг все мосты — обратного пути у него уже не было. Большинство католиков отвернулось от Генриха. А последний заключил союз с недавним своим врагом — Генрихом Бурбоном. Узнав об этом, папа Сикст V проклял также и короля. Тем временем, общими силами оба Генриха осадили Париж.

Смерть Генриха III

Убийство Генриха де Гиза Убийство Генриха III

Убийство братьев Гизов всколыхнуло умы многих католиков. Среди них был и 22-летний монах-доминиканец Жак Клеман. Жак был ярым католиком и врагом гугенотов. После проклятия Папы (которое на него особенно подействовало) Клеман принял твёрдое решение убить короля Генриха III. Его замысел получил одобрение некоторых руководителей Лиги. Монаха снабдили частично подлинными, частично фальшивыми письмами от заключенных роялистов, адресованными королю. А затем, 31 июля, он покинул Париж и отправился в Сен-Клу — имение герцога Реца, где король обосновался на время осады столицы. Попросив аудиенцию, он был принят королём на следующий день. Жак передал ему бумаги, сообщив, что в них содержатся важные сведения, предназначенные исключительно для прочтения лично королём. При этих словах охрана отступила от Генриха на несколько шагов…

Король углубился в чтение. Неожиданно Клеман выхватил из-за пазухи стилет, бросился к королю и вонзил стилет ему в подбрюшье. Всё произошло настолько внезапно, что гвардейцы не успели даже понять, в чём дело. Генрих зашатался и вдруг начал оседать с криком: «Он убил меня, подлый монах! Убейте его!». Король сумел вытащить стилет и даже нанести им растерявшемуся от содеянного Жаку удар в голову в район брови. Монах попытался выскочить из зала, но не смог. Здесь же, на месте, он был заколот королевскими телохранителями Сент-Малином и Пенкорнэ и выброшен в окно (позднее его тело четвертовали и сожгли)…

Короля сразу же положили на кровать. Вызванные врачи вложили его вывалившиеся внутренности обратно и зашили. Вскоре наступило некоторое улучшение, и Генрих воспрянул духом. Но уже через несколько часов он почувствовал приближение смерти. В присутствии свидетелей он объявил Генриха Бурбона своим преемником. Ночью Генрих III попросился на последнюю исповедь. Король простил всех своих врагов, включая Жака Клемана. В три часа ночи король Франции Генрих III Валуа скончался. Его тело забальзамировали и похоронили в Компьене, в аббатстве Сен-Корнилль. Урна с сердцем короля была захоронена в главном алтаре собора Сен-Клод. После окончания войны Генрих III так и остался в Компьене. Новый король Генрих IV не стал переносить тело своего предшественника в усыпальницу французских королей — базилику Сен-Дени, поскольку ему напророчили, что он там сам ляжет через неделю после Генриха III. Лишь в 1610 году останки Генриха III всё-таки перенесли в Сен-Дени. А через несколько недель Генрих IV погиб от руки другого убийцы — Франсуа Равальяка.

Генрих III в литературе и искусстве

Генрих появляется в первом романе трилогии Александра Дюма «Королева Марго» как герцог Анжуйский. В следующих романах, «Графиня де Монсоро» и «Сорок пять», он является одним из главных персонажей (как король Генрих III). Запечатлён он также и в экранизациях первых двух романов. Во французских версиях образ Генриха III воплощают Даниель Чеккальди («Королева Марго») и Дени Манюэль (сериал «Графиня де Монсоро»). Ещё в одной экранизации романа «Королева Марго» (Франция, Италия, Германия, 1994 год) роль Генриха исполнял Паскаль Грегори. В российских телесериалах «Королева Марго» и «Графиня де Монсоро» роль Генриха III исполнил Евгений Дворжецкий (в первом сериале роль озвучивал Владимир Вихров). В польских лентах, посвящённых пребыванию короля в Речи Посполитой и его бегству, роль Генриха исполняли Ольгерд Лукашевич, Кшиштоф Щигель, Гжегож Вонс и другие актёры.

Примечания

  1. ↑ А. Кастело. Королева Марго. (ЖЗЛ). — М.: Молодая гвардия, 2009. ISBN 978-5-235-03178-4. с. 99—100.

Ссылки

  • KINGS OF FRANCE (VALOIS) (англ.). Foundation for Medieval Genealogy. Проверено 9 июня 2009. Архивировано из первоисточника 26 августа 2011.
В этой статье не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники.Эта отметка установлена 13 мая 2011.
Предшественник:Сигизмунд II Предшественник:Карл IX
   Короли и императоры Франции (987—1870)
Капетинги (987—1328)
987 996 1031 1060 1108 1137 1180 1223 1226
Гуго Капет Роберт II Генрих I Филипп I Людовик VI Людовик VII Филипп II Людовик VIII
1226 1270 1285 1314 1316 1316 1322 1328
Людовик IX Филипп III Филипп IV Людовик X Иоанн I Филипп V Карл IV
1328 1350 1364 1380 1422 1461 1483 1498
Филипп VI Иоанн II Карл V Карл VI Карл VII Людовик XI Карл VIII
1498 1515 1547 1559 1560 1574 1589
Людовик XII Франциск I Генрих II Франциск II Карл IX Генрих III
Бурбоны (1589—1792)
1589 1610 1643 1715 1774 1792
Генрих IV Людовик XIII Людовик XIV Людовик XV Людовик XVI
1792 1804 1814 1824 1830 1848 1852 1870
Наполеон I (Бонапарты) Людовик XVIII Карл X Луи-Филипп I (Орлеанский дом) Наполеон III (Бонапарты)
  Великие князья литовские Наследные князья Выборные князья
Миндовг (1236—1263) • Тройнат (1263—1264) • Войшелк (1264—1267) • Шварн (1267—1268) • Тройден (1269—1281) • Довмонт (1282—1285) • Будикид (1285—1291) • Пукувер Будивид (1291—1295) • Витень (1295—1315) • Гедимин (1316—1341) • Явнут (1341—1345) • Ольгерд (1345—1377) • Ягайло (1377—1381) • Кейстут (1381—1382) • Ягайло (1382—1392) • Витовт (1392—1430) • Свидригайло (1430—1432) • Сигизмунд Кейстутович (1432—1440) • Казимир (1440—1492) • Александр (1492—1506) • Сигизмунд Старый (1506—1548) • Сигизмунд Август (1544—1572)
Генрих Валуа (1573—1574) • Стефан Баторий (1576—1586) • Сигизмунд Ваза (1587—1632) • Владислав Ваза (1632—1648) • Ян Казимир Ваза (1648—1668) • Михаил Корибут Вишневецкий (1669—1673) • Ян Собесский (1673—1696) • Август II Веттин (1697—1704) • Станислав Лещинский (1704—1709) • Август II Веттин (1709—1733) • Станислав Лещинский (1733—1734) • Август III Веттин (1734—1763) • Станислав Август Понятовский (1764—1795)
   Монархи Польши Пясты Пржемысловичи Пясты Анжу Ягеллоны Выборные короли Варшавское герцогство Царство Польское

Мешко I • Болеслав I Храбрый • Мешко II Ламберт • Безприм • Мешко II Ламберт • Болеслав Забытый • Казимир I Восстановитель • Болеслав II Смелый • Владислав I Герман • Збигнев • Болеслав III Кривоустый • Владислав II Изгнанник • Болеслав IV Кудрявый • Мешко III Старый • Казимир II Справедливый • Мешко III Старый • Казимир II Справедливый • Лешек Белый • Мешко III Старый • Владислав III Тонконогий • Лешек Белый • Мешко I Плясоногий • Лешек Белый • Владислав III Тонконогий • Генрих I Бородатый • Генрих II Набожный • Болеслав Рогатка • Конрад I Мазовецкий • Болеслав V Стыдливый • Лешек Чёрный • Генрих IV Пробус • Пржемысл

Вацлав II • Вацлав III

Владислав I Локетек • Казимир III Великий

Людовик I Великий • Ядвига

Ягайло • Владислав III Варненьчик • Казимир IV • Ян I Ольбрахт • Александр Ягеллончик • Сигизмунд I Старый • Сигизмунд II Август

Генрих Валуа • Анна Ягеллонка • Стефан Баторий • Сигизмунд III Ваза • Владислав IV Ваза • Ян II Казимир Ваза • Михаил Корибут Вишневецкий • Ян III Собеский • Август II Сильный • Станислав Лещинский • Август II Сильный • Станислав Лещинский • Август III • Станислав Август Понятовский

Фридрих Август I

Александр I • Николай I • Александр II • Александр III • Николай II

Генрих III (король Франции) Информация о

Генрих III (король Франции)Генрих III (король Франции)

Генрих III (король Франции) Информация Видео

Генрих III (король Франции) Просмотр темы.

Генрих III (король Франции) что, Генрих III (король Франции) кто, Генрих III (король Франции) объяснение

There are excerpts from wikipedia on this article and video

www.turkaramamotoru.com


Смотрите также