Династия бурбонов во франции


История Франции - Династия Бурбонов (1589—1792, 1814—1848)

Страница 8 из 18

Хотя Генрих Наваррский оставался теперь единственным претендентом на престол, для того, чтобы стать королем, ему пришлось перейти в католичество.  Только после этого он вернулся в Париж и  был коронован в Шартре в 1594 году.  Он стал первым королем династии Бурбонов – пятой королевской династии в истории Франции.

Большой заслугой Генриха IV было принятие в 1598 году Нантского эдикта – закона о веротерпимости. Господствующей религией остался католицизм, но гугеноты были официально признаны как меньшинство, имеющее право на труд и самозащиту в некоторых районах и городах. Этот эдикт остановил разорение страны и бегство французов-гугенотов в Англию и Нидерланды. Нантский эдикт был составлен очень хитро: при изменении соотношения сил католиков и гугенотов он мог быть пересмотрен (чем позднее и воспользовался Ришелье).

Во время правления Генриха IV (1594-1610) в стране был восстановлен порядок и достигнуто благополучие. Король поддерживает крупных чиновников, судей, адвокатов, финансистов. Он разрешает этим людям покупать себе должности и передавать их по наследству сыновьям. В руках короля оказывается мощный аппарат власти, позволяющий править без оглядки на капризы и прихоти дворян. Генрих привлекает к себе и крупных торговцев, он всячески поддерживает развитие крупного производства и торговли, основывает французские колонии в заморских землях. Генрих IV первым из французских королей начинает руководствоваться в своей политике национальными интересами Франции, а не одними лишь сословными интересами французского дворянства.

В 1610 страна погрузилась в глубокий траур, когда узнала, что ее король был убит монахом-иезуитом Франсуа Равальяком. Его смерть отбросила Францию назад, в состояние, близкое к анархии регентства, так как молодому Людовику ХIII (1610-1643) было всего девять лет.

Центральной политической фигурой в истории Франции в это время стала его мать королева Мария Медичи, которая затем заручилась поддержкой епископа Люсона, Армана Жана дю Плесси (который более известен нам  как кардинал Ришелье). В 1624 Ришелье стал наставником и представителем короля и фактически управлял Францией до конца жизни в 1642. С именем Ришелье связано начало триумфа абсолютизма. В лице Ришелье французская корона обрела не только выдающегося государственного деятеля, но и одного из видных теоретиков абсолютной монархии. В своем  «Политическом завещании» Ришелье назвал две главных цели, которые он ставил перед собой в момент прихода к власти: «Моей первой целью было величие короля, моей второй целью было могущество королевства». Первый министр Людовика XIII всю свою деятельность направил на осуществление этой программы. Главными ее вехами стало наступление на политические права гугенотов, которые, по мнению Ришелье, делили власть и государство с королем. Своей задачей Ришелье считал ликвидацию гугенотского государства, лишение власти непокорных губернаторов и укрепление института генеральных наместников-интендантов.

Военные действия против гугенотов длились с 1621 по 1629 годы. В 1628 году был осажден оплот гугенотов морской порт Ла-Рошель. Падение Ла-Рошели и утрата городами привилегий самоуправления ослабили сопротивление гугенотов, в 1629 году они капитулировали. Принятый в 1629 году «Эдикт милости» подтвердил основной текст Нантского эдикта, касающийся права свободного исповедания кальвинизма. Все статьи, которые относились к политическим правам гугенотов, были отменены. Гугеноты лишились своих крепостей и права держать свои гарнизоны.

Ришелье занялся укреплением государственного аппарата абсолютной монархии. Главным мероприятием в решении этой задачи стало окончательное утверждение института интендантов.

На местах политике короля мешали губернаторы и провинциальные штаты. Выступая в качестве представителей  как королевской, так и местной власти, губернаторы становились фактически самостоятельными правителями. Инструментом для изменения этого порядка и стали интенданты. Они стали полномочными представителями королевской власти на местах. Сначала миссия интендантов имела временный характер, затем постепенно она делается постоянной. В руках интендантов сосредоточиваются все нити провинциальной администрации. За пределами их компетенции остается только армия.

Первый министр форсирует экономическое развитие государства. С 1629 по 1642 годы во Франции были образованы 22 торговые компании. Ко времени правления Ришелье относится начало французской колониальной политики.

Во внешней политике Ришелье последовательно отстаивал национальные интересы Франции. Начиная с 1635 года, Франция под его руководством участвовала в Тридцатилетней войне. Вестфальский мир 1648 года способствовал обретению Францией ведущей роли в международных отношениях в Западной Европе.

Но 1648 год для Франции не был концом войны. Испания отказалась подписать мир с французским монархом. Франко-испанская война продолжалась до 1659 года закончилась победой Франции, получившей по Пиренейскому миру Руссильон и провинцию Артуа. Таким образом был решен давний пограничный спор между Францией и Испанией.

Ришелье умер в 1642 году, а через год умер Людовик XIII.

Наследнику престола Людовику ХIV (1643-1715 гг.) исполнилось тогда всего пять лет. Опекунские функции приняла на себя королева-мать Анна Австрийская. Управление государством сосредоточилось в ее руках и руках ставленника Ришелье итальянского кардинала  Мазарини. Мазарини был деятельным проводником политики короля вплоть до своей смерти в 1661. Он продолжил внешнюю политику Ришелье до успешного заключения Вестфальского (1648) и Пиренейского (1659) мирных договоров. Он смог решить задачу сохранения монархии, особенно во время восстаний дворянства, известных под названием Фронда (1648–1653). Название Фронда произошло от французского – праща. Метать из пращи в переносном смысле – действовать наперекор власти. В бурных событиях Фронды противоречиво переплелись антифеодальные выступления народных масс и части буржуазии, конфликт судейской аристократии с абсолютизмом, оппозиция феодальной знати. Справившись с этими движениями, абсолютизм вышел окрепшим из политического кризиса периода Фронды.

Людовик ХIV.

После смерти Мазарини Людовик ХIV (1643-1715 гг.), достигший к тому времени 23 лет, взял управление государством в свои руки.  Затянувшийсяна 54 года «век Людовика XIV» – это и апогей французского абсолютизма, и начало его упадка. Король с головой окунулся в государственные дела. Он умело подобрал себе деятельных и толковых сподвижников.  Среди них министр финансов Жан Батист Кольбер, военный министр маркиз де Лувуа, министр оборонных укреплений Себастьян де Вобан и такие блистательные генералы, как виконт де Тюренн и принц Конде.

Людовик сформировал многочисленную и хорошо обученную армию, которая благодаря Вобану располагала лучшими крепостями.  В армии была введена четкая иерархия чинов, единая военная форма, интендантская служба. Фитильные мушкеты были заменены курковым ружьем со штыком. Все это повысило дисциплину и боеспособность армии. Орудие внешней политики – армия наряду с созданной в это время полицией широко использовалась и как инструмент «внутреннего порядка».

С помощью этой армии, Людовик проводил свою стратегическую линию во время четырех войн. Самой тяжелой была последняя война – война за Испанское наследство (1701–1714) – отчаянная попытка противостоять всей Европе. Попытка отвоевать испанскую корону для своего внука завершилась вторжением вражеских войск на французскую землю, обнищанием народа и истощением казны. Страна лишилась всех предыдущих завоеваний. Только раскол среди вражеских сил и несколько самых последних побед спасли Францию от полного разгрома. В конце жизни Людовика обвиняли в том, что он «слишком любил войну». Тяжелым бременем для Франции стали 32 военных года из 54 лет правления Людовика.

В хозяйственной жизни страны проводилась политика меркантилизма. Особенно активно ее проводил Кольбер, министр финансов в 1665-1683 годы. Крупный организатор и неутомимый администратор, он пытался на практике осуществить меркантилистскую доктрину «активного торгового баланса». Кольбер стремился максимально сократить ввоз иностранных товаров и поднять вывоз французских, увеличив, таким образом, количество облагаемого налогом денежного богатства в стране. Абсолютизм вводил протекционистские пошлины, субсидировал создание крупных мануфактур, предоставлял им различные привилегии («королевские мануфактуры»). Особенно поощрялось производство предметов роскоши (например, шпалер, т.е. ковров-картин на знаменитой королевской мануфактуре Гобеленов), оружия, снаряжения, обмундирования для армии и флота.

Для активной заморской и колониальной торговли были созданы при участии государства монопольные торговые компании – Ост-Индская, Вест-Индская, Левантийская, субсидировалось строительство флота.

В Северной Америке, владением Франции наряду с Канадой стала громадная территория бассейна Миссисипи, названная Луизианой. Возросло значение французских Вест-Индских островов (Сан-Доминго, Гваделупа, Мартиника), где стали создаваться плантации сахарного тростника, табака, хлопка, индиго, кофе, основанные на труде негров-рабов. Франция завладела рядом факторий в Индии.

Людовик XIV отменил Нантский эдикт, закрепляющий веротерпимость. Тюрьмы и галеры заполнились гугенотами. На протестантские районы обрушились драгоннады (постои драгун в домах гугенотов, при которых драгунам разрешались «необходимые бесчинства»). В результате десятки тысяч протестантов покинули страну, среди них множество искусных ремесленников и богатых торговцев.

Король выбрал местом своей резиденции Версаль, где был создан грандиозный дворцово-парковый ансамбль. Людовик стремился сделать Версаль культурным центром всей Европы. Монархия стремилась руководить развитием наук и искусств, использовать их для поддержания престижа абсолютизма. При нем был создан оперный театр, Академия наук, Академия живописи, Академия архитектуры, Академия музыки, основана обсерватория.  Выплачивались пенсии ученым и деятелям искусства.

При нем абсолютизм в истории Франции достиг своего апогея. «Государство – это я».

К концу правления Людовика XIV Франция была разорена изнурительными войнами, цели которых превосходили возможности Франции, расходами на содержание громадной по тому времени армии( 300-500 тыс. человек в начале XVIII века против 30 тыс. в середине XVII), тяжелыми налогами. Упала продукция сельского хозяйства, сократилось промышленное производство и торговая активность. Население Франции значительно сократилось.

Все эти итоги «века Людовика XIV» свидетельствовали о том, что французский абсолютизм исчерпал свои исторические прогрессивные возможности. Феодально-абсолютистский строй вступил в стадию разложения и упадка.

Упадок монархии.

В 1715 Людовик XIV, уже одряхлевший и старый, умер.

Наследником французского престола стал его пятилетний правнук Людовик ХV (1715-1774).  Пока он был ребенком,  страной правил самоназначенный регент, честолюбивый герцог Орлеанский.

Людовик XV старался подражать своему блестящему предшественнику, но практически во всех отношениях правление Людовика ХV было жалкой пародией на правление «короля-солнца».

Армией, выпестованной Лувуа и Вобаном, руководили офицеры-аристократы, которые добивались своих постов ради придворной карьеры. Это отрицательно сказывалось на боевом духе войск, хотя сам Людовик ХV уделял армии большое внимание. Французские войска сражались в Испании, участвовали в двух больших кампаниях против Пруссии: войне за Австрийское наследство (1740–1748) и Семилетней войне (1756–1763).

Королевская администрация контролировала сферу торговли и не считалась с собственными интересами этой сферы. После унизительного Парижского мира (1763), Франции пришлось отдать большую часть своих колоний и отказаться от притязаний на Индию и Канаду. Но даже и тогда портовые города Бордо, Ла-Рошель, Нант и Гавр продолжали благоденствовать и обогащаться.

Людовику XV принадлежит высказывание: «После меня – хоть потоп». Он был мало озабочен положением в стране. Людовик посвящал время охоте и фавориткам, позволяя последним вмешиваться в дела страны.

После смерти Людовика XV в 1774 году французская корона досталась его внуку двадцатилетнему Людовику XVI. В это время в истории Франции  необходимость реформ была очевидна многим.

Генеральным контролером финансов Людовик XVI назначил Тюрго. Незаурядный государственный деятель и видный теоретик-экономист, Тюрго попытался осуществить программу буржуазных реформ. В 1774-1776 гг. он отменил регламентацию хлебной торговли, упразднил цеховые корпорации, освободил крестьян от государственной дорожной барщины и заменил ее денежным поземельным налогом, падавшим на все сословия. Тюрго вынашивал замыслы новых реформ, в том числе отмены за выкуп феодальных повинностей. Но под натиском реакционных сил Тюрго был отставлен, его реформы отменены. Реформой «сверху» в рамках абсолютизма было невозможно решить назревшие проблемы дальнейшего развития страны.

В 1787-1789 гг. развернулся торгово-промышленный кризис. Его возникновению способствовал заключенный французским абсолютизмом 4 1786 году договор с Англией, открывавший французский рынок для более дешевых английских изделий. Упадок и застой производства охватили города и промысловые сельские местности. Государственный долг от 1,5 млрд. ливров в 1774 году вырос до 4,5 млрд. в 1788 году. Монархия оказалась на пороге финансового банкротства. Банкиры отказывали в новых займах.

www.veter-stranstvii.ru

Шпаргалка - Бурбоны во Франции

Московская гуманитарно-социальная академия

факультет Международные Отношения

кафедра истории

Курсовая работа по теме:

«Бурбоны во Франции»

Выполнила: студентка 2-го курса группы МО-202

Алчинова Мария Александровна

Научный руководитель:

Егошина В.Н.

Москва 2001

Содержание

Введение………………………….………………………….……..……3

Раздел 1. Бурбоны – старейшая королевская династия Европы………

1.1.Родослоная Бурбонов………………………………………....…4

1.2.Бурбоны — короли Франции……………………………….…….5

Раздел 2. Генрих IV и Людовик XV как выдающиеся представители

династии……………………………………………………………….

2.1.Генрих IV – гугенот………………………………….…………….

2.2.Людовик XV как реформатор………………………….………….

Заключение……………………………………………………..…………40

Список литературы…………………………………………..………...…41

Приложение……………………………………………….……………….

Введение

Курсовая работа посвящена правящей династии Бурбонов во Франции, которые царствовали с XVI-XIX вв. Эта династия представляет большой интерес для истории тем, что самые известные монархи Франции, такие, как Генрих IV, Людовик XIV, XV были выдающимися личностями.

В первой главе представлена родословная, а также краткие сведения о правивших монархах данной династии.

Во второй главе рассмотрена личность Генриха IV как первого представителя данной династии. Здесь описывается его приход к власти, Генрих как политический деятель, Франция периода его правления. Раскрывается вопрос, каким путем гугеноту удалось стать королем Франции, который боролся с протестантизмом и абсолютно не принимал инакомыслящих.

Цель курсовой работы – проследить судьбу династии Бурбонов во Франции: приход к власти, апогей и крах.

Для написания курсовой использованы работы: 1. А.Дюма «Сесиль», «Амори», т.46. М.,2000; 2. С.Ф. Блуменау «Людовик XV»; 3. С.Л. Плешкова «Герих IV Французский»; 4. А.В. Ревякин «Французские династии: Бурбоны, Орлеаны, Бонапарты»; 5. А.К.Рыжов «Все монархи мира»; 6. Французские короли и императоры. Под ред. Хартманна, Ростов-на Дону, 1997.

1. Бурбоны – старейшая королевская династия Европы

Бурбоны (Bourbon) – (младшая ветвь Капетингов) старый французский род, который, благодаря своему родству с королевским домом Капетингов, занимал долгое время французский и другие престолы. Название свое ведет от замка в прежней провинции Бурбоннэ.

1.1.Родословная Бурбонов

Первый сеньор этого рода, упоминаемый в истории, был Адемар. Его четвертый преемник, Аршамбо I, изменил название родового замка, присвокупив к нему свое имя, вследствие чего получилось Bourbon l'Archambault. Соединившись узами родства с королевским домом Капетингов, Бурбоны, как побочная ветвь этого рода, приобрели, после смерти последнего мужского потомка другой ветви, Валуа, законные права на французский престол. Особое значение приобрела линия Вандом (Vendome). При посредстве брака Антона Бурбона, герцога Вандом, с Жанной д'Альбрэ достигла сперва наваррского престола, а затем, после смерти последнего представителя дома Валуа, заняла французский престол, в лице Генриха IV и, наконец, через брак и счастливые войны — престол испанский и неаполитанский. Из других боковых линий можно назвать еще Монпансье, Конде, Конти и Суассон. Династия Бурбонов на французском престоле начинается с Генриха IV, сына Антона, герцога Вандом и короля наваррского, который после умерщвления в 1589 г. Генриха III, последнего Капетинга из дома Валуа, сделался согласно Салийскому закону о престолонаследии прямым наследником французского престола.

От своей второй жены, Марии Медичи, Генрих IV имел пятерых детей, в том числе Людовика XIII. Людовик XIII, женатый на Анне Австрийской, дочери Филиппа III Испанского, оставил двух сыновей: Людовика XIV, и Филиппа, который получил титул герцога Орлеанского и сделался родоначальником младшей Бурбонской династии.

Сын Людовика XIV от брака с Марией-Терезией Австрийской, дочерью Филиппа IV, дофин Луи, умер уже в 1711 году, оставив от брака с Марией-Анной Баварской трех сыновей. оставшийся в живых внук сделался в 1715 г. наследником Людовика XIV, под именем Людовика XV. Последний имел от Марии Лещинской, сына дофина Луи, который оставил наследника Людовика XVI и Луи-Станислава-Ксавье, графа Прованского, который в 1814 году занял французский престол под именем Людовика XVIII Шарля Филиппа, графа Артуа, наследовавшего только что названному брату под именем Карла Х. Людовик XVIII не имел детей, Карл же Х оставил двух сыновей. Со смертью Генриха V в 1883 году угасла старшая линия Бурбонов. Орлеанская линия, вступившая на французский престол в 1830 г. и низложенная в 1848 г., ведет свое начало от второго сына Людовика XIII и брата Людовика XIV, герцога Филиппа I Орлеанского умершего в 1701 г.

1.2.Бурбоны – короли Франции

Во время правления первого Бурбона Генриха IV (1589-1610) большим потрясением для монархии и единства страны стали начавшиеся в 1562 г. религиозные вой­ны — католической партии противостояли кальвинис­ты, очень сильные и влиятельные, несмотря на то, что гугеноты тогда составляли менее 10% всего насе­ления. Лишь перешедшему в католичество бывшему протестантскому вождю, ставшему позже королем, удалось восстановить религиозный мир и един­ство королевства. Нантским эдиктом от 1598 г. он предоставил протестантам религиозную свободу, га­рантированные позиции, безопасность нрава, которых тогда не имело в Европе ни одно конфессиональ­ное меньшинство. Гибкий, обладавший незаурядным умом, первый Бурбон Генрих IV смог укрепить цен­тральную власть. С 1624 г. первые кардиналы Ришелье и Мазарини при Людовике XIII (1610-1643) и Людовике XIV (1643-1715) целеустремленно развивали его достижения и строили дальше абсолютную монархию. Примеру «ко­роля-солнце», Людовика XIV подражала вся Европа; нравы его дво­ра, этикет, даже сам французский язык пользовались неслыханной популярностью; его роскошный дворец в Версале стал недостижимым образцом для бесчис­ленных князьков. Он держал в своих руках нити всех политических интриг страны, Версальский двор со строго отрегулированным этикетом стал центром, от­куда исходили все решения, на всю страну струились лучи великолепия и роскоши. Даже в эпоху самого Людовика XIV абсолютизм был изрядно огра­ничен действующим основным законом, привилегия­ми, особенно в провинциях и на местах, и многими другими факторами. Во внутренней политике Людо­вик пытался в соответствии с принципом «один ко­роль — одна религия» добиться религиозного единст­ва подданных — конфликтуя с папой и янсенистами, преследуя гугенотов. Во внешней политике его стрем­ление к гегемонии во время войны за Испанское на­следство (1701—1714) натолкнулось на сопротивле­ние всей Европы. Войны, в которых он искал военной славы, привели Францию к серьезным экономичес­ким затруднениям.

Чтобы быть абсолютным монархом, Людовик XIV с неподражаемым искусством играл тяжелую роль «вездесущего» короля. Эта роль была под силу лишь человеку со столь крепким здоровьем, сильной само­дисциплиной, мощной волей и неслыханной работос­пособностью, какими обладал «король-солнце».

При Людовике XV (1715 — 1774) первому министру Флери (1726—1743) с помощью политики мира, организаци­онной работы и стабилизации валюты удалось вновь консолидировать страну: монархия достигла наибольшего расцвета, олицетворяя величие, могущество и стабильность государства… Однако, в ходе неудачных войн (война за Австрийское наследство 1740—1748 гг. и Семилетняя война 1756—1763 гг.) с Англией она опять потеряла значительные территории в Европе и за морем. К тому же непомерно вырос ее долг.

Но в последней четверти XVIII в. приближение капиталистической эпохи ознаменовалось обострением всех общественных противоречий, внешним прояв­лением которых явился затяжной финансовый кризис государства. Людовик XVI, вступивший на престол в 1774 г., пытался поправить положение. Но непосле­довательные реформы, проводившиесяим «сверху», не дали ожидаемых резуль­татов. И тогда он был вынужден уступить общественному мнению, требовав­шему проведения глубоких реформ и добивавшемуся участия в управлении го­сударством представителей «нации». Людовик XVI решил созвать Генеральные штаты, открытие которых в мае 1789 г. послужило детонатором глубокой, все­охватывающей и кровопролитной революции.

Период Великой французской рево­люции нередко сравнивают с лабораторией, в которой опробовались различные формы устройства государственной власти: конституционная монархия, демокра­тическая республика, революционная диктатура и т.д. Причем все режимы, ос­нованные на демократических и республиканских принципах, быстро саморазру­шались, обнаруживая свою неэффективность. К началу XIX в. страна скатилась к военной диктатуре, вскоре укрывшейся за пышным фасадом империи. Принцип монархии — наследственная единоличная власть — возобладал, однакоон был вы­ражен в форме отрицания легитимной монархии.

То обстоятельство, что Людовик XVI умер не своей смертью, окруженный скорбящими родственниками, а был казнен по приговору революционного три­бунала, наложило отпечаток трагизма на всю его судьбу и обусловило поляр­ность мнений о нем. Для одних, склонных видеть в Людовике XVI невинно убиенного мученика, он был добрым королем, страстно увлекавшимся охотой и всякими ручными поделками, особенно слесарными, но вместе с тем обладавшим и обширными научными познаниями, главным образом в области географии. Для других, считавших его казнь заслуженной карой, Людовик XVI был прежде всего тираном, вставшим на пути прогрессивных преобразований, а потому и сброшен­ным с трона. Постепенно к власти пришел Наполеон Бонапарт, представитель новой династии, вошедший в историю как Наполеон I. Династия Бурбонов на время сошла с политической арены. Но в 1815 году, когда император признал свое поражение, Бурбоны снова сели на трон.

Сразу после смерти Людовика XVI в 1793 году его брат, граф Прованский, находившийся в Вестфалии, провозгласил Луи-Шарля королем Людовиком XVII, а себя объявил регентом при племяннике. Новому королю присягала эмиграция, его признали европейские дворы. Но сам маленький монарх именно в это время начинает болеть, на организме ребенка начинают сказываться испытания последних лет. 8 июня 1795 года он умер в парижской тюрьме Тампль в десятилетнем возрасте.

24 июня 1795 г., когда известие о смерти племянника достигло графа Про­ванского, последний был объявлен королем Людовиком XVIII. Он больше под­ходил на роль политического лидера, чем Людовик XVI. С самого начала рево­люции граф Прованский требовал от своего старшего брата решительного отпора противникам монархии. В 1790 г. он даже пытался отстранить короля от власти, чтобы самому управлять страной в качестве наместника королевства. В 1791 г. он одновременно с Людовиком XVI ударился в бега, но оказался удач­ливее брата, благополучно добравшись до Брюсселя. Во главе контрреволю­ционной эмиграции граф Прованский в 1792 г. воевал против Франции на стороне интервентов, а в 1793 г. помчался в Тулон, занятый в то время англичанами, но опоздал — крепость сдалась в руки республиканцев. Возможно, лишь ухудшение здоровья удерживало его в дальнейшем от ратных подвигов.

Все невзгоды разом отодвинулись в прошлое после отречения Наполеона Бонапарта 5 апреля 1814 г. Около трех часов ночи в замок Хартвел прискакал гонец с долгожданным известием: «Сир, отныне Вы король!» — «Разве я и раньше не был королем?» — с этими словами Людовик XVIII отправился спать. Это был ответ человека, непоколебимо уверенного в своих династических правах на ко­рону.

Но Людовик XVIII вполне отдавал себе отчет, как непросто ему будет править в стране, где за четверть столетия его отсутствия выросло поколение людей, не знавших Бурбонов и не испытывавших к ним никаких добрых чувств, кроме, может быть, любопытства. Поражение монархии в 1789-1792 гг. послу­жило для него серьезным уроком. Единственный из Бурбонов он твердо придерживался мнения: или монархия будет дополнена конституцией, или ее уже не будет никогда.

24 апреля 1814 г. Людовик XVIII высадился с корабля в Кале, откуда от­правился в замок Сент-Уан. Здесь в ходе переговоров с делегацией Сената (од­ной из палат империи) и был заключен имевший большое значение для всей Европы компромисс между Капетингом и представителями новой Франции: ко­роль царствует в силу божественного права, но своим подданным он дарует Хартию (конституцию), ограничивающую его власть. Он оставлял за собой всю полноту исполнительной власти, а законодательную делил с двухпалатным пар­ламентом. Палата депутатов формировалась на основе цензового избирательно­го права, палата пэров назначалась королем.

Это был важный политический прорыв к гражданскому миру и цивилизации. После долгих лет деспотизма Наполеона I Франция по своему государственному устройству приблизилась к уровню передовых государств того времени — Англии, США. Перед ней открылась возможность прекращения гражданских распрей и мирного эволюционного прогресса, обеспечивающего права и свободы граждан. И не беда, что начало царствования Людовика XVIII не было безоблачным — Сто дней Наполеона, волна белого террора, антиправительственные заговоры. После исторической эпохи внутренней и внешней войн, подавления свобод, насилия над личностью нельзя было ожидать от французов образцового правосознания. Да и сами правовые механизмы взаимоотношений граждан и государства еще только складывались.

Людовик XVIII был бездетени лишен надежды когда-либо иметь детей. Его брак с Луизой-Марией-Жозефиной Савойской, которая умерла в 1810 г., был чистой формальностью. В этих условиях наибольшими правами на корону обладал его младший брат граф д'Артуа. Но ко времени возвращения во Фран­цию оба они были уже не молоды — одному исполнилось 59, другому — 57 лет. Никакой уверенности в том, что Людовик XVIII успеет передать корону брату, не могло быть. Правда, у последнего было двое сыновей.

В начале 20-х годов здоровье короля, резко ухудшилось. Его совсем перестали слушаться ноги, и отныне все время он про­водил в большом кресле-каталке, за что насмешники тут же окрестили его «королем-кресло». 16 сентября 1824 г. Людовик XVIII умер.

Под именем Карла Х корону унаследовал граф д'Артуа (1757-1836). Не слишком усерд­ный в науках, легкомысленный и упрямый, склонный к мимолетным увлечениям, но и способный на серьезную привязанность, новый король во многих отноше­ниях был противоположностью своему более основательному и благоразумному предшественнику. Летом 1789 г. граф д'Артуа в спорах с Людовиком XVI на­стаивал на самых решительных мерах против своевольных депутатов третьего сословия. При этом он настолько скомпрометировал себя, что немедленно после падения Бастилии был вынужден податься за границу. Вокруг него и стала группироваться контрреволюционная эмиграция. Он был непременным организа­тором и участником всех основных ее военных акций против революционной Франции. Поражение монархической контрреволюции заставило его умерить пыл. Он поселился в Англии, где и жил до 1814 г.

Граф д'Артуа был женат на Марии-Терезе Савойской, сестре жены Людови­ка XVIII, но своим вниманием ей не докучал. Исключительное место в его жизни принадлежало другой женщине — мадам де Поластрон, двоюродной сестре гер­цогини Полиньяк, фаворитки Марии-Антуанетты. Связь с ней определила судьбу будущего короля. Перед смертью в 1805 г. мадам де Поластрон взяла снегослово, что он прекратит разгульную жизнь, которую до сих пор вел, и обратится к Богу. С этого времени граф д'Артуа стал ревнителем нравственности и благо­честия, попав под влияние аббата Латиля, духовника своей бывшей любовницы.

Граф д'Артуа активно участвовал в восстановлении монархии. В марте 1814 г. он вел переговоры с союзниками, а 12 апреля въехал в Париж и в тече­ние нескольких дней до прибытия Людовика XVIII управлял Францией в качест­ве наместника королевства.

Одним из первых его шагов в области внутренней политики стала отмена цензуры печати. В следующие полтора-два года Карл Х предпринял такие меры, которые ущемляли коренные интересы или убеждения широких слоев населения, в частности и значительной части правящей элиты. Из армии уволили 250 наполеоновских генералов; закон о святотатстве карал смертной казнью за осквернение святых даров; закон о так называемом миллиарде для эмигрантов (т.е. возмещение ущерба тем, кто в годы революции бежал из страны) оскорблял патриотические чувства большинства французов, разделив­ших судьбу родины во время революции т.д. Часть консервативной партии под давлением общественного мнения перешла в оппозицию. Страна приближалась к политическому кризису.

Фактически Карл Х отказался от политического наследия Людови­ка XVIII, который пытался соединить — и на первых порах небезуспешно -божественное право королей с конституционным правом нации. Карл Х пред­почитал видеть в Хартии лишь одну из традиционных «вольностей», даруемых королем своим подданным. Он избрал путь отказа от компромисса 1814 г., не представляя, что тем самым подрывает политическую основу монархии.

Людовик XVIII за десять лет своего правления таки не выбрал времени для церковной коронации, хотя до него не было случая, чтобы король уклонился от таинства миропомазания, т.к. он опасался стать королем «в большей мере», чем того хотели французы. Иначе повел себя Карл X. Стремясь подчеркнуть богоданность своей власти, он короновался 29 мая 1825 г. в Реймском соборе.

На выборах в палату депутатов 1827 и 1830 гг. либеральная оппозиция дважды подряд одержала убедительную победу. Политический кризис достиг величайшего накала. И тогда Карл Х своими действиями ускорил развязку. В августе 1829 г. он назначил правительство во главе с герцогом Жюлем де Полиньяком, перед которым была поставлена задача — восстановить королевский абсолютизм.

Во исполнение его воли и появились ордонансы 25 июля 1830 г. об отмене свободы печати, роспуске палаты депутатов, повышении избирательного ценза и назначении новых выборов в палату. Карл X, подписал ордонансы.

Протест журналистов и печатников, потерявших работу на основании ордо­нансов, получил массовую поддержку. Спустя два дня Париж полностью оказался во власти повстанцев. Лишь спустя 5 дней он наконец дал согласие на отставку правительства Полиньяка и отмену ордонансов. Но деятели либеральной оппозиции, верховодившие в Па­риже, попросту отмахнулись от него. Оставленный всеми, 2 августа Карл Х под­писал отречение от престола в пользу своего малолетнего внука.

В конце периода Реставрации Франция была страной во всех отношениях более благополучной, чем в начале. Приметы общего подъема наблюдались в промышленности, сель­ском хозяйстве, технике, науке, не говоря уже о литературе и искусстве, для которых Реставрация была едва ли не золотым веком. Немалая заслуга в том принадлежала Бурбонам, которые обеспечили стране минимум условий для пло­дотворной созидательной деятельности — мир и относительно высокий уровень гражданских и политических свобод. Но Бурбоны не сумели до конца исполь­зовать тот шанс, который предоставила им история в 1814 г. Вместо того, чтобы уверенно повести страну по пути развития парламентаризма, укрепления консти­туционных прав и свобод граждан — пути, который единственно обещал выжи­вание монархии в новых исторических условиях, — они, особенно в правление Карла X, своими недальновидными действиями способствовали разгоранию граж­данских распрей.

Карл X, подписав отречение в пользу внука, потребовал и от своего сына по­ступить так же. Можно представить себе чувства герцога Ангулемского, всю сознательную жизнь готовившегося принять корону и в решающий момент вы­нужденного от нее отказаться. Но те несколько минут, пока он не подписал от­речение, формально он считался королем. Он и вошел в историю династии под именем Людовика XIX, поставив печальный рекорд самого короткого царст­вования.

Политика реставрации Карла X, правившего страной с 1824 г., в 1830 г. привела к революции и установле­нию Июльской монархии; королем стал Луи-Филипп, герцог Орлеанский (1773-1850). После революции 1848 г. и этому королю-буржуа пришлось отречься от престола. Когда 10 декабря 1848 г. подавляющим большинством голосов президентом республики был избран Луи-Наполеон Бонапарт — воодушевленный идеей во всем следовать своему знаменитому дяде, — конец республики был предрешен. Затем он был вначале про­возглашен главой государства, а потом проведенный им народный референдум 21 ноября 1852 г. в законном порядке признал его императором.

2. Генрих IV и Людовик XV как выдающиеся представители династии Бурбонов

2.1. Генрих IV – гугенот

Генрих IV — первый представитель династии Бурбонов, последней правив­шей на французском престоле. После Карла Великого он стал первым французским королем, прозванным Великим. Французы связывали с его именем конец религиозных (гражданских) войн 1562—1594гг. и обретение права на свободу вероисповедания.

Личность Генриха IV всегда привлекала внимание своей неординарнос­тью. На французском престоле впервые оказался бывший еретик. Преемник наихристианнейших королей, защитников католической церкви был кальвинистом и отрекся от протес­тантской веры в ходе последнего акта гражданских войн на марше перед воротами Парижа. Боль­шое любопытство вызывала частная жизнь короля: невольник женщин был известен бесчисленными победами. И даже насильственная смерть Ген­риха IV, потрясшая Францию, породила много разных слухов, дав импульс к появлению легенд о короле и его деяниях. На политической арене Фран­ции появился король, восхищавший и удивлявший современников своей нетрадиционностью во взглядах и действиях.

Генрих IV родился 13 декабря 1553 г. в Беарне в фамильном замке По, принадлежащем его деду по материнской линии королю Наварры Генриху д'Альбре. Наследника нарекли в честь деда. Отец младенца — первый принц крови Антуан Бурбон, герцог Вандом, владелец герцогства Вандом, а также графств и бароний на севере Луары. Мать Генриха, давшая ему титул короля Наварры,— Жанна д'Альбре, дочь Маргариты Наваррской и Генриха д'Альбре. По материнской линии Генрих приходился внучатым племянником королю ФранцискуI (1515—1547).

Начиная с 1560г., жизнь юного Бурбона, едва достигшего семилетнего возраста, изменилась. Причиной этого стали два обстоятельства, сыграв­шие существенную роль в судьбе Генриха. Первое было связано с новообращением Жанны д'Альбре. Королева Наварры приняла кальвинизм, пуб­лично объявив о своем выходе из католической церкви занялась насаждением протестантизма в Наварре. Малолетний Генрих был обращен матерью в новую веру.

Обращение Генриха в протестантизм произошло в те годы, когда Фран­ция стремительно приближалась к гражданским войнам. С распространени­ем кальвинизма длительная социальная напряженность, сопутствовавшая абсолютизму, подогревалась конфессиональными разногласиями. Королева Екатерина Медичи сделала первого принца крови Антуана Бурбона генеральным наместником Франции. Новое положение обязывало принца крови находиться при дворе. Так, в 1561 г. семья Антуана Бурбона — его жена Жанна д'Альбре и двое детей Генрих и Екатерина — оказались в Париже. 8-летний наследник Бурбона удостоился чести сидеть за одним столом — между юным Карлом IX и его сестрой Маргаритой Валуа. С этого времени будущий король Франции был вынужден под­чиняться чужой воле в лице королевы-матери, став заложником ее полити­ки. Это было второе роковое событие в жизни Генриха.

Личная драма юного Генриха разыгрывалась на фоне общей трагедии, которую переживала Франция, вступив в 1562 г. в гражданскую войну. В год начала гражданских войн Генрих становится первым принцем крови: смерть отца позволяет ему занять его место. Девятилетнего наслед­ника Антуана Бурбона удостаивают всеми почетными титулами. Беарнский принц назначается губернатором и адмиралом Гиени. В 13 лет он был признан наследником всех владений своей матери Жанны д'Альбре. Коро­лева Наварры возила его в Беарн на встречу с местными протестантами.

Свое первое боевое крещение 15-летний Генрих Бурбон принял в Ла-рошели в 1568—1569гг., находясь рядом с главой протестантской партии принцем Конде и адмиралом Колиньи. Юноша обнаружил недюжинные военные способности в столкновении с армией католиков и по праву разделил победу с протестантами, захватившими крепости в провинциях Они, Сентонж и Керси.

Проект бракосочетания Генриха с Маргаритой Валуа был привлекательным для обеих сторон. Жанна д'Альбре рассчиты­вала женитьбой сына укрепить свое положение не только в Наварре, но и во Франции. Екатерина Медичи видела в браке двух семей королевской крови разрешение конфессионального вопроса — мирное сосуществование двух религий и, кроме того, расширение владений французского дома за счет присоединения протестантского юга. Для Генриха брак сулил очевидные выгоды: он расширял перспективы получения большей власти.

Свадьба состоялась 18 августа 1572 года. Мар­гарита Валуа и Генрих Наваррский 28 лет официально считались суп­ругами. События в ночь на 24 августа (на св. Варфоломея) были лишь одним из эпизодов гражданских войн. Именно здесь казнили адмирала Колиньи и истребили цвет провинциального протестантского дворянства, собравше­гося по случаю свадьбы. Более того, угроза нависла и над Генрихом Наваррским. И наваррец вынужден был отречься от протестантизма и вернуться в лоно католичества. Новоявленный король, власть которого не была освящена (протестанты исключали эту необходимость), стал укреплять армию, превращать города в крепости и готовиться к войне. Одновременно он провел частичную секуляризацию богатств католической церкви. В эти годы у него выработался свой принцип управления, которого он старался придерживаться и позже, став королем Франции,— укреплять связи с провинциями. Он верил, что сила власти в ее поддержке не столько в центре, сколько в провинциях. Залог доброго управления Генрих Наваррский видел в умело подобранных советниках. Молодой король отбирал членов своего ближайшего окружения, ориен­тируясь на профессионализм и вассальную преданность советников. И хотя он стремился опираться на протестантов, в его совете были и католики.

Мирный период в жизни Генриха Наваррского был прерван в связи со смертью младшего Валуа герцога Алансонского, кончина ко­торого означала угасание правящей династии: царствующий 33-летний Генрих III не имел потомства. Единственным законным наследником пре­стола оставался принц крови Генрих Наваррский — представитель новой династии Бурбонов. В его лице официальный Париж видел союзника, могущего противостоять оппозиции абсолютной власти Генриха III

Между тем, предвидя возможный союз Генриха Наваррского с Ген­рихом III, оппозиция в лице Католической лиги вместе с папой предприняли бешеную атаку на наваррца. В 1585 г. была обнародована булла папы Сикста V, в которой Генрих Наваррский объявлялся еретиком. Этот дерз­кий шаг имел своей целью лишить законного наследника французского престола права на корону. Оппозиция торжествовала победу, она выдвига­ла на королевский престол своего кандидата — старого Карла Бурбона, дядю Генриха Наваррского. Это был вызов, брошенный власти, проявление неприятия ее политики. Ситуация осложнялась и тем, что во внутриполитические дела Франции вмешались внешние силы. Испанский король Филипп II поддержи­вал католическую оппозицию и Карла Бурбона, рассчитывая в случае удачи на признание испанской инфанты Изабеллы первой претенденткой при выборе супруги французского короля. В это ответственное время армия Генриха Наваррского начала военные действия. 7 долгих лет, отражая сопротив­ление и терпя поражения, Генрих Наваррский боролся за престол и за независимую Францию. Все эти годы на его пути стояла католическая оппозиция, поддерживаемая церковью и папой. В смертельной схватке с оппозицией в 1589г. погиб последний представитель правящей династии король Генрих III.

В августе 1589 г. на правах законного наследника французского престо­ла протестант Генрих Наваррский выступил с декларацией, в которой обещал поддержать во Франции римско-католическую религию в ее целост­ности, более того он уверял, что имеет большое желание просветить себя в католическом вероучении, для чего имеет намерение разрешить галликан­ской церкви созвать национальный собор. Декларация не предусматривала нарушения социального статуса ни католиков, ни протестантов, однако обещала вернуть католикам отнятое у них имущество.

Дворянство же в общей массе было недовольно заявлением претендента на престол. Кроме того, к концу 1589 г. почти все крупные города выступали за Католическую лигу. На стороне Генриха Наваррского оставались южные и западные города, образовавшие центр верности. В противовес Испании и папе король Навар­ры мог рассчитывать на помощь английской королевы, немецких протес­тантских князей, Нидерландов и Венеции. Но союзники ставили свои ус­ловия. Положение складывалось непростое.

Генрих готовился к осаде Па­рижа. Он решил отрезать его от источников снабжения и за­ставить голодных парижан сдаться. В январе 1593 г. в осажденном Париже собралась ассамблея сторон­ников Лиги. На этом собрании в нарушение традиции престолонаследия был поставлен вопрос о выборах короля. Между тем эта ситуация подтолк­нула Генриха Наваррского на решение об отречении от протестантской веры, которого давно от него ожидали. Еще пять лет назад об этом не могло быть и речи. «Дьявол меня опутывает,— писал Генрих Наваррский Диане д'Андуен. Если я не буду гугенотом, то буду турком. Меня хотят подчинить, мне не дают быть тем, кем я хочу»*. Но время изменило положение и поставило наследника престола перед выбором.

Не считая возможным в данный момент лично явиться в Рим к Клементу VIII, он ограничился посланием. Папа не ответил дерзкому наваррцу. И наследник престола при поддержке галликанской церкви короновался без папского благословения.

27 февраля 1594г. вопреки традиции в Шартре, а не в Реймсе, состо­ялась торжественная коронация. Генрих дал клятву на Евангелии, обещая содействовать своим подданным жить в мире с Божьей церковью и изгнать с королевской земли всех еретиков.

Спустя почти месяц после коронации, вечером 22 марта 1594 г. Ген­рих IV без боя вошел в Париж. Однако не все города безоговорочно приняли короля. Жители ряда городов как на севере, так и на юге Франции не безуспешно пытались выкупить свои городские свободы и право на отправление протестантского культа.

Отречение и коронация Генриха Наваррского без санкции римского престола вызвали неоднозначную реак­цию как в самой Франции, так и в Риме. Генрих IV, объявив себя защитником католической церкви, вовсе не желал разрыва с Римом. Осенью 1595 г. в Риме папа Климент VIII согласился заочно принять отречение и, отпустив грехи, ввести французского короля в католическую церковь. Папа наконец назвал Генриха IV наихристианнейшим королем Франции и Наварры.

Первый Бурбон на французском престоле не желал выступать ни как покровитель реформированной церкви, ни как наихристианнейший король. Государственные интересы ставились выше конфесси­ональных.

*Lettres missives, vol. 5, P. 19 (Пер. с фр.)

Забота о дворянстве составляла одно из главных направлений монар­шей политики. Он ввел налог на право наследования должности («полетта»), который благодаря практике продажи государственных долж­ностей сулил большие деньги. Это нововведение приводило к кон­солидации и независимости служилых мужей от короны.

Генрих IV прибег к созданию нового института интендантов. На места направлялись пред­ставители короля — интенданты, которым доверялось претворение в жизнь королевских решений. С их помощью провинции крепче привязывались к центру. Постоянная смена этих людей преследовала цель не допускать злоупотреблений.

Таким образом, путем разумных уступок, сочетавшимся с радикаль­ными мерами король укрепил свою власть. Особое место занимало раз­решение конфессионального вопроса. Его острота не ослабела даже после гражданских войн.

Декларированное равенство в правах могло быть реализовано протестантами в крайне ограниченных пределах. Нантский эдикт юридически оформил права католи­ков и протестантов, и король выступил гарантом этих прав. Эдикт не лишал протестантов гражданских прав — на образование, на медицинскую помощь и на ритуальные услуги этих прав, но в католической Франции не было достаточного количества учебных заведений протестантской ори­ентации, а госпитали, как и кладбища находились под опекой католической церкви, ревностно оберегавшей свои привилегии.

В то же время Генрих IV был вынужден пойти на уступку: сохранить за протестантами право на военные крепости в юго-западной Франции, фак­тически признав сохранение протестантской конфедерации, возникшей в 1575 году. Эта уступка стала ценой внутреннего мира и расплатой за военную помощь, оказанную протестантами Генриху IV в войне с Испанией в 1595—1598 годах.

К тому времени, когда Генрих Наваррский был признан королем Франции и Наварры, ему было 42 года. Борьба за престол и заботы о будущем монархии превратили некогда цветущего рыцаря, гордившегося своим крепким здоровьем, в старика.

Им была упорядоче­на придворная система. Двор стал не только символом, но и местом власти. Изменились придворные праздники. Знаменитые турниры заменили карусель, театрализованные представления: живые картины и балет. Помимо балета двор любил музыкальные вечера.

В конце 1599 г. Генрих IV получил развод, взяв в супруги Марию Меди­чи, кузину Екате­рины Медичи.

День рождения наследника пре­стола будущего Людовика XIII 27 сентября 1601г. стал национальным праздником, торжественность которому придавало то обстоятельство, что Франция не знала дофина со времен Генриха II. Последние Валуа были бездетными и умирали в молодом возрасте. По такому случаю стреляли из пушек во всех французских городах и чеканили медали с изображением дофина Людовика в образе Геркулеса, голыми руками расправляющегося со змеями.

На жизнь Генриха IV неоднократно покушались, и умер он от руки монаха в 1610 г. Убийца вскочил на подножку кареты во время ее вынужденной остановки и через оконце ножом нанести королю три смертельных удара в грудь. Раскаявшийся еретик, введенный папой в лоно католической церкви, был убит. Свершился приговор, вынесенный Генриху IV не только римско-католической церко­вью и папистами, но и силами в самой Франции, не признававшими новаций, увидевшими в действиях короля наступление на традиционные права знати. Политика компромиссов стремление поставить государствен­ные интересы выше конфессиональных обернулись для Бурбона смертью.

Его представляли защитником вдов и сирот, страдальцем и благодетелем, а также рыцарем Ренессанса. Его изображали рядом с Цезарем, Александром Македонским, Карлом Великим и даже с Геркулесом. Апология Генриха IV заняла видное место во французской правовой мысли. Фигура Генриха IV стала воплощением национального единства и государственного суверенитета. На волне защиты национальных интересов появилась целая серия трактатов о правах и суверенитете французского короля, авторы которых стремились доказать богоизбранность Франции, ее королей и богоугодность француз­ской системы государственного управления. Абсолютная монархия, над укреплением которой трудился Генрих IV, набирала силу.

2.2. Людовик XV как реформатор

Эпоха правления Людовика XV и сама личность монарха породили в научной литературе разные характеристики. Но преобладают два несовместимых истолкования. Одни историки рисуют короля апатичным, вялым, ленивым властителем. Поихмнению, этот пресыщенный развратник, промотавший огромные средства на прихоти своих метресс, совсем не занимался государственными делами. А если верить приписываемым Людовику высказываниям: «На мой век хватит», «После нас — хоть потоп»**, то окажется, что он еще и цинично оправдывал подобный образ жизни. Отместкой за такое поведение стали внешнеполити­ческие провалы, утрата Францией высокого престижа в мире, потеря коло­ниальной империи. Под пером части авторов король предстает человеком, совершенно неспособным реагировать на вызовы времени. У их читателей складывается мнение, что политический курс этого монарха предопределил крах старого порядка, а несчастный внук и преемник — Людовик XVI только поплатился за ошибки и грехи деда.

**А. Дюма. «Сесиль». Собрание сочинений. Т 46, М., 2000

Другая же группа исследователей обращает внимание на полученное Людовиком XV хорошее образование, его любознательность и ум. Он вовсе не отличался цинизмом, а, напротив, испытывал душевные муки, когда присущая ему сильная религиозность наталкивалась на увлечение прекрас­ным полом. Констатируют привязанность монарха к родственникам, его чадолюбие. Историки с симпатией сообщают о нелюбви короля к пышным официальным церемониям, о стремлении поскорее оказаться в уютном мире близких друзей и семьи. Приятным выглядит в их изображении и политическое лицо Людовика XV. Предполагается, что, если рутиной занимались высшие сановники, то контроль за положением дел находился все же в руках венценосца. У него были ясные и твердые принципы, и он весьма последовательно реализовывал их в политической практике. Король вовсе не боялся реформ, а нововведения в судебной и административных сферах, осуществленные им в конце жизни, могли ослабить кризисные явления в обществе.

В 1711 г., не дожив до 50 лет, умер дофин— дед будущего короля. В 1712 г. смерть от кори унесла родителей мальчика — нового престолонаследника герцога Бургундского и Марию-Аделаиду Савойскую, а также его старшего брата герцога Бретонского. Случившееся повергло в отчаяние главу дома — Людовика XIV, чей необычно долгий (72 г.) срок царствования подходил к концу. Будущее французских Бурбонов тонкой нитью надежды связывалось с уцелевшим правнуком короля. Реальная власть при короле-ребенке все же сосредоточилась в руках Филиппа Орлеанского, сделавшего­ся регентом.

Людовик XV стал монархом в 1715 г. в возрасте пяти лет. В жизни сироты многое зависело от воспитателей. Женился юный монарх в возрасте 15 лет. Бракосочетание с Марией, дочерью польского короля, лишившегося трона, Станислава Лещинского, состоялось 5 сентября 1725 года. Поначалу семейная жизнь складывалась удачно. Король полюбил супругу. Быстро увеличивалось по­томство. С 1727 по 1737 гг. королева родила десять детей и среди них дофина — Луи Фердинанда.

16-летний монарх отстранил от власти и сослал герцога де Бурбона и даже объявил о начале личного правления. В действительности же он переложил бремя трудов по управлению страной на своего настав­ника. Не будучи формально первым министром, кардинал де Флёри фак­тически играл при Людовике XV ту же роль, что кардинал Ришелье при Людовике XIII. Он сохранял эти позиции с 1726 г. до самой смерти в 1743 г., немного не дотянув до 90-летия.

Вскоре у короля появилась новая возлюб­ленная, которой удается намного превзойти прежнюю в своем влиянии на ход дел в королевстве. В отличие от нее, она происходила совсем не из дворянской среды. Но эта молодая особа, в девичестве Жанна Пуассон, как метеор ворвалась на вершину французской элиты и стала широко известна миру под именем маркизы Помпадур. Она получила прекрасное воспитание и блестящее образование, что впослед­ствии облегчило ей существование в высшем свете.

Маркиза немало сделала для людей искусства, обеспечила талантам комфортные условия существования, стимулировала их творческие усилия. Но была и оборотная сторона медали: невероятные траты на свои прихоти. Один только Бельвю стоил 3 млн. ливров, а вообще на нужды фаворитки израсходовали 36 924 140 ливров. Обыватели не знали этих цифр, но роскошь била в глаза тем, кто не всегда имел и скудный достаток. Народ­ная ненависть постоянно сопровождала возлюбленную короля и прорыва­лась в многочисленных пуассонадах (по девичьей фамилии Помпадур — Пуассон) — стишках и эпиграммах.

Слабые легкие свели ее в могилу 15 апреля 1764 г., в возрасте 42 лет. Людовик XV тяжело переживал смерть мадам де Помпадур. В течение нескольких лет после кончины маркизы у Людовика не было официальной метрессы.

Вслед за ней в течение нескольких лет скончались и другие близкие королю люди — его сын и наследник престола Луи-Фердинанд, жена последнего — Мария Иозефа Саксонская, супруга самого монарха — Мария Лещинская. Это было жестоким ударом судьбы для человека, больше всего ценившего маленький уютный мирок семьи и друзей. Именно здесь он становился самим собой и вел себя естественно. Смерть близких подвигла короля к раскаянию.

Особенно теплыми были отношения с дочерьми. Король любил общаться с ними, тяжело переживал разлуку, когда они воспитывались в монастыре. Но проявлял и известный отцовский эгоизм при решении их личных судеб. Выйти замуж за поддан­ного французской короны считалось для королевских дочерей ниже досто­инства. Принцессе Гэнриэтте не позволили брак даже с герцогом Шартским из орлеанской ветви правящей династии. В результате, кроме старшей — Марии Луизы Елизаветы, вышедшей замуж за испанского инфанта Филип­па, остальные сестры остались в одиночестве.

Достигнув совершеннолетия, Людовик принимал постоянное учас­тие в еженедельных заседаниях Верховного совета, Совета депеш. Королев­ского финансового совета. Экономическими вопросами занимались Флёри и генеральный контролер финансов Орри и добились равновесия между расходами и доходами казны, неизменности золотого и серебряного содержания французских металлических денег и других позитивных результатов. Зато в сфере религии и, особенно, во внешней политике ощуща­лось и непосредственное влияние короля на ход событий.

Традиционное и жесткое соперничество за преобладание в Европе сталкивало Бурбонов с могущественными Габсбургами. Хотя эта династия и пресеклась в Испании, другая ее ветвь владела обширной Австрийской державой и сохраняла за собой германский императорский титул. В борьбе с главным противником Франция опиралась на выстроенный ею «восточ­ный барьер» из дружественных стран: Османской империи, Польши, Шве­ции. Союзы крепились с помощью субсидий. Отношения с другим ведущим европейским государством — Англией казались более подверженными ме­нявшейся внешнеполитической конъюнктуре. Если Франция значительно сократила бюджетные ассигнования на флот, то Англия, наоборот, наращивала военно-морские силы.

Людовик XV, придавая меньшее значение непосредственным завоеваниям, добивался укрепления союзнических связей Франции, роста ее влияния в Европе и мире, ослабления позиций главных противников. Различия в представлениях о внешней политике сказались на польских делах, когда в 1733 г. скончался король этой страны Август II Сильный. Людовик XV хотел посадить на освободившийся трон своего тестя, уже занимавшего его прежде. Флёри же не возражал против передачи польской короны сыну умершего саксонскому курфюрсту, чего добивалась уже при­выкшая влиять на соседнее ослабевшее государство Россия и союзная с ней Австрия. Но фактический глава правительства не собирался перечить мо­нарху и Франция пошла на огромные траты, приведшие к избранию Стани­слава Лещинского королем. В ответ российская императрица Анна Иванов­на направила в Польшу многотысячный воинский контингент, что стало решающим аргументом для избрания сеймом уже Августа III. Укрывшему­ся в Данциге Лещинскому оставалось ждать французского вмешательства. Франция послала помощь. Но кардинал, не без основания, полагал, что появление на Балтике большой французской эскадры вызовет негодова­ние англичан. В таких условиях Данциг капитулировал, а Лещинский бежал из Польши.

Эти события были только частью «войны за польское наследство», в которой главными контрагентами выступали Австрия, с одной стороны Франция и Испания,— с другой. При этом империя Габсбургов терпела чувствительные неудачи. По Венскому миру 1738 г. Станислав Лещинский получил в компенсацию за Польшу Лотарингию, которая с его смертью должна была стать частью Франции. Младшая ветвь испанских Бурбонов овладела королевством обеих Сиилий. Людовик XV и впредь не оставлял идеи возвести на польский трон своего родственника, теперь уже кузена Конти. В этом направлении будет действовать тайная дипломатия короля.

Заключенный Францией мир оказался недолгим. В 40-е годы страна вступила в новую войну, где ее главным противником опять явилась Австрия. Но свою роль сыграли давние и глубокие антиавстрийские на­строения населения — результат векового противостояния Бурбонов и Габ­сбургов. К войне подталкивала неопределенность, возникшая вокруг авст­рийского престола.

Весной 1744 г. Людовик XV отправился в действую­щую армию, в Мец. Здесь он серьезно заболел и окружающие предположи­ли, что венценосец умрет. Но к радости миллионов французов король остался жив. Популярность государя достигла апогея, именно тогда его и прозвали «Возлюбленным».

На бельгийском направлении француз­ским силам противостояла англо-ганноверская армия. К концу 1747г. Франции удалось захватить все Австрийские Нидерланды и боль­шую часть Голландии.

Однако мирным договором, заключенным в октябре 1748 г. в Ахене эти победы были сведены на нет. Она должна была уступить Силезию Пруссии, некоторые итальянские земли Испании и Сардинскому королевству. Францияже вер­нула захваченные районы Бельгии и Голландии, не приобретя ничего.

Важное значение приобретала позиция России. Логика международных отношений той поры должна была противопоставить ее Франции. Ведь государства «восточного барьера», построенного Францией — Польша, Швеция, Турция — часто находились в конфликте с Россией. В декабре 1756 г. Россия присоединилось к антипрусской коалиции, а Франция оказалась в двойственном положении, вынужденная совмещать свои поползновения в Польше с союзническими контактами с Россией.

Самыми серьезными в ту пору были англо-французские противоречия в связи с колониальной экспансией обеих стран, а также в Европе. Но на заморских территориях на 10 английских поселенцев приходился только один француз. Другим козырем британцев являлся их флот, превосходив­ший французский по количеству кораблей, силе бортового огня и скорости стрельбы в 2—3 раза. Состояние военно-морских сил и ситуация с колони­ями беспокоили Людовика XV, рассчитывавшего, однако, что решающее значение для исхода конфликта будут иметь его сухопутные войска, в мощь которых он верил. Помня о болевых точках в отношениях между Англией и Францией в Германии и Южных Нидерландах, он также полагал, что в условиях разделения Европы на противоборствующие коалиции, франко-британское столкновение быстро перерастет в общеевропейскую войну, главной ареной которой станет Старый континент. Планы монарха не отличались ясностью, обнаруживали прежнее пристрастие к многоходовым комбинациям ради увеличения престижа страны в мире и содействия госу­дарствам, ведомым родственниками французского королевского дома.

Перед Францией же возникла альтернатива: либо немедленные перего­воры и достижение мира, либо расширение и укрепление союзнических связей и попытки продолжить войну до победы. Заключили третий Версальский договор с Австрией, к которому позднее присоединилась Рос­сия.

В 1759 г. англий­ские адмиралы разгромили обе французские эскадры. Франция потеряла Канаду и была разбита в Индии. Стремление опереться на союз с Испанией, с коей подписали «фамильный пакт», принесло не успехи, а новые пораже­ния, правда, благодаря смене британского кабинета и прихода во власть «королевских друзей» во главе с Бьютом условия мира, увенчавшего Семи­летнюю войну, были несколько смягчены, и Франция сохранила часть Антильских островов. Но, лишившись основных заморских территорий, она уже не могла конкурировать с Англией в колониальной экспансии.

Непопулярность Людовика XV увеличилась по ходу развития событий, которые не будет преувеличением назвать политическим кризисом 50-х годов. В отличие от времен Флёри, король играл ведущую роль. При этом он опирался на министров, наиболее сильным из которых являлся генераль­ный контролер финансов Машо. Монарх и Машо ввели новый налог — двадцатину, принципы взимания которой были революционными: в равной мере подлежали обложению все сословия и все территории страны. Недо­вольных было много; особенно возмущалось духовенство, прежде вноси­вшее лишь добровольный дар королю. Из-за его неуступчивости, а также под давлением придворной партии «набожных», поддержанной королев­ской семьей, Людовик отступил. 23 декабря 1751 г. священнослужители освобождались от уплаты двадцатины.

Духовенство оказалось и в центре главного конфликта того времени. Ужесточая позицию в отношении янсенистов, епископат потребовал от умиравших свидетельства об исповеди, подписанные кюре — сторонниками буллы «Унигенитус». В защиту несчастных, не имевших такой бумаги и умиравших без причастия и соборования, и сотен французов, коих та же участь ожидала в будущем, выступили парламенты. Стало общим местом в литературе обвинять магистратов в отстаивании узко-сословных интере­сов от покушений идущего по пути реформ абсолютизма. К священникам, отказывавшим умиравшим в обычном для христианина прощании с земной жизнью, парламентарии принимали жесткие меры вплоть до ареста.

Активно обсуж­далась и идея «единого парламента». В отсутствие Генеральных штатов такой парламент мог претендовать на роль общенационального представи­тельного органа. Ответом стали решительные действия Людовика: самые рьяные оппозиционеры были арестованы, члены Высшей палаты Парижско­го парламента отправлены в ссылку.

Отзвуком политического кризиса явилось покушение Дамьена на Лю­довика XV. Это произошло 5 января 1757 г., когда король уезжал из Версаля в Трианон. Спрятавшись под лестницей на выходе из дворца, злоумышленник нанес монарху удар ножом в бок. Жизненно важные ор­ганы остались не задетыми, но поначалу придворным и самому королю подумалось, что он умрет. В ожидании смены государя военный министр граф д'Аржансон и Машо стали дерзить Помпадур. Но рана быстро зарубцевалась, а незадачливые царедворцы были немедленно отставлены.

Злодея взяли на месте. Приговор поражал садизмом. Было предписано сжечь Дамьену правую руку, затем вырвать раскаленными щипцами куски мяса из разных частей тела, залить раны расплавленным свинцом и кипяченым маслом, и, нако­нец, разорвать с помощью четырех лошадей.

6 августа 1761 г. Парижский парламент запретил иезуитам преподава­тельскую деятельность. В ноябре 1764г. появился королевский эдикт об упразднении Ордена иезуитов во Франции. Тяжелое поражение страны в Семилетней войне, дальнейшее падение своего автори­тета заставили монарха уступить давлению общественного мнения.

В 70-е годы, в последний период своей жизни монарх действовал решительно, в полной мере проявляя политическую волю. То была линия на искоренение феодально-корпоративистских пере­житков в политической и судебной сферах. Одновременно Людовик XV добивался оздоровления финансовой системы.

Особенно впечатляющими были меры, предпринятые канцлером и увенчавшие многолетнюю борьбу короля с магистратами. Все приоб­ретенные должности упразднялись за выкуп. Парламенты и другие высшие суды рекрутировались на конкурсной основе. На одну вакансию выдвига­лось по три кандидата, достигших 25 лет и имевших необходимое образова­ние и практический опыт. Принципиально важным было то, что занявший место получал жалованье от государства, тогда как подношения от тяжу­щихся запрещались и суд становился бесплатным. Предлагалось кар­динальное преобразование: вместо мало зависящих от властей и сплочен­ных корпоративными интересами обладателей должностей появлялись чи­новники, обязанные монархии и продвижением по службе, и материальным благополучием.

Репрессии против оппозиции проходили одновременно с реформирова­нием парламентов. Канцлер сослал 130 парижских и 100 провинциальных парламентариев. Некоторые высшие суды упразднялись. Общее количество магистратов сократилось на 2/3. Территория, подпадавшая под юрисдик­цию Парижского парламента, сильно уменьшилась. Часть прежних парламентариев, а также люди, подобранные канцлером, составили новые судебные органы, презрительно именовавшиеся обществом «парламенты Мопу». Недовольство проявлялось живо, причем среди протестовавших активную роль играли герцоги и пэры. Но о новой Фронде не шло и речи. Магистраты оказались способными только на разговоры, но не на дейст­вия. Победу праздновали реформатор и стоявший за ним король.

Преобразования, осуществленные в последние годы жизни короля, решительность, жесткость и энергия, с которыми они проводились, ставят под сомнение широко распространенный прежде в литературе тезис об отсутствии у Людовика XV политической воли. Жизненный путь монарха скорее свидетельствует о позднем наступлении у него зрелости как государ­ственного мужа. Но сильной стороной деятельности венценосца явились желание и умение учиться на ошибках, постоянное приобретение опыта. Результатом и стал прорыв первой половины 1770-х годов. При этом убеждения и принципы, которыми руководствовался король, оставались неизменными. Людовик XV не представлял себе для Франции иного поли­тического строя, чем абсолютная монархия. Его курс не был реакционным, проникнутым стремлением повернуть страну вспять, к време­нам прадеда. Он, напротив, выкорчевывал укоренившиеся архаичные эле­менты политической системы, реформировал и модернизировал ее, задевая интересы привилегированных.

Но в разгар преобразований, 10 мая 1774 г., король умер, заразившись оспой. Со смертью Людовика XV оборвались и его начинания. Внук покойного Людовик XVI, не удержавшись от популизма, восстановил пар­ламенты в прежнем виде. Абсолютизм стремительно приближался к своей гибели, а стра­на—к «великим потрясениям».

Заключение

Итак, династия Бурбонов являлась правящей во Франции почти два столетия и соперничала с такой династией как Габсбурги. Все монархи были выдающимися личностями. Некоторые их изречения, ставшие личным девизом, вошли в историю и характеризуют период их правления. Эти люди творили историю.

Формой правления Франции была абсолютная монархия. На примере Бурбонов можно проследить этапы развития этой страны: В период их правления Франция была могущественным государством Европы. История правления этой династии осталась в памятниках литературы, архитектуры, скульптуры. После смерти Генриха IV благодарные подданные установили посередине моста Понт-Неф бронзовую статую Бурбона на коне. Или, например, Версаль, дворцово-парковый ансамбль в окрестности Парижа, архитектурный шедевр мирового значения. Был построен «королем-солнце» Людовиком XIV во 2й половине XVII века и был его резиденцией (заложен в 1661г.). Версаль при Июльской монархии стал музеем истории.

Судьба Бурбонов печальна, трагична: или гильотина, или эмиграция. Собственная смерть — это редкое явление, особенно для королевской особы. Людовик XV и Людовик XVIII умерли в преклонном возрасте от болезни.

Список литературы:

1. С.Ф. Блуменау. Людовик XV//Вопросы истории, 2000, № 9.

2. А. Дюма. Амори. т. 46, М., 2000

3. А.Дюма. Сесиль. т. 46, М., 2000

4. А.В. Ревякин. Французская династия Бурбонов, Орлеанов, Бонапартов//Новая и новейшая история, 1992, № 2.

5. А.К. Рыжов. Все монархи мира, М., 2000.

6. Французкие короли и императоры. Под ред. Хартманна. Ростов-на-Дону. 1997.

www.ronl.ru

БУРБОНЫ. 100 великих династий

Бурбоны — это французская королевская династия, занимавшая престол во Франции в 1589–1792; 1814–1815 и 1815—183 гг.; в Испании — в 1700–1868 и 1874–1931; в Неаполе — 1735–1806 и 1814–1860; в Парме — 1748–1797 и 1847–1860 гг. Первый представитель этой династии во Франции — Генрих IV Бурбон (1553–1610), вступивший в 1589 году (фактически же только в 1594 г.) на трон после смерти Генриха III, последнего из династии Валуа. С 1569 года он — вождь гугенотов в Религиозных войнах, с 1562 года — король Наваррский.

Попавшую под иго могущественной Испании Францию раздирали междоусобные религиозные войны. За право неограниченного господства в стране боролись два оппозиционных лагеря — католиков и гугенотов. По всей стране грабили и убивали во имя обеих враждующих сторон. Особенно драматично сложились взаимоотношения протестантов и католиков во Франции после смерти короля Франциска I.

Второй сын Франциска, Генрих II, был женат на племяннице самого папы римского Екатерине Медичи, чей род шел от тех самых Медичи, которые когда-то были флорентийскими банкирами, а позднее стали правителями Флоренции. После долгих лет придворных интриг Екатерина возвела на престол своего старшего сына Карла IX, которому в то время было всего 10 лет. Государственная власть, таким образом, оказалась в руках его матери.

Екатерина Медичи, королева-мать, поддерживала католиков. Но и протестанты (их называли гугенотами[22]) имели в стране огромную силу и влияние. Партию гугенотов возглавляли прославленный полководец адмирал Колиньи и король королевства Наварра, входившего в состав Франции, Антуан Бурбон.

Чтобы примирить враждующие стороны, Екатерина Медичи решила выдать свою дочь Маргариту за родственника королевской семьи Генриха Бурбона, сына Антуана Бурбона. Католики очень не хотели этого брака католички с гугенотом. Но свадьба все-таки состоялась. Молодых венчали сразу два священника — католический и протестантский. В Париж, на свадьбу короля Наварры и сестры короля Франции, собрались представители гугенотов со всей страны. И католики решили воспользоваться этим.

Руководитель партии католиков герцог Гиз убедил Екатерину Медичи дать согласие на избиение гугенотов. В ночь на 24 августа 1572 года, накануне праздника святого Варфоломея, католики собрались у городской ратуши. У каждого из них на рукаве была белая повязка, а на шляпе — белый крест, чтобы узнавать своих в темноте. Все дома гугенотов были заранее отмечены белыми крестами. По сигналу колокола началась массовая резня не ожидавших нападения гугенотов. В Варфоломеевскую ночь было убито около 30 тысяч человек, в том числе и адмирал Колиньи.

Волна погромов прокатилась по всей Франции. Погибли десятки тысяч человек. Чтобы спасти свою жизнь, Генриху Бурбону пришлось принять католичество. Три года оставался Генрих Бурбон в плену при королевском дворе.

При первой же возможности он бежал на юг страны, снова принял протестантизм и возглавил гугенотов. Началась гражданская война. В это время (в 1589 году) от руки монаха Ж. Клемана — приверженца Гизов — погиб последний король из династии Валуа Генрих III. Наследником французского престола мог стать Генрих Бурбон. Поднявшиеся народные волнения, для подавления которых требовалась сильная центральная власть, вынудили борющиеся между собой группировки дворянства и буржуазии пойти на компромисс, и это сделало возможным вступление Генриха IV на престол. В 1593 году Генрих IV принял католичество, это помогло ему в 1594 году вступить в Париж.

Когда Генрих принимал католичество, он сказал ставшие впоследствии крылатыми слова. «Париж стоит мессы».

Так Генрих IV Бурбон стал французским королем и основателем новой, последней в истории Франции королевской династии Бурбонов.

В 1598 году Генрих IV издал Нантский эдикт, признававший католицизм государственной религией, но предоставивший гугенотам политические права наравне с католиками и свободу вероисповедания. Его правление — это период укрепления французского абсолютизма, продолженного его преемниками — Людовиком XIII и особенно Людовиком XIV. Генрих IV ни разу не созывал Генеральные штаты.

Жестокое подавление крестьянских восстаний он сочетал с более гибкими мерами, имевшими целью восстановить разоренное войной хозяйство крестьянина. Он отменил феодальное право охоты, запретил отнимать у крестьянина за долги орудия труда и скот, провел некоторое снижение прямого налога (тальи).

Генрих IV Бурбон имел несомненные заслуги перед Францией. Он был осторожным и ловким политиком, боролся за государственную целостность и независимость, изгнал иноземцев, добился мира в стране, способствовал развитию ремесел, торговли. В интересах развития мануфактур он запретил ввоз ряда товаров и вывоз сырья — шелка и шерсти. При Генрихе IV была окончательно оформлена система продажи должностей (в 1604 году был введен особый налог «полетта» — плата за право передачи должностей по наследству). Король утвердил абсолютизм, который в XVI веке, во времена кровопролитных войн, был спасением для страны.

Во внешней политике Генрих придерживался антигабсбургской ориентации, но не успел начать задуманную им войну с Габсбургами.

После развода со своей первой женой Маргаритой Генрих IV женился на Марии Медичи, происходившей из рода тех же Медичи, что и первая теща короля — Екатерина. Маргарита стала знаменита благодаря роману Александра Дюма «Королева Марго». Она прославилась своими любовными похождениями. После себя она оставила многочисленные письма и воспоминания.

Мария Медичи родила Генриху сына — будущего короля Людовика XIII. В 1610 году Генрих IV был заколот кинжалом на парижской улице фанатиком-католиком Равальяком. По мнению многих историков, именно Мария Медичи организовала заговор против своего мужа, и его убили по ее приказанию.

После смерти Генриха IV правительницей Франции стала Мария Медичи. Главой королевского совета и личным советником Марии Медичи был молодой епископ по имени Арман Жан дю Плесси Ришельє. Вначале молодой король Людовик XIII, стремившийся к самостоятельному правлению, с помощью верных придворных отстранил королеву-мать и ее преданного помощника от руководства страной. Но спустя некоторое время, благодаря своим умелым действиям, Ришельє смог полностью подчинить Людовика XIII своему влиянию и получил должность первого министра и сан кардинала.

Оставшаяся не у дел Мария Медичи попыталась поссорить сына с кардиналом, восстановить против него жену короля Анну Австрийскую, но безуспешно. Тогда Мария Медичи бежала в Брюссель, собрала армию и открыто выступила против правительственных войск. Ришельє и на этот раз одержал победу. Мятежников разгромили, а командующий войсками Марии Медичи герцог Монморанси попал в плен и был казнен.

Пользуясь влиянием на Людовика XIII, кардинал Ришельє стал фактически правителем Франции. Почти двадцать лет он умело руководил страной и постепенно сделал ее одним из сильнейших государств Европы.

Он укрепил королевскую власть, подавил всех своих политических противников при дворе и окончательно разгромил французских гугенотов, взяв штурмом их последний оплот — крепость Ла-Рошель.

Преемником Ришельє после его смерти стал Джулио Мазарини. Он родился в семье мелкого дворянина на острове Сицилия, изучал философию, богословие, право и имел степень доктора. Поступив в войска папы римского, Мазарини дослужился до звания капитана, а это в те времена был высокий чин. Чтобы получить должность папского посланника в Париже, он принял духовный сан. Ришельє, оценив ум и ловкость молодого итальянца, пригласил его к себе на службу и помог ему получить звание кардинала. Когда в 1643 году Ришельє умер, Мазарини стал первым министром Франции. А после смерти Людовика XIII Мазарини вступил в тайный брак с его вдовой, королевой Анной Австрийской.

В 1648 году против правления министра-иностранца вспыхнуло восстание, получившее название Фронды.[23] Несколько раз жители Парижа брались за оружие и строили баррикады. Мазарини вместе с королевой дважды был вынужден скрываться за пределами Франции. Но в конце концов хитроумный и искусный политик, Мазарини одержал верх над своими врагами, перессорил их и опять вернулся в Париж.

Мазарини продолжал политику Ришелье. При нем Франция диктовала свою волю недавним соперникам — Англии, Германии и Испании. Но первый министр не забывал и себя. Он был богаче многих монархов. Его личное состояние превышало сто миллионов ливров. Когда Мазарини уже лежал на смертном одре, молодой король Людовик XIV спросил его, кого назначить первым министром. Остроумный итальянец посоветовал ему править вообще без первого министра, королевская казна от этого получит самый большой доход.

Эпоха Ришельє и Мазарини описана в знаменитых романах Александра Дюма «Три мушкетера» и «Двадцать лет спустя». Правление Людовика XIV было апогеем французского абсолютизма.

Легенда приписывает ему изречение «Государство — это я». Многочисленные войны, в том числе за испанское наследство, большие расходы королевского двора, высокие налоги постоянно вызывали многочисленные народные восстания.

В 1700 году Людовик XIV возвел на испанский престол своего внука Филиппа V. Он стал родоначальником испанской династии Бурбонов, занимавшей престол до 1931 года, когда в результате революции в Испании была провозглашена республика. Младшие сыновья Филиппа V, получившие во владение Неаполитанское королевство (в 1735 году) и герцогство Парму (в 1748 году), положили начало неаполитанской и пармской линиям Бурбонов, которые лишились престола в результате присоединения Пармы и Неаполя (1859–1860) к итальянскому королевству в процессе воссоединения Италии.

Неудачи завоевательной политики при последних представителях династии Бурбонов с усилением внутренней реакции привели к углублению экономического и политического кризиса во Франции. Французская буржуазная революция конца XVIII века свергла Бурбонов. Следующий представитель династии Людовик XVI был низложен с престола и в 1793 году казнен.

Реставрация 1814–1830 годов воскресила династию Бурбонов в лице Людовика XVIII и Карла X, но ненадолго. После июльской революции 1830 года французский престол занимал представитель младшей, Орлеанской, линии Бурбонов, свергнутой в результате февральской революции 1848 года.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

info.wikireading.ru

Бурбоны — Традиция

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»

Бурбо́ны (Bourbon) — старый французский род, который, благодаря своему родству с королевским домом Капетингов, занимал долгое время французский и другие престолы. Название свое ведет от замка Бурбон в прежней провинции Бурбоннэ.

Первый сеньор этого рода, упоминаемый в истории, был Адемар, основавший 921 году приорство Сувиньи, в Бурбоннэ. Его четвертый преемник, Аршамбо I, изменил название родового замка, присвокупив к нему свое имя, вследствие чего получилось Bourbon l’Archambault. При его наследниках владения Бурбоннэ значительно увеличились так что уже Аршамбо VII мог получить руку Агнесы Савойской, что сделало его шурином Людовика Толстого.

Его сын Аршамбо VIII имел лишь одну дочь Маго, и владения его, поэтому, перешли после долгого спора в 1197 году к Гюи де Дампиeppy, ее второму мужу. Сын их, Аршамбо IX, был настолько могуществен, что графиня Бланка Шампанская сделала его пожизненным протектором своего графства, а король Филипп Август возвел его в коннетабли Оверни. — Аршамбо Х оставил двух дочерей, Маго и Агнесу, которые обе вышли замуж за членов Бургундского дома. Только вторая из них оставила наследницу в лице Беатрисы, вышедшей в 1272 году замуж за Роберта, шестого сына Людовика Святого, короля французского. Соединившись таким образом узами родства с королевским домом Капетингов, Бурбоны, как побочная ветвь этого рода, приобрели, после смерти последнего мужского потомка другой ветви, Валуа, законные права на французский престол.

Сын Беатрисы и Роберта, Людовик I Хромой, наследовал от отца графство Клермон. Карл Красивый в 1327 году сделал его герцогом. Старший сын его, Петр I, второй герцог Бурбон, был убит в битве при Пуатье, где он собственным телом прикрыл и этим спас короля Иоанна. Его сын и наследник, Людовик II, называемый Добрым, должен был в качестве заложника последовать вместе с пленным королем в Англию и вернулся во Францию только после мира, заключенного в Бретиньи в 1360 году.

После смерти Карла V (1380) Людовик, вместе с 3 другими королевскими принцами, избран был в опекуны юного Карла VI. В 1391 году он предпринял на 80 судах морскую экспедицию против разбойничьих государств на североафриканском берегу, Иоанн I, четвертый герцог Бурбонский, отличавшийся рыцарски изысканным обращением, в битве при Азенкуре был взят в плен и увезен в Англию, где и умер.

Карл I, герцог Бурбонский, принимал деятельное участие в заключении Аррасского мира, затем несколько раз восставал против Карла VII.

Иоанн II, герцог Бурбонский, по прозванию Добрый, сражавшийся с англичанами в 1450 году при Форминьи и в 1453 году при Кастильоне, умер бездетным; ему наследовал брат Карл II, кардинал и архиепископ лионский, который умер спустя год, после чего все имущества и владения главной ветви Бурбонов перешли к боковой линии Бурбон-Бож" (B.- Beaujeu), а именно к Петру, графу Бож".

Последний, любимец и личный друг Людовика XI, женился на его дочери Анне, и был во время малолетства Карла VIII одним из регентов Франции. Он был восьмым герцогом Бурбонов, хотя более известен под именем sire de Beaujeu. Права его дочери Сюзанны на наследство стали однако оспариваться Шарлем Бурбоном, знаменитым коннетаблем. Желая помирить обе стороны, Людовик XII соединил их браком, после чего Шарль сделался девятым герцогом Бурбонским. За то, что он вступил в союз с императором Карлом V против Франции, самостоятельность герцогства Бурбонского была в 1523 году уничтожена, и оно было включено в состав государства.

Из различных боковых линий этого же рода, после изгнания коннетабля, особое значение приобрела линия Вандом (Vendome). Она ведет начало от Якова Бурбонского, графа де ла Марш, второго сына Людовика Хромого, и при посредстве брака Антона Бурбонского, герцога Вандом, с Жанной д’Альбрэ достигла сперва наваррского престола, а затем, после смерти последнего представителя дома Валуа, заняла французский престол, в лице Генриха IV, и наконец чрез брак и счастливые войны — престол испанский и неаполитанский.

Из других боковых линий можно назвать еще Монпансье, Конде, Конти и Суассон. Только отдельные члены этих линий носили фамилию Бурбонов.

Династия Бурбонов на французском престоле начинается с Генриха IV сына Антона, герцога Вандом и короля наваррского, который после умерщвления в 1589 году Генриха III, последнего Капетинга из дома Валуа, сделался согласно Салийскому закону о престолонаследии прямым наследником французского престола. От своей второй жены, Марии Медичи, Генрих IV имел пятерых детей в том числе Людовика XIII наследовавшего ему в 1610 году Гастона, герцога Орлеанского, умершего без мужского потомства.

Из числа трех дочерей Генриха — Генриетта Мария вышла замуж за Карла I Английского. Людовик XIII, женатый на Анне Австрийской, дочери Филиппа III Испанского, оставил двух сыновей: Людовика XIV, и Филиппа, который получил титул герцога Орлеанского и сделался родоначальником младшей Бурбонской династии.

Сын Людовика XIV от брака с Марией-Терезией Австрийской, дочерью Филиппа IV, дофин Луи, по прозванию Monsieur, умер уже в 1711 году, оставив от брака с Марией-Анной Баварской трех сыновей: Людовика, герцога Бургундского; Филиппа, герцога Анжуйского, впосдедствии (с 1700) короля Испании, и Шарля, герцога Беррийского.

Герцог Людовик Бургундский умер уже в 1712 году, жена его, Мария Аделаида Савойская, родила трех сыновей, из которых двое умерли в раннем детстве, а оставшийся в живых сделался в 1715 году наследником Людовика XIV, под именем Людовика XV . Последний имел от Марии Лещинской, дочери низложенного польского короля Станислава, сына дофина Луи, женившегося на Марии-Жозефине Саксонской и умершего в 1765 году, оставив трех сыновей: Людовика XVI наследовавшего в 1774 году своему деду, Людовику XV, Луи-Станислава-Ксавье, графа Прованского, который в 1814 году занял французский престол под именем Людовика XVIII, Шарля-Филиппа, графа Артуа, наследовавшего только что названному брату под именем Карла Х.

От жены Людовика XVI, Марии Антуанетты Австрийской, родились дофин Луи, умерший в 1789 году, Луи, называемый Людовиком XVII и умерший в 1795 году и Мария — Терезия-Шарлотта, называемая Madame royale, впоследствии герцогиня Ангулемская умершая в 1851 году.

Людовик XVIII не имел детей.

Карл Х оставил двух сыновей Луи-Антуана, герцога Ангулемского считавшегося дофином до революции 1830 года и умершего без потомства в 1844 году и Шарля Фердинанда, герцога Беррийского убитого 1820 году. От последнего осталось двое детей Мария-Луиза-Терезия, называемая Mademoiselle d’Artois, вышедшая замуж за герцога Пармского и умершая в 1864 году, Анри-Шарль-Фердинанд-Мария Диедоннэ, герцог Бордосский, впоследствии граф Шамбор сделавшийся представителем старшей ветви Бурбонов. Приверженцы называли его Генрихом V, с тех пор как дядя ему уступил свои права на престол. Со смертью его в 1883 году угасла старшая линия Бурбонов.

Орлеанская линия[править]

Орлеанская линия, вступившая на французский престол в 1830 году и низложенная в 1848 году, ведет свое начало от второго сына Людовика XIII и брата Людовика XIV, герцога Филиппа I Орлеанского умершего в 1701 году.

Он оставил от второго брака с Елизаветой-Шарлоттой Пфальцской, Филиппа II герцога Орлеанского, регента Франции во время несовершеннолетия Людовика XV. Сын последнего Луи-Филипп, герцог Орлеанский, ќ 1752 году, оставил сына, тоже Луи Филиппа, герцога Орлеанского, умершего в 1785 г. Его сын Луи-Жозеф-Филипп, герцог Орлеанский прозванный Эгалите, погиб в 1793 году на эшафоте. Старший сын его Людовик-Филипп носивший при жизни отца титул герцога Шартрского, а затем — герцога Орлеанского, с 1830 по 1848 года был королем Франции и умер 1850 году.

Испанская линия[править]

Людовик XIV посадил в 1700 году своего внука Филиппа, герцога Анжуйского, на испанский престол, и тот под именем Филиппа V положил начало испанской Бурбонской династии. Ему наследовал сын его Фердинанд, умерший бездетным. Потом царствовали Карл III, брат Фердинанда, и Карл IV, сын Карла III, низвергнутый Наполеоном. Старший сын Карла IV, после падения империи, вступил на испанский престол под именем Фердинанда VII; а второй сын, дон Карлос, долгое время был претендентом на испанскую корону.

После смерти Фердинанда VII остались две дочери Луиза-Мария-Фердинанда, супруга герцога Антона Монпансье и Изабелла-Мария-Луиза, которая, вступив на испанский престол под именем Изабеллы II, принуждена была в 1868 году от него отказаться и сын ее, Альфонс, занял вновь престол в 1875 году, под именем Альфонса XII; а после его смерти, последовавшей в 1885 году, наследовал ныне царствующий 5 летний сын его Альфонс XIII.

Неаполитанская линия[править]

Вследствие войны за Испанское наследство, королевство Обеих Сицилий перешло от Филиппа V испанского к императору Карлу VI Габсбургу. После Венского мира младший сын Филиппа V, дон Карлос, в 1735 году стал королем Обеих Сицилий под именем Карла III. Когда последний должен был наследовать брату своему Фердинанду VI на испанском престоле, он предоставил корону Неаполя и Сицилии своему третьему сыну, названному Фердинандом IV, с условием, что эта корона не должна впредь соединиться с короной Испании. В 1806 году Фердинанд IV должен был бежать из Неаполя, но после падения Наполеона опять сделался королем Обеих Сицилий под именем Фердинанда и. Ему наследовал сын Франциск I, оставивший престол своему сыну Фердинанду II которому наследовал сын его под именем Франциска II. Франциск II в 1860 году лишился престола, и владения его перешли к новому Итальянскому королевству.

Герцогства Парма и Пиаченца были отданы Австрией по Аахенскому миру 1748 году младшему сыну Филиппа V, дон Филиппу, с тем однако условием, что, в случае неимения мужского потомства, или если таковое заиметь престол обеих Сицилий или испанский, оба герцогства переходят обратно к Австрии. Филиппу наследовал в 1765 году сын его Фердинанд и. Сын последнего, Людовик, получил в 1802 году Тоскану с титулом короля Этрурии; ему наследовал сын его Карл-Людвиг-Фердинанд, вскоре, однако, вынужденный отказаться от престола (Этрурия перешла к Франции).

По Венскому конгрессу Парма и Пиаченца перешли к супруге Наполеона Марии-Луизе, а пармской Бурбонской линии было дано взамен герцогство Лукка. Поеле смерти Марии-Луизы (1847 г.) Парма и Пиаченца перешли вновь к линии Бурбонов, которая, со своей стороны, еще раньше возвратила герцогство Лукку Тоскане. Представителем ее в это время был Карл III, умерщвленный в 1854 г. От его брака с дочерью герцога Беррийского осталось 4-ро детей, из которых старший, Роберт-Карл-Людовик-Мария, наследовал отцу, причем управление государством перешло к матери-регентше. Волнения 1859 года заставили его сложить корону.

Короли из этой династии[править]

Генрих IV (1553-1610), французский король с 1589 (фактически с 1594), первый из династии Бурбонов.

Карл III (1716-1788) - король Неаполитанский в 1734—1759 гг. Король Испании в 1759—1788 гг.

Карл IV (1748-1819) Король Испании

Карл Х (1757-1836) - король Франции

Людовик XIII (1601-1643) - король Франции из династии Бурбонов, правивший в 1610—1643 гг.

Людовик XIV (1638-1715) - король Франции из династии Бурбонов, правивший в 1643—1715 гг.

Людовик XV (1710-1774) - король Франции из династии Бурбонов, правивший в 1715—1774 гг.

Людовик XVI (1754 - 1793) -король Франции из династии Бурбонов

Людовик XVIII - король Франции из династии Бурбонов

Людовик - король Испании из династии Бурбонов, правивший в январе-августе 1724 года.

traditio.wiki

Курсовая История Бурбоны во Франции

Московская гуманитарно-социальная академия факультет Международные Отношения кафедра истории Курсовая работа по теме: «Бурбоны во Франции» Выполнила: студентка 2-го курса группы МО-202 Алчинова Мария Александровна Научный руководитель: Егошина В.Н. Москва 2001 Содержание Введение............................3 Раздел 1. Бурбоны – старейшая королевская династия Европы... 1.1.Родослоная Бурбонов....................4 1.2.Бурбоны - короли Франции................5 Раздел 2. Генрих IV и Людовик XV как выдающиеся представители династии......................... 2.1.Генрих IV – гугенот.................... 2.2.Людовик XV как реформатор................ Заключение..........................40 Список литературы.........................41 Приложение.......................... Введение Курсовая работа посвящена правящей династии Бурбонов во Франции, которые царствовали с XVI-XIX вв. Эта династия представляет большой интерес для истории тем, что самые известные монархи Франции, такие, как Генрих IV, Людовик XIV, XV были выдающимися личностями. В первой главе представлена родословная, а также краткие сведения о правивших монархах данной династии. Во второй главе рассмотрена личность Генриха IV как первого представителя данной династии. Здесь описывается его приход к власти, Генрих как политический деятель, Франция периода его правления. Раскрывается вопрос, каким путем гугеноту удалось стать королем Франции, который боролся с протестантизмом и абсолютно не принимал инакомыслящих. Цель курсовой работы – проследить судьбу династии Бурбонов во Франции: приход к власти, апогей и крах. Для написания курсовой использованы работы: 1. А.Дюма «Сесиль», «Амори», т.46. М.,2000; 2. С.Ф. Блуменау «Людовик XV»; 3. С.Л. Плешкова «Герих IV Французский»; 4. А.В. Ревякин «Французские династии: Бурбоны, Орлеаны, Бонапарты»; 5. А.К.Рыжов «Все монархи мира»; 6. Французские короли и императоры. Под ред. Хартманна, Ростов-на Дону, 1997. 1. Бурбоны – старейшая королевская династия Европы Бурбоны (Bourbon) – (младшая ветвь Капетингов) старый французский род, который, благодаря своему родству с королевским домом Капетингов, занимал долгое время французский и другие престолы. Название свое ведет от замка в прежней провинции Бурбоннэ. 1.1.Родословная Бурбонов Первый сеньор этого рода, упоминаемый в истории, был Адемар. Его четвертый преемник, Аршамбо I, изменил название родового замка, присвокупив к нему свое имя, вследствие чего получилось Bourbon l'Archambault. Соединившись узами родства с королевским домом Капетингов, Бурбоны, как побочная ветвь этого рода, приобрели, после смерти последнего мужского потомка другой ветви, Валуа, законные права на французский престол. Особое значение приобрела линия Вандом (Vendome). При посредстве брака Антона Бурбона, герцога Вандом, с Жанной д'Альбрэ достигла сперва наваррского престола, а затем, после смерти последнего представителя дома Валуа, заняла французский престол, в лице Генриха IV и, наконец, через брак и счастливые войны - престол испанский и неаполитанский. Из других боковых линий можно назвать еще Монпансье, Конде, Конти и Суассон. Династия Бурбонов на французском престоле начинается с Генриха IV, сына Антона, герцога Вандом и короля наваррского, который после умерщвления в 1589 г. Генриха III, последнего Капетинга из дома Валуа, сделался согласно Салийскому закону о престолонаследии прямым наследником французского престола. От своей второй жены, Марии Медичи, Генрих IV имел пятерых детей, в том числе Людовика XIII. Людовик XIII, женатый на Анне Австрийской, дочери Филиппа III Испанского, оставил двух сыновей: Людовика XIV, и Филиппа, который получил титул герцога Орлеанского и сделался родоначальником младшей Бурбонской династии. Сын Людовика XIV от брака с Марией-Терезией Австрийской, дочерью Филиппа IV, дофин Луи, умер уже в 1711 году, оставив от брака с Марией-Анной Баварской трех сыновей. оставшийся в живых внук сделался в 1715 г. наследником Людовика XIV, под именем Людовика XV. Последний имел от Марии Лещинской, сына дофина Луи, который оставил наследника Людовика XVI и Луи-Станислава-Ксавье, графа Прованского, который в 1814 году занял французский престол под именем Людовика XVIII Шарля Филиппа, графа Артуа, наследовавшего только что названному брату под именем Карла Х. Людовик XVIII не имел детей, Карл же Х оставил двух сыновей. Со смертью Генриха V в 1883 году угасла старшая линия Бурбонов. Орлеанская линия, вступившая на французский престол в 1830 г. и низложенная в 1848 г., ведет свое начало от второго сына Людовика XIII и брата Людовика XIV, герцога Филиппа I Орлеанского умершего в 1701 г. 1.2.Бурбоны – короли Франции Во время правления первого Бурбона Генриха IV (1589-1610) большим потрясением для монархии и единства страны стали начавшиеся в 1562 г. религиозные вой­ны — католической партии противостояли кальвинис­ты, очень сильные и влиятельные, несмотря на то, что гугеноты тогда составляли менее 10% всего насе­ления. Лишь перешедшему в католичество бывшему протестантскому вождю, ставшему позже королем, удалось восстановить религиозный мир и един­ство королевства. Нантским эдиктом от 1598 г. он предоставил протестантам религиозную свободу, га­рантированные позиции, безопасность нрава, которых тогда не имело в Европе ни одно конфессиональ­ное меньшинство. Гибкий, обладавший незаурядным умом, первый Бурбон Генрих IV смог укрепить цен­тральную власть. С 1624 г. первые кардиналы Ришелье и Мазарини при Людовике XIII (1610-1643) и Людовике XIV (1643-1715) целеустремленно развивали его достижения и строили дальше абсолютную монархию. Примеру «ко­роля-солнце», Людовика XIV подражала вся Европа; нравы его дво­ра, этикет, даже сам французский язык пользовались неслыханной популярностью; его роскошный дворец в Версале стал недостижимым образцом для бесчис­ленных князьков. Он держал в своих руках нити всех политических интриг страны, Версальский двор со строго отрегулированным этикетом стал центром, от­куда исходили все решения, на всю страну струились лучи великолепия и роскоши. Даже в эпоху самого Людовика XIV абсолютизм был изрядно огра­ничен действующим основным законом, привилегия­ми, особенно в провинциях и на местах, и многими другими факторами. Во внутренней политике Людо­вик пытался в соответствии с принципом «один ко­роль — одна религия» добиться религиозного единст­ва подданных — конфликтуя с папой и янсенистами, преследуя гугенотов. Во внешней политике его стрем­ление к гегемонии во время войны за Испанское на­следство (1701—1714) натолкнулось на сопротивле­ние всей Европы. Войны, в которых он искал военной славы, привели Францию к серьезным экономичес­ким затруднениям. Чтобы быть абсолютным монархом, Людовик XIV с неподражаемым искусством играл тяжелую роль «вездесущего» короля. Эта роль была под силу лишь человеку со столь крепким здоровьем, сильной само­дисциплиной, мощной волей и неслыханной работос­пособностью, какими обладал «король-солнце». При Людовике XV (1715 - 1774) первому министру Флери (1726—1743) с помощью политики мира, организаци­онной работы и стабилизации валюты удалось вновь консолидировать страну: монархия достигла наибольшего расцвета, олицетворяя величие, могущество и стабильность государства.. Однако, в ходе неудачных войн (война за Австрийское наследство 1740—1748 гг. и Семилетняя война 1756—1763 гг.) с Англией она опять потеряла значительные территории в Европе и за морем. К тому же непомерно вырос ее долг. Но в последней четверти XVIII в. приближение капиталистической эпохи ознаменовалось обострением всех общественных противоречий, внешним прояв­лением которых явился затяжной финансовый кризис государства. Людовик XVI, вступивший на престол в 1774 г., пытался поправить положение. Но непосле­довательные реформы, проводившиеся им "сверху", не дали ожидаемых резуль­татов. И тогда он был вынужден уступить общественному мнению, требовав­шему проведения глубоких реформ и добивавшемуся участия в управлении го­сударством представителей "нации". Людовик XVI решил созвать Генеральные штаты, открытие которых в мае 1789 г. послужило детонатором глубокой, все­охватывающей и кровопролитной революции. Период Великой французской рево­люции нередко сравнивают с лабораторией, в которой опробовались различные формы устройства государственной власти: конституционная монархия, демокра­тическая республика, революционная диктатура и т.д. Причем все режимы, ос­нованные на демократических и республиканских принципах, быстро саморазру­шались, обнаруживая свою неэффективность. К началу XIX в. страна скатилась к военной диктатуре, вскоре укрывшейся за пышным фасадом империи. Принцип монархии - наследственная единоличная власть - возобладал, однако он был вы­ражен в форме отрицания легитимной монархии. То обстоятельство, что Людовик XVI умер не своей смертью, окруженный скорбящими родственниками, а был казнен по приговору революционного три­бунала, наложило отпечаток трагизма на всю его судьбу и обусловило поляр­ность мнений о нем. Для одних, склонных видеть в Людовике XVI невинно убиенного мученика, он был добрым королем, страстно увлекавшимся охотой и всякими ручными поделками, особенно слесарными, но вместе с тем обладавшим и обширными научными познаниями, главным образом в области географии. Для других, считавших его казнь заслуженной карой, Людовик XVI был прежде всего тираном, вставшим на пути прогрессивных преобразований, а потому и сброшен­ным с трона. Постепенно к власти пришел Наполеон Бонапарт, представитель новой династии, вошедший в историю как Наполеон I. Династия Бурбонов на время сошла с политической арены. Но в 1815 году, когда император признал свое поражение, Бурбоны снова сели на трон. Сразу после смерти Людовика XVI в 1793 году его брат, граф Прованский, находившийся в Вестфалии, провозгласил Луи-Шарля королем Людовиком XVII, а себя объявил регентом при племяннике. Новому королю присягала эмиграция, его признали европейские дворы. Но сам маленький монарх именно в это время начинает болеть, на организме ребенка начинают сказываться испытания последних лет. 8 июня 1795 года он умер в парижской тюрьме Тампль в десятилетнем возрасте. 24 июня 1795 г., когда известие о смерти племянника достигло графа Про­ванского, последний был объявлен королем Людовиком XVIII. Он больше под­ходил на роль политического лидера, чем Людовик XVI. С самого начала рево­люции граф Прованский требовал от своего старшего брата решительного отпора противникам монархии. В 1790 г. он даже пытался отстранить короля от власти, чтобы самому управлять страной в качестве наместника королевства. В 1791 г. он одновременно с Людовиком XVI ударился в бега, но оказался удач­ливее брата, благополучно добравшись до Брюсселя. Во главе контрреволю­ционной эмиграции граф Прованский в 1792 г. воевал против Франции на стороне интервентов, а в 1793 г. помчался в Тулон, занятый в то время англичанами, но опоздал - крепость сдалась в руки республиканцев. Возможно, лишь ухудшение здоровья удерживало его в дальнейшем от ратных подвигов. Все невзгоды разом отодвинулись в прошлое после отречения Наполеона Бонапарта 5 апреля 1814 г. Около трех часов ночи в замок Хартвел прискакал гонец с долгожданным известием: "Сир, отныне Вы король!" - "Разве я и раньше не был королем?" - с этими словами Людовик XVIII отправился спать. Это был ответ человека, непоколебимо уверенного в своих династических правах на ко­рону. Но Людовик XVIII вполне отдавал себе отчет, как непросто ему будет править в стране, где за четверть столетия его отсутствия выросло поколение людей, не знавших Бурбонов и не испытывавших к ним никаких добрых чувств, кроме, может быть, любопытства. Поражение монархии в 1789-1792 гг. послу­жило для него серьезным уроком. Единственный из Бурбонов он твердо придерживался мнения: или монархия будет дополнена конституцией, или ее уже не будет никогда. 24 апреля 1814 г. Людовик XVIII высадился с корабля в Кале, откуда от­правился в замок Сент-Уан. Здесь в ходе переговоров с делегацией Сената (од­ной из палат империи) и был заключен имевший большое значение для всей Европы компромисс между Капетингом и представителями новой Франции: ко­роль царствует в силу божественного права, но своим подданным он дарует Хартию (конституцию), ограничивающую его власть. Он оставлял за собой всю полноту исполнительной власти, а законодательную делил с двухпалатным пар­ламентом. Палата депутатов формировалась на основе цензового избирательно­го права, палата пэров назначалась королем. Это был важный политический прорыв к гражданскому миру и цивилизации. После долгих лет деспотизма Наполеона I Франция по своему государственному устройству приблизилась к уровню передовых государств того времени - Англии, США. Перед ней открылась возможность прекращения гражданских распрей и мирного эволюционного прогресса, обеспечивающего права и свободы граждан. И не беда, что начало царствования Людовика XVIII не было безоблачным - Сто дней Наполеона, волна белого террора, антиправительственные заговоры. После исторической эпохи внутренней и внешней войн, подавления свобод, насилия над личностью нельзя было ожидать от французов образцового правосознания. Да и сами правовые механизмы взаимоотношений граждан и государства еще только складывались. Людовик XVIII был бездетен и лишен надежды когда-либо иметь детей. Его брак с Луизой-Марией-Жозефиной Савойской, которая умерла в 1810 г., был чистой формальностью. В этих условиях наибольшими правами на корону обладал его младший брат граф д'Артуа. Но ко времени возвращения во Фран­цию оба они были уже не молоды - одному исполнилось 59, другому - 57 лет. Никакой уверенности в том, что Людовик XVIII успеет передать корону брату, не могло быть. Правда, у последнего было двое сыновей. В начале 20-х годов здоровье короля, резко ухудшилось. Его совсем перестали слушаться ноги, и отныне все время он про­водил в большом кресле-каталке, за что насмешники тут же окрестили его "королем-кресло". 16 сентября 1824 г. Людовик XVIII умер. Под именем Карла Х корону унаследовал граф д'Артуа (1757-1836). Не слишком усерд­ный в науках, легкомысленный и упрямый, склонный к мимолетным увлечениям, но и способный на серьезную привязанность, новый король во многих отноше­ниях был противоположностью своему более основательному и благоразумному предшественнику. Летом 1789 г. граф д'Артуа в спорах с Людовиком XVI на­стаивал на самых решительных мерах против своевольных депутатов третьего сословия. При этом он настолько скомпрометировал себя, что немедленно после падения Бастилии был вынужден податься за границу. Вокруг него и стала группироваться контрреволюционная эмиграция. Он был непременным организа­тором и участником всех основных ее военных акций против революционной Франции. Поражение монархической контрреволюции заставило его умерить пыл. Он поселился в Англии, где и жил до 1814 г. Граф д'Артуа был женат на Марии-Терезе Савойской, сестре жены Людови­ка XVIII, но своим вниманием ей не докучал. Исключительное место в его жизни принадлежало другой женщине - мадам де Поластрон, двоюродной сестре гер­цогини Полиньяк, фаворитки Марии-Антуанетты. Связь с ней определила судьбу будущего короля. Перед смертью в 1805 г. мадам де Поластрон взяла с него слово, что он прекратит разгульную жизнь, которую до сих пор вел, и обратится к Богу. С этого времени граф д'Артуа стал ревнителем нравственности и благо­честия, попав под влияние аббата Латиля, духовника своей бывшей любовницы. Граф д'Артуа активно участвовал в восстановлении монархии. В марте 1814 г. он вел переговоры с союзниками, а 12 апреля въехал в Париж и в тече­ние нескольких дней до прибытия Людовика XVIII управлял Францией в качест­ве наместника королевства. Одним из первых его шагов в области внутренней политики стала отмена цензуры печати. В следующие полтора-два года Карл Х предпринял такие меры, которые ущемляли коренные интересы или убеждения широких слоев населения, в частности и значительной части правящей элиты. Из армии уволили 250 наполеоновских генералов; закон о святотатстве карал смертной казнью за осквернение святых даров; закон о так называемом миллиарде для эмигрантов (т.е. возмещение ущерба тем, кто в годы революции бежал из страны) оскорблял патриотические чувства большинства французов, разделив­ших судьбу родины во время революции т.д. Часть консервативной партии под давлением общественного мнения перешла в оппозицию. Страна приближалась к политическому кризису. Фактически Карл Х отказался от политического наследия Людови­ка XVIII, который пытался соединить - и на первых порах небезуспешно -божественное право королей с конституционным правом нации. Карл Х пред­почитал видеть в Хартии лишь одну из традиционных "вольностей", даруемых королем своим подданным. Он избрал путь отказа от компромисса 1814 г., не представляя, что тем самым подрывает политическую основу монархии. Людовик XVIII за десять лет своего правления так и не выбрал времени для церковной коронации, хотя до него не было случая, чтобы король уклонился от таинства миропомазания, т.к. он опасался стать королем "в большей мере", чем того хотели французы. Иначе повел себя Карл X. Стремясь подчеркнуть богоданность своей власти, он короновался 29 мая 1825 г. в Реймском соборе. На выборах в палату депутатов 1827 и 1830 гг. либеральная оппозиция дважды подряд одержала убедительную победу. Политический кризис достиг величайшего накала. И тогда Карл Х своими действиями ускорил развязку. В августе 1829 г. он назначил правительство во главе с герцогом Жюлем де Полиньяком, перед которым была поставлена задача - восстановить королевский абсолютизм. Во исполнение его воли и появились ордонансы 25 июля 1830 г. об отмене свободы печати, роспуске палаты депутатов, повышении избирательного ценза и назначении новых выборов в палату. Карл X, подписал ордонансы. Протест журналистов и печатников, потерявших работу на основании ордо­нансов, получил массовую поддержку. Спустя два дня Париж полностью оказался во власти повстанцев. Лишь спустя 5 дней он наконец дал согласие на отставку правительства Полиньяка и отмену ордонансов. Но деятели либеральной оппозиции, верховодившие в Па­риже, попросту отмахнулись от него. Оставленный всеми, 2 августа Карл Х под­писал отречение от престола в пользу своего малолетнего внука. В конце периода Реставрации Франция была страной во всех отношениях более благополучной, чем в начале. Приметы общего подъема наблюдались в промышленности, сель­ском хозяйстве, технике, науке, не говоря уже о литературе и искусстве, для которых Реставрация была едва ли не золотым веком. Немалая заслуга в том принадлежала Бурбонам, которые обеспечили стране минимум условий для пло­дотворной созидательной деятельности - мир и относительно высокий уровень гражданских и политических свобод. Но Бурбоны не сумели до конца исполь­зовать тот шанс, который предоставила им история в 1814 г. Вместо того, чтобы уверенно повести страну по пути развития парламентаризма, укрепления консти­туционных прав и свобод граждан - пути, который единственно обещал выжи­вание монархии в новых исторических условиях, - они, особенно в правление Карла X, своими недальновидными действиями способствовали разгоранию граж­данских распрей. Карл X, подписав отречение в пользу внука, потребовал и от своего сына по­ступить так же. Можно представить себе чувства герцога Ангулемского, всю сознательную жизнь готовившегося принять корону и в решающий момент вы­нужденного от нее отказаться. Но те несколько минут, пока он не подписал от­речение, формально он считался королем. Он и вошел в историю династии под именем Людовика XIX, поставив печальный рекорд самого короткого царст­вования. Политика реставрации Карла X, правившего страной с 1824 г., в 1830 г. привела к революции и установле­нию Июльской монархии; королем стал Луи-Филипп, герцог Орлеанский (1773-1850). После революции 1848 г. и этому королю-буржуа пришлось отречься от престола. Когда 10 декабря 1848 г. подавляющим большинством голосов президентом республики был избран Луи-Наполеон Бонапарт — воодушевленный идеей во всем следовать своему знаменитому дяде, — конец республики был предрешен. Затем он был вначале про­возглашен главой государства, а потом проведенный им народный референдум 21 ноября 1852 г. в законном порядке признал его императором. 2. Генрих IV и Людовик XV как выдающиеся представители династии Бурбонов 2.1. Генрих IV – гугенот Генрих IV — первый представитель династии Бурбонов, последней правив­шей на французском престоле. После Карла Великого он стал первым французским королем, прозванным Великим. Французы связывали с его именем конец религиозных (гражданских) войн 1562—1594гг. и обретение права на свободу вероисповедания. Личность Генриха IV всегда привлекала внимание своей неординарнос­тью. На французском престоле впервые оказался бывший еретик. Преемник наихристианнейших королей, защитников католической церкви был кальвинистом и отрекся от протес­тантской веры в ходе последнего акта гражданских войн на марше перед воротами Парижа. Боль­шое любопытство вызывала частная жизнь короля: невольник женщин был известен бесчисленными победами. И даже насильственная смерть Ген­риха IV, потрясшая Францию, породила много разных слухов, дав импульс к появлению легенд о короле и его деяниях. На политической арене Фран­ции появился король, восхищавший и удивлявший современников своей нетрадиционностью во взглядах и действиях. Генрих IV родился 13 декабря 1553 г. в Беарне в фамильном замке По, принадлежащем его деду по материнской линии королю Наварры Генриху д'Альбре. Наследника нарекли в честь деда. Отец младенца — первый принц крови Антуан Бурбон, герцог Вандом, владелец герцогства Вандом, а также графств и бароний на севере Луары. Мать Генриха, давшая ему титул короля Наварры,— Жанна д'Альбре, дочь Маргариты Наваррской и Генриха д'Альбре. По материнской линии Генрих приходился внучатым племянником королю ФранцискуI (1515—1547). Начиная с 1560г., жизнь юного Бурбона, едва достигшего семилетнего возраста, изменилась. Причиной этого стали два обстоятельства, сыграв­шие существенную роль в судьбе Генриха. Первое было связано с новообращением Жанны д'Альбре. Королева Наварры приняла кальвинизм, пуб­лично объявив о своем выходе из католической церкви занялась насаждением протестантизма в Наварре. Малолетний Генрих был обращен матерью в новую веру. Обращение Генриха в протестантизм произошло в те годы, когда Фран­ция стремительно приближалась к гражданским войнам. С распространени­ем кальвинизма длительная социальная напряженность, сопутствовавшая абсолютизму, подогревалась конфессиональными разногласиями. Королева Екатерина Медичи сделала первого принца крови Антуана Бурбона генеральным наместником Франции. Новое положение обязывало принца крови находиться при дворе. Так, в 1561 г. семья Антуана Бурбона — его жена Жанна д'Альбре и двое детей Генрих и Екатерина — оказались в Париже. 8-летний наследник Бурбона удостоился чести сидеть за одним столом — между юным Карлом IX и его сестрой Маргаритой Валуа. С этого времени будущий король Франции был вынужден под­чиняться чужой воле в лице королевы-матери, став заложником ее полити­ки. Это было второе роковое событие в жизни Генриха. Личная драма юного Генриха разыгрывалась на фоне общей трагедии, которую переживала Франция, вступив в 1562 г. в гражданскую войну. В год начала гражданских войн Генрих становится первым принцем крови: смерть отца позволяет ему занять его место. Девятилетнего наслед­ника Антуана Бурбона удостаивают всеми почетными титулами. Беарнский принц назначается губернатором и адмиралом Гиени. В 13 лет он был признан наследником всех владений своей матери Жанны д'Альбре. Коро­лева Наварры возила его в Беарн на встречу с местными протестантами. Свое первое боевое крещение 15-летний Генрих Бурбон принял в Ла-рошели в 1568—1569гг., находясь рядом с главой протестантской партии принцем Конде и адмиралом Колиньи. Юноша обнаружил недюжинные военные способности в столкновении с армией католиков и по праву разделил победу с протестантами, захватившими крепости в провинциях Они, Сентонж и Керси. Проект бракосочетания Генриха с Маргаритой Валуа был привлекательным для обеих сторон. Жанна д'Альбре рассчиты­вала женитьбой сына укрепить свое положение не только в Наварре, но и во Франции. Екатерина Медичи видела в браке двух семей королевской крови разрешение конфессионального вопроса — мирное сосуществование двух религий и, кроме того, расширение владений французского дома за счет присоединения протестантского юга. Для Генриха брак сулил очевидные выгоды: он расширял перспективы получения большей власти. Свадьба состоялась 18 августа 1572 года. Мар­гарита Валуа и Генрих Наваррский 28 лет официально считались суп­ругами. События в ночь на 24 августа (на св. Варфоломея) были лишь одним из эпизодов гражданских войн. Именно здесь казнили адмирала Колиньи и истребили цвет провинциального протестантского дворянства, собравше­гося по случаю свадьбы. Более того, угроза нависла и над Генрихом Наваррским. И наваррец вынужден был отречься от протестантизма и вернуться в лоно католичества. Новоявленный король, власть которого не была освящена (протестанты исключали эту необходимость), стал укреплять армию, превращать города в крепости и готовиться к войне. Одновременно он провел частичную секуляризацию богатств католической церкви. В эти годы у него выработался свой принцип управления, которого он старался придерживаться и позже, став королем Франции,— укреплять связи с провинциями. Он верил, что сила власти в ее поддержке не столько в центре, сколько в провинциях. Залог доброго управления Генрих Наваррский видел в умело подобранных советниках. Молодой король отбирал членов своего ближайшего окружения, ориен­тируясь на профессионализм и вассальную преданность советников. И хотя он стремился опираться на протестантов, в его совете были и католики. Мирный период в жизни Генриха Наваррского был прерван в связи со смертью младшего Валуа герцога Алансонского, кончина ко­торого означала угасание правящей династии: царствующий 33-летний Генрих III не имел потомства. Единственным законным наследником пре­стола оставался принц крови Генрих Наваррский — представитель новой династии Бурбонов. В его лице официальный Париж видел союзника, могущего противостоять оппозиции абсолютной власти Генриха III Между тем, предвидя возможный союз Генриха Наваррского с Ген­рихом III, оппозиция в лице Католической лиги вместе с папой предприняли бешеную атаку на наваррца. В 1585 г. была обнародована булла папы Сикста V, в которой Генрих Наваррский объявлялся еретиком. Этот дерз­кий шаг имел своей целью лишить законного наследника французского престола права на корону. Оппозиция торжествовала победу, она выдвига­ла на королевский престол своего кандидата — старого Карла Бурбона, дядю Генриха Наваррского. Это был вызов, брошенный власти, проявление неприятия ее политики. Ситуация осложнялась и тем, что во внутриполитические дела Франции вмешались внешние силы. Испанский король Филипп II поддержи­вал католическую оппозицию и Карла Бурбона, рассчитывая в случае удачи на признание испанской инфанты Изабеллы первой претенденткой при выборе супруги французского короля. В это ответственное время армия Генриха Наваррского начала военные действия. 7 долгих лет, отражая сопротив­ление и терпя поражения, Генрих Наваррский боролся за престол и за независимую Францию. Все эти годы на его пути стояла католическая оппозиция, поддерживаемая церковью и папой. В смертельной схватке с оппозицией в 1589г. погиб последний представитель правящей династии король Генрих III. В августе 1589 г. на правах законного наследника французского престо­ла протестант Генрих Наваррский выступил с декларацией, в которой обещал поддержать во Франции римско-католическую религию в ее целост­ности, более того он уверял, что имеет большое желание просветить себя в католическом вероучении, для чего имеет намерение разрешить галликан­ской церкви созвать национальный собор. Декларация не предусматривала нарушения социального статуса ни католиков, ни протестантов, однако обещала вернуть католикам отнятое у них имущество. Дворянство же в общей массе было недовольно заявлением претендента на престол. Кроме того, к концу 1589 г. почти все крупные города выступали за Католическую лигу. На стороне Генриха Наваррского оставались южные и западные города, образовавшие центр верности. В противовес Испании и папе король Навар­ры мог рассчитывать на помощь английской королевы, немецких протес­тантских князей, Нидерландов и Венеции. Но союзники ставили свои ус­ловия. Положение складывалось непростое. Генрих готовился к осаде Па­рижа. Он решил отрезать его от источников снабжения и за­ставить голодных парижан сдаться. В январе 1593 г. в осажденном Париже собралась ассамблея сторон­ников Лиги. На этом собрании в нарушение традиции престолонаследия был поставлен вопрос о выборах короля. Между тем эта ситуация подтолк­нула Генриха Наваррского на решение об отречении от протестантской веры, которого давно от него ожидали. Еще пять лет назад об этом не могло быть и речи. «Дьявол меня опутывает,— писал Генрих Наваррский Диане д'Андуен. Если я не буду гугенотом, то буду турком. Меня хотят подчинить, мне не дают быть тем, кем я хочу»*. Но время изменило положение и поставило наследника престола перед выбором. Не считая возможным в данный момент лично явиться в Рим к Клементу VIII, он ограничился посланием. Папа не ответил дерзкому наваррцу. И наследник престола при поддержке галликанской церкви короновался без папского благословения. 27 февраля 1594г. вопреки традиции в Шартре, а не в Реймсе, состо­ялась торжественная коронация. Генрих дал клятву на Евангелии, обещая содействовать своим подданным жить в мире с Божьей церковью и изгнать с королевской земли всех еретиков. Спустя почти месяц после коронации, вечером 22 марта 1594 г. Ген­рих IV без боя вошел в Париж. Однако не все города безоговорочно приняли короля. Жители ряда городов как на севере, так и на юге Франции не безуспешно пытались выкупить свои городские свободы и право на отправление протестантского культа. Отречение и коронация Генриха Наваррского без санкции римского престола вызвали неоднозначную реак­цию как в самой Франции, так и в Риме. Генрих IV, объявив себя защитником католической церкви, вовсе не желал разрыва с Римом. Осенью 1595 г. в Риме папа Климент VIII согласился заочно принять отречение и, отпустив грехи, ввести французского короля в католическую церковь. Папа наконец назвал Генриха IV наихристианнейшим королем Франции и Наварры. Первый Бурбон на французском престоле не желал выступать ни как покровитель реформированной церкви, ни как наихристианнейший король. Государственные интересы ставились выше конфесси­ональных. *Lettres missives, vol. 5, P. 19 (Пер. с фр.) Забота о дворянстве составляла одно из главных направлений монар­шей политики. Он ввел налог на право наследования должности («полетта»), который благодаря практике продажи государственных долж­ностей сулил большие деньги. Это нововведение приводило к кон­солидации и независимости служилых мужей от короны. Генрих IV прибег к созданию нового института интендантов. На места направлялись пред­ставители короля — интенданты, которым доверялось претворение в жизнь королевских решений. С их помощью провинции крепче привязывались к центру. Постоянная смена этих людей преследовала цель не допускать злоупотреблений. Таким образом, путем разумных уступок, сочетавшимся с радикаль­ными мерами король укрепил свою власть. Особое место занимало раз­решение конфессионального вопроса. Его острота не ослабела даже после гражданских войн. Декларированное равенство в правах могло быть реализовано протестантами в крайне ограниченных пределах. Нантский эдикт юридически оформил права католи­ков и протестантов, и король выступил гарантом этих прав. Эдикт не лишал протестантов гражданских прав — на образование, на медицинскую помощь и на ритуальные услуги этих прав, но в католической Франции не было достаточного количества учебных заведений протестантской ори­ентации, а госпитали, как и кладбища находились под опекой католической церкви, ревностно оберегавшей свои привилегии. В то же время Генрих IV был вынужден пойти на уступку: сохранить за протестантами право на военные крепости в юго-западной Франции, фак­тически признав сохранение протестантской конфедерации, возникшей в 1575 году. Эта уступка стала ценой внутреннего мира и расплатой за военную помощь, оказанную протестантами Генриху IV в войне с Испанией в 1595—1598 годах. К тому времени, когда Генрих Наваррский был признан королем Франции и Наварры, ему было 42 года. Борьба за престол и заботы о будущем монархии превратили некогда цветущего рыцаря, гордившегося своим крепким здоровьем, в старика. Им была упорядоче­на придворная система. Двор стал не только символом, но и местом власти. Изменились придворные праздники. Знаменитые турниры заменили карусель, театрализованные представления: живые картины и балет. Помимо балета двор любил музыкальные вечера. В конце 1599 г. Генрих IV получил развод, взяв в супруги Марию Меди­чи, кузину Екате­рины Медичи. День рождения наследника пре­стола будущего Людовика XIII 27 сентября 1601г. стал национальным праздником, торжественность которому придавало то обстоятельство, что Франция не знала дофина со времен Генриха II. Последние Валуа были бездетными и умирали в молодом возрасте. По такому случаю стреляли из пушек во всех французских городах и чеканили медали с изображением дофина Людовика в образе Геркулеса, голыми руками расправляющегося со змеями. На жизнь Генриха IV неоднократно покушались, и умер он от руки монаха в 1610 г. Убийца вскочил на подножку кареты во время ее вынужденной остановки и через оконце ножом нанести королю три смертельных удара в грудь. Раскаявшийся еретик, введенный папой в лоно католической церкви, был убит. Свершился приговор, вынесенный Генриху IV не только римско-католической церко­вью и папистами, но и силами в самой Франции, не признававшими новаций, увидевшими в действиях короля наступление на традиционные права знати. Политика компромиссов стремление поставить государствен­ные интересы выше конфессиональных обернулись для Бурбона смертью. Его представляли защитником вдов и сирот, страдальцем и благодетелем, а также рыцарем Ренессанса. Его изображали рядом с Цезарем, Александром Македонским, Карлом Великим и даже с Геркулесом. Апология Генриха IV заняла видное место во французской правовой мысли. Фигура Генриха IV стала воплощением национального единства и государственного суверенитета. На волне защиты национальных интересов появилась целая серия трактатов о правах и суверенитете французского короля, авторы которых стремились доказать богоизбранность Франции, ее королей и богоугодность француз­ской системы государственного управления. Абсолютная монархия, над укреплением которой трудился Генрих IV, набирала силу. 2.2. Людовик XV как реформатор Эпоха правления Людовика XV и сама личность монарха породили в научной литературе разные характеристики. Но преобладают два несовместимых истолкования. Одни историки рисуют короля апатичным, вялым, ленивым властителем. По их мнению, этот пресыщенный развратник, промотавший огромные средства на прихоти своих метресс, совсем не занимался государственными делами. А если верить приписываемым Людовику высказываниям: «На мой век хватит», «После нас — хоть потоп»**, то окажется, что он еще и цинично оправдывал подобный образ жизни. Отместкой за такое поведение стали внешнеполити­ческие провалы, утрата Францией высокого престижа в мире, потеря коло­ниальной империи. Под пером части авторов король предстает человеком, совершенно неспособным реагировать на вызовы времени. У их читателей складывается мнение, что политический курс этого монарха предопределил крах старого порядка, а несчастный внук и преемник — Людовик XVI только поплатился за ошибки и грехи деда. **А. Дюма. «Сесиль». Собрание сочинений. Т 46, М., 2000 Другая же группа исследователей обращает внимание на полученное Людовиком XV хорошее образование, его любознательность и ум. Он вовсе не отличался цинизмом, а, напротив, испытывал душевные муки, когда присущая ему сильная религиозность наталкивалась на увлечение прекрас­ным полом. Констатируют привязанность монарха к родственникам, его чадолюбие. Историки с симпатией сообщают о нелюбви короля к пышным официальным церемониям, о стремлении поскорее оказаться в уютном мире близких друзей и семьи. Приятным выглядит в их изображении и политическое лицо Людовика XV. Предполагается, что, если рутиной занимались высшие сановники, то контроль за положением дел находился все же в руках венценосца. У него были ясные и твердые принципы, и он весьма последовательно реализовывал их в политической практике. Король вовсе не боялся реформ, а нововведения в судебной и административных сферах, осуществленные им в конце жизни, могли ослабить кризисные явления в обществе. В 1711 г., не дожив до 50 лет, умер дофин— дед будущего короля. В 1712 г. смерть от кори унесла родителей мальчика — нового престолонаследника герцога Бургундского и Марию-Аделаиду Савойскую, а также его старшего брата герцога Бретонского. Случившееся повергло в отчаяние главу дома — Людовика XIV, чей необычно долгий (72 г.) срок царствования подходил к концу. Будущее французских Бурбонов тонкой нитью надежды связывалось с уцелевшим правнуком короля. Реальная власть при короле-ребенке все же сосредоточилась в руках Филиппа Орлеанского, сделавшего­ся регентом. Людовик XV стал монархом в 1715 г. в возрасте пяти лет. В жизни сироты многое зависело от воспитателей. Женился юный монарх в возрасте 15 лет. Бракосочетание с Марией, дочерью польского короля, лишившегося трона, Станислава Лещинского, состоялось 5 сентября 1725 года. Поначалу семейная жизнь складывалась удачно. Король полюбил супругу. Быстро увеличивалось по­томство. С 1727 по 1737 гг. королева родила десять детей и среди них дофина — Луи Фердинанда. 16-летний монарх отстранил от власти и сослал герцога де Бурбона и даже объявил о начале личного правления. В действительности же он переложил бремя трудов по управлению страной на своего настав­ника. Не будучи формально первым министром, кардинал де Флёри фак­тически играл при Людовике XV ту же роль, что кардинал Ришелье при Людовике XIII. Он сохранял эти позиции с 1726 г. до самой смерти в 1743 г., немного не дотянув до 90-летия. Вскоре у короля появилась новая возлюб­ленная, которой удается намного превзойти прежнюю в своем влиянии на ход дел в королевстве. В отличие от нее, она происходила совсем не из дворянской среды. Но эта молодая особа, в девичестве Жанна Пуассон, как метеор ворвалась на вершину французской элиты и стала широко известна миру под именем маркизы Помпадур. Она получила прекрасное воспитание и блестящее образование, что впослед­ствии облегчило ей существование в высшем свете. Маркиза немало сделала для людей искусства, обеспечила талантам комфортные условия существования, стимулировала их творческие усилия. Но была и оборотная сторона медали: невероятные траты на свои прихоти. Один только Бельвю стоил 3 млн. ливров, а вообще на нужды фаворитки израсходовали 36 924 140 ливров. Обыватели не знали этих цифр, но роскошь била в глаза тем, кто не всегда имел и скудный достаток. Народ­ная ненависть постоянно сопровождала возлюбленную короля и прорыва­лась в многочисленных пуассонадах (по девичьей фамилии Помпадур — Пуассон) — стишках и эпиграммах. Слабые легкие свели ее в могилу 15 апреля 1764 г., в возрасте 42 лет. Людовик XV тяжело переживал смерть мадам де Помпадур. В течение нескольких лет после кончины маркизы у Людовика не было официальной метрессы. Вслед за ней в течение нескольких лет скончались и другие близкие королю люди — его сын и наследник престола Луи-Фердинанд, жена последнего — Мария Иозефа Саксонская, супруга самого монарха — Мария Лещинская. Это было жестоким ударом судьбы для человека, больше всего ценившего маленький уютный мирок семьи и друзей. Именно здесь он становился самим собой и вел себя естественно. Смерть близких подвигла короля к раскаянию. Особенно теплыми были отношения с дочерьми. Король любил общаться с ними, тяжело переживал разлуку, когда они воспитывались в монастыре. Но проявлял и известный отцовский эгоизм при решении их личных судеб. Выйти замуж за поддан­ного французской короны считалось для королевских дочерей ниже досто­инства. Принцессе Гэнриэтте не позволили брак даже с герцогом Шартским из орлеанской ветви правящей династии. В результате, кроме старшей — Марии Луизы Елизаветы, вышедшей замуж за испанского инфанта Филип­па, остальные сестры остались в одиночестве. Достигнув совершеннолетия, Людовик принимал постоянное учас­тие в еженедельных заседаниях Верховного совета, Совета депеш. Королев­ского финансового совета. Экономическими вопросами занимались Флёри и генеральный контролер финансов Орри и добились равновесия между расходами и доходами казны, неизменности золотого и серебряного содержания французских металлических денег и других позитивных результатов. Зато в сфере религии и, особенно, во внешней политике ощуща­лось и непосредственное влияние короля на ход событий. Традиционное и жесткое соперничество за преобладание в Европе сталкивало Бурбонов с могущественными Габсбургами. Хотя эта династия и пресеклась в Испании, другая ее ветвь владела обширной Австрийской державой и сохраняла за собой германский императорский титул. В борьбе с главным противником Франция опиралась на выстроенный ею «восточ­ный барьер» из дружественных стран: Османской империи, Польши, Шве­ции. Союзы крепились с помощью субсидий. Отношения с другим ведущим европейским государством — Англией казались более подверженными ме­нявшейся внешнеполитической конъюнктуре. Если Франция значительно сократила бюджетные ассигнования на флот, то Англия, наоборот, наращивала военно-морские силы. Людовик XV, придавая меньшее значение непосредственным завоеваниям, добивался укрепления союзнических связей Франции, роста ее влияния в Европе и мире, ослабления позиций главных противников. Различия в представлениях о внешней политике сказались на польских делах, когда в 1733 г. скончался король этой страны Август II Сильный. Людовик XV хотел посадить на освободившийся трон своего тестя, уже занимавшего его прежде. Флёри же не возражал против передачи польской короны сыну умершего саксонскому курфюрсту, чего добивалась уже при­выкшая влиять на соседнее ослабевшее государство Россия и союзная с ней Австрия. Но фактический глава правительства не собирался перечить мо­нарху и Франция пошла на огромные траты, приведшие к избранию Стани­слава Лещинского королем. В ответ российская императрица Анна Иванов­на направила в Польшу многотысячный воинский контингент, что стало решающим аргументом для избрания сеймом уже Августа III. Укрывшему­ся в Данциге Лещинскому оставалось ждать французского вмешательства. Франция послала помощь. Но кардинал, не без основания, полагал, что появление на Балтике большой французской эскадры вызовет негодова­ние англичан. В таких условиях Данциг капитулировал, а Лещинский бежал из Польши. Эти события были только частью «войны за польское наследство», в которой главными контрагентами выступали Австрия, с одной стороны Франция и Испания,— с другой. При этом империя Габсбургов терпела чувствительные неудачи. По Венскому миру 1738 г. Станислав Лещинский получил в компенсацию за Польшу Лотарингию, которая с его смертью должна была стать частью Франции. Младшая ветвь испанских Бурбонов овладела королевством обеих Сиилий. Людовик XV и впредь не оставлял идеи возвести на польский трон своего родственника, теперь уже кузена Конти. В этом направлении будет действовать тайная дипломатия короля. Заключенный Францией мир оказался недолгим. В 40-е годы страна вступила в новую войну, где ее главным противником опять явилась Австрия. Но свою роль сыграли давние и глубокие антиавстрийские на­строения населения — результат векового противостояния Бурбонов и Габ­сбургов. К войне подталкивала неопределенность, возникшая вокруг авст­рийского престола. Весной 1744 г. Людовик XV отправился в действую­щую армию, в Мец. Здесь он серьезно заболел и окружающие предположи­ли, что венценосец умрет. Но к радости миллионов французов король остался жив. Популярность государя достигла апогея, именно тогда его и прозвали «Возлюбленным». На бельгийском направлении француз­ским силам противостояла англо- ганноверская армия. К концу 1747г. Франции удалось захватить все Австрийские Нидерланды и боль­шую часть Голландии. Однако мирным договором, заключенным в октябре 1748 г. в Ахене эти победы были сведены на нет. Она должна была уступить Силезию Пруссии, некоторые итальянские земли Испании и Сардинскому королевству. Франция же вер­нула захваченные районы Бельгии и Голландии, не приобретя ничего. Важное значение приобретала позиция России. Логика международных отношений той поры должна была противопоставить ее Франции. Ведь государства «восточного барьера», построенного Францией — Польша, Швеция, Турция — часто находились в конфликте с Россией. В декабре 1756 г. Россия присоединилось к антипрусской коалиции, а Франция оказалась в двойственном положении, вынужденная совмещать свои поползновения в Польше с союзническими контактами с Россией. Самыми серьезными в ту пору были англо-французские противоречия в связи с колониальной экспансией обеих стран, а также в Европе. Но на заморских территориях на 10 английских поселенцев приходился только один француз. Другим козырем британцев являлся их флот, превосходив­ший французский по количеству кораблей, силе бортового огня и скорости стрельбы в 2—3 раза. Состояние военно-морских сил и ситуация с колони­ями беспокоили Людовика XV, рассчитывавшего, однако, что решающее значение для исхода конфликта будут иметь его сухопутные войска, в мощь которых он верил. Помня о болевых точках в отношениях между Англией и Францией в Германии и Южных Нидерландах, он также полагал, что в условиях разделения Европы на противоборствующие коалиции, франко-британское столкновение быстро перерастет в общеевропейскую войну, главной ареной которой станет Старый континент. Планы монарха не отличались ясностью, обнаруживали прежнее пристрастие к многоходовым комбинациям ради увеличения престижа страны в мире и содействия госу­дарствам, ведомым родственниками французского королевского дома. Перед Францией же возникла альтернатива: либо немедленные перего­воры и достижение мира, либо расширение и укрепление союзнических связей и попытки продолжить войну до победы. Заключили третий Версальский договор с Австрией, к которому позднее присоединилась Рос­сия. В 1759 г. англий­ские адмиралы разгромили обе французские эскадры. Франция потеряла Канаду и была разбита в Индии. Стремление опереться на союз с Испанией, с коей подписали «фамильный пакт», принесло не успехи, а новые пораже­ния, правда, благодаря смене британского кабинета и прихода во власть «королевских друзей» во главе с Бьютом условия мира, увенчавшего Семи­летнюю войну, были несколько смягчены, и Франция сохранила часть Антильских островов. Но, лишившись основных заморских территорий, она уже не могла конкурировать с Англией в колониальной экспансии. Непопулярность Людовика XV увеличилась по ходу развития событий, которые не будет преувеличением назвать политическим кризисом 50-х годов. В отличие от времен Флёри, король играл ведущую роль. При этом он опирался на министров, наиболее сильным из которых являлся генераль­ный контролер финансов Машо. Монарх и Машо ввели новый налог — двадцатину, принципы взимания которой были революционными: в равной мере подлежали обложению все сословия и все территории страны. Недо­вольных было много; особенно возмущалось духовенство, прежде вноси­вшее лишь добровольный дар королю. Из-за его неуступчивости, а также под давлением придворной партии «набожных», поддержанной королев­ской семьей, Людовик отступил. 23 декабря 1751 г. священнослужители освобождались от уплаты двадцатины. Духовенство оказалось и в центре главного конфликта того времени. Ужесточая позицию в отношении янсенистов, епископат потребовал от умиравших свидетельства об исповеди, подписанные кюре — сторонниками буллы «Унигенитус». В защиту несчастных, не имевших такой бумаги и умиравших без причастия и соборования, и сотен французов, коих та же участь ожидала в будущем, выступили парламенты. Стало общим местом в литературе обвинять магистратов в отстаивании узко-сословных интере­сов от покушений идущего по пути реформ абсолютизма. К священникам, отказывавшим умиравшим в обычном для христианина прощании с земной жизнью, парламентарии принимали жесткие меры вплоть до ареста. Активно обсуж­далась и идея «единого парламента». В отсутствие Генеральных штатов такой парламент мог претендовать на роль общенационального представи­тельного органа. Ответом стали решительные действия Людовика: самые рьяные оппозиционеры были арестованы, члены Высшей палаты Парижско­го парламента отправлены в ссылку. Отзвуком политического кризиса явилось покушение Дамьена на Лю­довика XV. Это произошло 5 января 1757 г., когда король уезжал из Версаля в Трианон. Спрятавшись под лестницей на выходе из дворца, злоумышленник нанес монарху удар ножом в бок. Жизненно важные ор­ганы остались не задетыми, но поначалу придворным и самому королю подумалось, что он умрет. В ожидании смены государя военный министр граф д'Аржансон и Машо стали дерзить Помпадур. Но рана быстро зарубцевалась, а незадачливые царедворцы были немедленно отставлены. Злодея взяли на месте. Приговор поражал садизмом. Было предписано сжечь Дамьену правую руку, затем вырвать раскаленными щипцами куски мяса из разных частей тела, залить раны расплавленным свинцом и кипяченым маслом, и, нако­нец, разорвать с помощью четырех лошадей. 6 августа 1761 г. Парижский парламент запретил иезуитам преподава­тельскую деятельность. В ноябре 1764г. появился королевский эдикт об упразднении Ордена иезуитов во Франции. Тяжелое поражение страны в Семилетней войне, дальнейшее падение своего автори­тета заставили монарха уступить давлению общественного мнения. В 70-е годы, в последний период своей жизни монарх действовал решительно, в полной мере проявляя политическую волю. То была линия на искоренение феодально-корпоративистских пере­житков в политической и судебной сферах. Одновременно Людовик XV добивался оздоровления финансовой системы. Особенно впечатляющими были меры, предпринятые канцлером и увенчавшие многолетнюю борьбу короля с магистратами. Все приоб­ретенные должности упразднялись за выкуп. Парламенты и другие высшие суды рекрутировались на конкурсной основе. На одну вакансию выдвига­лось по три кандидата, достигших 25 лет и имевших необходимое образова­ние и практический опыт. Принципиально важным было то, что занявший место получал жалованье от государства, тогда как подношения от тяжу­щихся запрещались и суд становился бесплатным. Предлагалось кар­динальное преобразование: вместо мало зависящих от властей и сплочен­ных корпоративными интересами обладателей должностей появлялись чи­новники, обязанные монархии и продвижением по службе, и материальным благополучием. Репрессии против оппозиции проходили одновременно с реформирова­нием парламентов. Канцлер сослал 130 парижских и 100 провинциальных парламентариев. Некоторые высшие суды упразднялись. Общее количество магистратов сократилось на 2/3. Территория, подпадавшая под юрисдик­цию Парижского парламента, сильно уменьшилась. Часть прежних парламентариев, а также люди, подобранные канцлером, составили новые судебные органы, презрительно именовавшиеся обществом «парламенты Мопу». Недовольство проявлялось живо, причем среди протестовавших активную роль играли герцоги и пэры. Но о новой Фронде не шло и речи. Магистраты оказались способными только на разговоры, но не на дейст­вия. Победу праздновали реформатор и стоявший за ним король. Преобразования, осуществленные в последние годы жизни короля, решительность, жесткость и энергия, с которыми они проводились, ставят под сомнение широко распространенный прежде в литературе тезис об отсутствии у Людовика XV политической воли. Жизненный путь монарха скорее свидетельствует о позднем наступлении у него зрелости как государ­ственного мужа. Но сильной стороной деятельности венценосца явились желание и умение учиться на ошибках, постоянное приобретение опыта. Результатом и стал прорыв первой половины 1770-х годов. При этом убеждения и принципы, которыми руководствовался король, оставались неизменными. Людовик XV не представлял себе для Франции иного поли­тического строя, чем абсолютная монархия. Его курс не был реакционным, проникнутым стремлением повернуть страну вспять, к време­нам прадеда. Он, напротив, выкорчевывал укоренившиеся архаичные эле­менты политической системы, реформировал и модернизировал ее, задевая интересы привилегированных. Но в разгар преобразований, 10 мая 1774 г., король умер, заразившись оспой. Со смертью Людовика XV оборвались и его начинания. Внук покойного Людовик XVI, не удержавшись от популизма, восстановил пар­ламенты в прежнем виде. Абсолютизм стремительно приближался к своей гибели, а стра­на—к «великим потрясениям». Заключение Итак, династия Бурбонов являлась правящей во Франции почти два столетия и соперничала с такой династией как Габсбурги. Все монархи были выдающимися личностями. Некоторые их изречения, ставшие личным девизом, вошли в историю и характеризуют период их правления. Эти люди творили историю. Формой правления Франции была абсолютная монархия. На примере Бурбонов можно проследить этапы развития этой страны: В период их правления Франция была могущественным государством Европы. История правления этой династии осталась в памятниках литературы, архитектуры, скульптуры. После смерти Генриха IV благодарные подданные установили посередине моста Понт-Неф бронзовую статую Бурбона на коне. Или, например, Версаль, дворцово-парковый ансамбль в окрестности Парижа, архитектурный шедевр мирового значения. Был построен «королем-солнце» Людовиком XIV во 2й половине XVII века и был его резиденцией (заложен в 1661г.). Версаль при Июльской монархии стал музеем истории. Судьба Бурбонов печальна, трагична: или гильотина, или эмиграция. Собственная смерть - это редкое явление, особенно для королевской особы. Людовик XV и Людовик XVIII умерли в преклонном возрасте от болезни. Список литературы: 1. С.Ф. Блуменау. Людовик XV//Вопросы истории, 2000, № 9. 2. А. Дюма. Амори. т. 46, М., 2000 3. А.Дюма. Сесиль. т. 46, М., 2000 4. А.В. Ревякин. Французская династия Бурбонов, Орлеанов, Бонапартов//Новая и новейшая история, 1992, № 2. 5. А.К. Рыжов. Все монархи мира, М., 2000. 6. Французкие короли и императоры. Под ред. Хартманна. Ростов-на-Дону. 1997.

works.tarefer.ru

Доклад - Бурбоны во Франции

Московская гуманитарно-социальная академия

факультет Международные Отношения

кафедра истории

Курсовая работа по теме:

«Бурбоны во Франции»

Выполнила: студентка 2-го курса группы МО-202

Алчинова Мария Александровна

Научный руководитель:

Егошина В.Н.

Москва 2001

Содержание

Введение………………………….………………………….……..……3

Раздел 1. Бурбоны – старейшая королевская династия Европы………

1.1.Родослоная Бурбонов………………………………………....…4

1.2.Бурбоны — короли Франции……………………………….…….5

Раздел 2. Генрих IV и Людовик XV как выдающиеся представители

династии……………………………………………………………….

2.1.Генрих IV – гугенот………………………………….…………….

2.2.Людовик XV как реформатор………………………….………….

Заключение……………………………………………………..…………40

Список литературы…………………………………………..………...…41

Приложение……………………………………………….……………….

Введение

Курсовая работа посвящена правящей династии Бурбонов во Франции, которые царствовали с XVI-XIX вв. Эта династия представляет большой интерес для истории тем, что самые известные монархи Франции, такие, как Генрих IV, Людовик XIV, XV были выдающимися личностями.

В первой главе представлена родословная, а также краткие сведения о правивших монархах данной династии.

Во второй главе рассмотрена личность Генриха IV как первого представителя данной династии. Здесь описывается его приход к власти, Генрих как политический деятель, Франция периода его правления. Раскрывается вопрос, каким путем гугеноту удалось стать королем Франции, который боролся с протестантизмом и абсолютно не принимал инакомыслящих.

Цель курсовой работы – проследить судьбу династии Бурбонов во Франции: приход к власти, апогей и крах.

Для написания курсовой использованы работы: 1. А.Дюма «Сесиль», «Амори», т.46. М.,2000; 2. С.Ф. Блуменау «Людовик XV»; 3. С.Л. Плешкова «Герих IV Французский»; 4. А.В. Ревякин «Французские династии: Бурбоны, Орлеаны, Бонапарты»; 5. А.К.Рыжов «Все монархи мира»; 6. Французские короли и императоры. Под ред. Хартманна, Ростов-на Дону, 1997.

1. Бурбоны – старейшая королевская династия Европы

Бурбоны (Bourbon) – (младшая ветвь Капетингов) старый французский род, который, благодаря своему родству с королевским домом Капетингов, занимал долгое время французский и другие престолы. Название свое ведет от замка в прежней провинции Бурбоннэ.

1.1.Родословная Бурбонов

Первый сеньор этого рода, упоминаемый в истории, был Адемар. Его четвертый преемник, Аршамбо I, изменил название родового замка, присвокупив к нему свое имя, вследствие чего получилось Bourbon l'Archambault. Соединившись узами родства с королевским домом Капетингов, Бурбоны, как побочная ветвь этого рода, приобрели, после смерти последнего мужского потомка другой ветви, Валуа, законные права на французский престол. Особое значение приобрела линия Вандом (Vendome). При посредстве брака Антона Бурбона, герцога Вандом, с Жанной д'Альбрэ достигла сперва наваррского престола, а затем, после смерти последнего представителя дома Валуа, заняла французский престол, в лице Генриха IV и, наконец, через брак и счастливые войны — престол испанский и неаполитанский. Из других боковых линий можно назвать еще Монпансье, Конде, Конти и Суассон. Династия Бурбонов на французском престоле начинается с Генриха IV, сына Антона, герцога Вандом и короля наваррского, который после умерщвления в 1589 г. Генриха III, последнего Капетинга из дома Валуа, сделался согласно Салийскому закону о престолонаследии прямым наследником французского престола.

От своей второй жены, Марии Медичи, Генрих IV имел пятерых детей, в том числе Людовика XIII. Людовик XIII, женатый на Анне Австрийской, дочери Филиппа III Испанского, оставил двух сыновей: Людовика XIV, и Филиппа, который получил титул герцога Орлеанского и сделался родоначальником младшей Бурбонской династии.

Сын Людовика XIV от брака с Марией-Терезией Австрийской, дочерью Филиппа IV, дофин Луи, умер уже в 1711 году, оставив от брака с Марией-Анной Баварской трех сыновей. оставшийся в живых внук сделался в 1715 г. наследником Людовика XIV, под именем Людовика XV. Последний имел от Марии Лещинской, сына дофина Луи, который оставил наследника Людовика XVI и Луи-Станислава-Ксавье, графа Прованского, который в 1814 году занял французский престол под именем Людовика XVIII Шарля Филиппа, графа Артуа, наследовавшего только что названному брату под именем Карла Х. Людовик XVIII не имел детей, Карл же Х оставил двух сыновей. Со смертью Генриха V в 1883 году угасла старшая линия Бурбонов. Орлеанская линия, вступившая на французский престол в 1830 г. и низложенная в 1848 г., ведет свое начало от второго сына Людовика XIII и брата Людовика XIV, герцога Филиппа I Орлеанского умершего в 1701 г.

1.2.Бурбоны – короли Франции

Во время правления первого Бурбона Генриха IV (1589-1610) большим потрясением для монархии и единства страны стали начавшиеся в 1562 г. религиозные вой­ны — католической партии противостояли кальвинис­ты, очень сильные и влиятельные, несмотря на то, что гугеноты тогда составляли менее 10% всего насе­ления. Лишь перешедшему в католичество бывшему протестантскому вождю, ставшему позже королем, удалось восстановить религиозный мир и един­ство королевства. Нантским эдиктом от 1598 г. он предоставил протестантам религиозную свободу, га­рантированные позиции, безопасность нрава, которых тогда не имело в Европе ни одно конфессиональ­ное меньшинство. Гибкий, обладавший незаурядным умом, первый Бурбон Генрих IV смог укрепить цен­тральную власть. С 1624 г. первые кардиналы Ришелье и Мазарини при Людовике XIII (1610-1643) и Людовике XIV (1643-1715) целеустремленно развивали его достижения и строили дальше абсолютную монархию. Примеру «ко­роля-солнце», Людовика XIV подражала вся Европа; нравы его дво­ра, этикет, даже сам французский язык пользовались неслыханной популярностью; его роскошный дворец в Версале стал недостижимым образцом для бесчис­ленных князьков. Он держал в своих руках нити всех политических интриг страны, Версальский двор со строго отрегулированным этикетом стал центром, от­куда исходили все решения, на всю страну струились лучи великолепия и роскоши. Даже в эпоху самого Людовика XIV абсолютизм был изрядно огра­ничен действующим основным законом, привилегия­ми, особенно в провинциях и на местах, и многими другими факторами. Во внутренней политике Людо­вик пытался в соответствии с принципом «один ко­роль — одна религия» добиться религиозного единст­ва подданных — конфликтуя с папой и янсенистами, преследуя гугенотов. Во внешней политике его стрем­ление к гегемонии во время войны за Испанское на­следство (1701—1714) натолкнулось на сопротивле­ние всей Европы. Войны, в которых он искал военной славы, привели Францию к серьезным экономичес­ким затруднениям.

Чтобы быть абсолютным монархом, Людовик XIV с неподражаемым искусством играл тяжелую роль «вездесущего» короля. Эта роль была под силу лишь человеку со столь крепким здоровьем, сильной само­дисциплиной, мощной волей и неслыханной работос­пособностью, какими обладал «король-солнце».

При Людовике XV (1715 — 1774) первому министру Флери (1726—1743) с помощью политики мира, организаци­онной работы и стабилизации валюты удалось вновь консолидировать страну: монархия достигла наибольшего расцвета, олицетворяя величие, могущество и стабильность государства… Однако, в ходе неудачных войн (война за Австрийское наследство 1740—1748 гг. и Семилетняя война 1756—1763 гг.) с Англией она опять потеряла значительные территории в Европе и за морем. К тому же непомерно вырос ее долг.

Но в последней четверти XVIII в. приближение капиталистической эпохи ознаменовалось обострением всех общественных противоречий, внешним прояв­лением которых явился затяжной финансовый кризис государства. Людовик XVI, вступивший на престол в 1774 г., пытался поправить положение. Но непосле­довательные реформы, проводившиесяим «сверху», не дали ожидаемых резуль­татов. И тогда он был вынужден уступить общественному мнению, требовав­шему проведения глубоких реформ и добивавшемуся участия в управлении го­сударством представителей «нации». Людовик XVI решил созвать Генеральные штаты, открытие которых в мае 1789 г. послужило детонатором глубокой, все­охватывающей и кровопролитной революции.

Период Великой французской рево­люции нередко сравнивают с лабораторией, в которой опробовались различные формы устройства государственной власти: конституционная монархия, демокра­тическая республика, революционная диктатура и т.д. Причем все режимы, ос­нованные на демократических и республиканских принципах, быстро саморазру­шались, обнаруживая свою неэффективность. К началу XIX в. страна скатилась к военной диктатуре, вскоре укрывшейся за пышным фасадом империи. Принцип монархии — наследственная единоличная власть — возобладал, однакоон был вы­ражен в форме отрицания легитимной монархии.

То обстоятельство, что Людовик XVI умер не своей смертью, окруженный скорбящими родственниками, а был казнен по приговору революционного три­бунала, наложило отпечаток трагизма на всю его судьбу и обусловило поляр­ность мнений о нем. Для одних, склонных видеть в Людовике XVI невинно убиенного мученика, он был добрым королем, страстно увлекавшимся охотой и всякими ручными поделками, особенно слесарными, но вместе с тем обладавшим и обширными научными познаниями, главным образом в области географии. Для других, считавших его казнь заслуженной карой, Людовик XVI был прежде всего тираном, вставшим на пути прогрессивных преобразований, а потому и сброшен­ным с трона. Постепенно к власти пришел Наполеон Бонапарт, представитель новой династии, вошедший в историю как Наполеон I. Династия Бурбонов на время сошла с политической арены. Но в 1815 году, когда император признал свое поражение, Бурбоны снова сели на трон.

Сразу после смерти Людовика XVI в 1793 году его брат, граф Прованский, находившийся в Вестфалии, провозгласил Луи-Шарля королем Людовиком XVII, а себя объявил регентом при племяннике. Новому королю присягала эмиграция, его признали европейские дворы. Но сам маленький монарх именно в это время начинает болеть, на организме ребенка начинают сказываться испытания последних лет. 8 июня 1795 года он умер в парижской тюрьме Тампль в десятилетнем возрасте.

24 июня 1795 г., когда известие о смерти племянника достигло графа Про­ванского, последний был объявлен королем Людовиком XVIII. Он больше под­ходил на роль политического лидера, чем Людовик XVI. С самого начала рево­люции граф Прованский требовал от своего старшего брата решительного отпора противникам монархии. В 1790 г. он даже пытался отстранить короля от власти, чтобы самому управлять страной в качестве наместника королевства. В 1791 г. он одновременно с Людовиком XVI ударился в бега, но оказался удач­ливее брата, благополучно добравшись до Брюсселя. Во главе контрреволю­ционной эмиграции граф Прованский в 1792 г. воевал против Франции на стороне интервентов, а в 1793 г. помчался в Тулон, занятый в то время англичанами, но опоздал — крепость сдалась в руки республиканцев. Возможно, лишь ухудшение здоровья удерживало его в дальнейшем от ратных подвигов.

Все невзгоды разом отодвинулись в прошлое после отречения Наполеона Бонапарта 5 апреля 1814 г. Около трех часов ночи в замок Хартвел прискакал гонец с долгожданным известием: «Сир, отныне Вы король!» — «Разве я и раньше не был королем?» — с этими словами Людовик XVIII отправился спать. Это был ответ человека, непоколебимо уверенного в своих династических правах на ко­рону.

Но Людовик XVIII вполне отдавал себе отчет, как непросто ему будет править в стране, где за четверть столетия его отсутствия выросло поколение людей, не знавших Бурбонов и не испытывавших к ним никаких добрых чувств, кроме, может быть, любопытства. Поражение монархии в 1789-1792 гг. послу­жило для него серьезным уроком. Единственный из Бурбонов он твердо придерживался мнения: или монархия будет дополнена конституцией, или ее уже не будет никогда.

24 апреля 1814 г. Людовик XVIII высадился с корабля в Кале, откуда от­правился в замок Сент-Уан. Здесь в ходе переговоров с делегацией Сената (од­ной из палат империи) и был заключен имевший большое значение для всей Европы компромисс между Капетингом и представителями новой Франции: ко­роль царствует в силу божественного права, но своим подданным он дарует Хартию (конституцию), ограничивающую его власть. Он оставлял за собой всю полноту исполнительной власти, а законодательную делил с двухпалатным пар­ламентом. Палата депутатов формировалась на основе цензового избирательно­го права, палата пэров назначалась королем.

Это был важный политический прорыв к гражданскому миру и цивилизации. После долгих лет деспотизма Наполеона I Франция по своему государственному устройству приблизилась к уровню передовых государств того времени — Англии, США. Перед ней открылась возможность прекращения гражданских распрей и мирного эволюционного прогресса, обеспечивающего права и свободы граждан. И не беда, что начало царствования Людовика XVIII не было безоблачным — Сто дней Наполеона, волна белого террора, антиправительственные заговоры. После исторической эпохи внутренней и внешней войн, подавления свобод, насилия над личностью нельзя было ожидать от французов образцового правосознания. Да и сами правовые механизмы взаимоотношений граждан и государства еще только складывались.

Людовик XVIII был бездетени лишен надежды когда-либо иметь детей. Его брак с Луизой-Марией-Жозефиной Савойской, которая умерла в 1810 г., был чистой формальностью. В этих условиях наибольшими правами на корону обладал его младший брат граф д'Артуа. Но ко времени возвращения во Фран­цию оба они были уже не молоды — одному исполнилось 59, другому — 57 лет. Никакой уверенности в том, что Людовик XVIII успеет передать корону брату, не могло быть. Правда, у последнего было двое сыновей.

В начале 20-х годов здоровье короля, резко ухудшилось. Его совсем перестали слушаться ноги, и отныне все время он про­водил в большом кресле-каталке, за что насмешники тут же окрестили его «королем-кресло». 16 сентября 1824 г. Людовик XVIII умер.

Под именем Карла Х корону унаследовал граф д'Артуа (1757-1836). Не слишком усерд­ный в науках, легкомысленный и упрямый, склонный к мимолетным увлечениям, но и способный на серьезную привязанность, новый король во многих отноше­ниях был противоположностью своему более основательному и благоразумному предшественнику. Летом 1789 г. граф д'Артуа в спорах с Людовиком XVI на­стаивал на самых решительных мерах против своевольных депутатов третьего сословия. При этом он настолько скомпрометировал себя, что немедленно после падения Бастилии был вынужден податься за границу. Вокруг него и стала группироваться контрреволюционная эмиграция. Он был непременным организа­тором и участником всех основных ее военных акций против революционной Франции. Поражение монархической контрреволюции заставило его умерить пыл. Он поселился в Англии, где и жил до 1814 г.

Граф д'Артуа был женат на Марии-Терезе Савойской, сестре жены Людови­ка XVIII, но своим вниманием ей не докучал. Исключительное место в его жизни принадлежало другой женщине — мадам де Поластрон, двоюродной сестре гер­цогини Полиньяк, фаворитки Марии-Антуанетты. Связь с ней определила судьбу будущего короля. Перед смертью в 1805 г. мадам де Поластрон взяла снегослово, что он прекратит разгульную жизнь, которую до сих пор вел, и обратится к Богу. С этого времени граф д'Артуа стал ревнителем нравственности и благо­честия, попав под влияние аббата Латиля, духовника своей бывшей любовницы.

Граф д'Артуа активно участвовал в восстановлении монархии. В марте 1814 г. он вел переговоры с союзниками, а 12 апреля въехал в Париж и в тече­ние нескольких дней до прибытия Людовика XVIII управлял Францией в качест­ве наместника королевства.

Одним из первых его шагов в области внутренней политики стала отмена цензуры печати. В следующие полтора-два года Карл Х предпринял такие меры, которые ущемляли коренные интересы или убеждения широких слоев населения, в частности и значительной части правящей элиты. Из армии уволили 250 наполеоновских генералов; закон о святотатстве карал смертной казнью за осквернение святых даров; закон о так называемом миллиарде для эмигрантов (т.е. возмещение ущерба тем, кто в годы революции бежал из страны) оскорблял патриотические чувства большинства французов, разделив­ших судьбу родины во время революции т.д. Часть консервативной партии под давлением общественного мнения перешла в оппозицию. Страна приближалась к политическому кризису.

Фактически Карл Х отказался от политического наследия Людови­ка XVIII, который пытался соединить — и на первых порах небезуспешно -божественное право королей с конституционным правом нации. Карл Х пред­почитал видеть в Хартии лишь одну из традиционных «вольностей», даруемых королем своим подданным. Он избрал путь отказа от компромисса 1814 г., не представляя, что тем самым подрывает политическую основу монархии.

Людовик XVIII за десять лет своего правления таки не выбрал времени для церковной коронации, хотя до него не было случая, чтобы король уклонился от таинства миропомазания, т.к. он опасался стать королем «в большей мере», чем того хотели французы. Иначе повел себя Карл X. Стремясь подчеркнуть богоданность своей власти, он короновался 29 мая 1825 г. в Реймском соборе.

На выборах в палату депутатов 1827 и 1830 гг. либеральная оппозиция дважды подряд одержала убедительную победу. Политический кризис достиг величайшего накала. И тогда Карл Х своими действиями ускорил развязку. В августе 1829 г. он назначил правительство во главе с герцогом Жюлем де Полиньяком, перед которым была поставлена задача — восстановить королевский абсолютизм.

Во исполнение его воли и появились ордонансы 25 июля 1830 г. об отмене свободы печати, роспуске палаты депутатов, повышении избирательного ценза и назначении новых выборов в палату. Карл X, подписал ордонансы.

Протест журналистов и печатников, потерявших работу на основании ордо­нансов, получил массовую поддержку. Спустя два дня Париж полностью оказался во власти повстанцев. Лишь спустя 5 дней он наконец дал согласие на отставку правительства Полиньяка и отмену ордонансов. Но деятели либеральной оппозиции, верховодившие в Па­риже, попросту отмахнулись от него. Оставленный всеми, 2 августа Карл Х под­писал отречение от престола в пользу своего малолетнего внука.

В конце периода Реставрации Франция была страной во всех отношениях более благополучной, чем в начале. Приметы общего подъема наблюдались в промышленности, сель­ском хозяйстве, технике, науке, не говоря уже о литературе и искусстве, для которых Реставрация была едва ли не золотым веком. Немалая заслуга в том принадлежала Бурбонам, которые обеспечили стране минимум условий для пло­дотворной созидательной деятельности — мир и относительно высокий уровень гражданских и политических свобод. Но Бурбоны не сумели до конца исполь­зовать тот шанс, который предоставила им история в 1814 г. Вместо того, чтобы уверенно повести страну по пути развития парламентаризма, укрепления консти­туционных прав и свобод граждан — пути, который единственно обещал выжи­вание монархии в новых исторических условиях, — они, особенно в правление Карла X, своими недальновидными действиями способствовали разгоранию граж­данских распрей.

Карл X, подписав отречение в пользу внука, потребовал и от своего сына по­ступить так же. Можно представить себе чувства герцога Ангулемского, всю сознательную жизнь готовившегося принять корону и в решающий момент вы­нужденного от нее отказаться. Но те несколько минут, пока он не подписал от­речение, формально он считался королем. Он и вошел в историю династии под именем Людовика XIX, поставив печальный рекорд самого короткого царст­вования.

Политика реставрации Карла X, правившего страной с 1824 г., в 1830 г. привела к революции и установле­нию Июльской монархии; королем стал Луи-Филипп, герцог Орлеанский (1773-1850). После революции 1848 г. и этому королю-буржуа пришлось отречься от престола. Когда 10 декабря 1848 г. подавляющим большинством голосов президентом республики был избран Луи-Наполеон Бонапарт — воодушевленный идеей во всем следовать своему знаменитому дяде, — конец республики был предрешен. Затем он был вначале про­возглашен главой государства, а потом проведенный им народный референдум 21 ноября 1852 г. в законном порядке признал его императором.

2. Генрих IV и Людовик XV как выдающиеся представители династии Бурбонов

2.1. Генрих IV – гугенот

Генрих IV — первый представитель династии Бурбонов, последней правив­шей на французском престоле. После Карла Великого он стал первым французским королем, прозванным Великим. Французы связывали с его именем конец религиозных (гражданских) войн 1562—1594гг. и обретение права на свободу вероисповедания.

Личность Генриха IV всегда привлекала внимание своей неординарнос­тью. На французском престоле впервые оказался бывший еретик. Преемник наихристианнейших королей, защитников католической церкви был кальвинистом и отрекся от протес­тантской веры в ходе последнего акта гражданских войн на марше перед воротами Парижа. Боль­шое любопытство вызывала частная жизнь короля: невольник женщин был известен бесчисленными победами. И даже насильственная смерть Ген­риха IV, потрясшая Францию, породила много разных слухов, дав импульс к появлению легенд о короле и его деяниях. На политической арене Фран­ции появился король, восхищавший и удивлявший современников своей нетрадиционностью во взглядах и действиях.

Генрих IV родился 13 декабря 1553 г. в Беарне в фамильном замке По, принадлежащем его деду по материнской линии королю Наварры Генриху д'Альбре. Наследника нарекли в честь деда. Отец младенца — первый принц крови Антуан Бурбон, герцог Вандом, владелец герцогства Вандом, а также графств и бароний на севере Луары. Мать Генриха, давшая ему титул короля Наварры,— Жанна д'Альбре, дочь Маргариты Наваррской и Генриха д'Альбре. По материнской линии Генрих приходился внучатым племянником королю ФранцискуI (1515—1547).

Начиная с 1560г., жизнь юного Бурбона, едва достигшего семилетнего возраста, изменилась. Причиной этого стали два обстоятельства, сыграв­шие существенную роль в судьбе Генриха. Первое было связано с новообращением Жанны д'Альбре. Королева Наварры приняла кальвинизм, пуб­лично объявив о своем выходе из католической церкви занялась насаждением протестантизма в Наварре. Малолетний Генрих был обращен матерью в новую веру.

Обращение Генриха в протестантизм произошло в те годы, когда Фран­ция стремительно приближалась к гражданским войнам. С распространени­ем кальвинизма длительная социальная напряженность, сопутствовавшая абсолютизму, подогревалась конфессиональными разногласиями. Королева Екатерина Медичи сделала первого принца крови Антуана Бурбона генеральным наместником Франции. Новое положение обязывало принца крови находиться при дворе. Так, в 1561 г. семья Антуана Бурбона — его жена Жанна д'Альбре и двое детей Генрих и Екатерина — оказались в Париже. 8-летний наследник Бурбона удостоился чести сидеть за одним столом — между юным Карлом IX и его сестрой Маргаритой Валуа. С этого времени будущий король Франции был вынужден под­чиняться чужой воле в лице королевы-матери, став заложником ее полити­ки. Это было второе роковое событие в жизни Генриха.

Личная драма юного Генриха разыгрывалась на фоне общей трагедии, которую переживала Франция, вступив в 1562 г. в гражданскую войну. В год начала гражданских войн Генрих становится первым принцем крови: смерть отца позволяет ему занять его место. Девятилетнего наслед­ника Антуана Бурбона удостаивают всеми почетными титулами. Беарнский принц назначается губернатором и адмиралом Гиени. В 13 лет он был признан наследником всех владений своей матери Жанны д'Альбре. Коро­лева Наварры возила его в Беарн на встречу с местными протестантами.

Свое первое боевое крещение 15-летний Генрих Бурбон принял в Ла-рошели в 1568—1569гг., находясь рядом с главой протестантской партии принцем Конде и адмиралом Колиньи. Юноша обнаружил недюжинные военные способности в столкновении с армией католиков и по праву разделил победу с протестантами, захватившими крепости в провинциях Они, Сентонж и Керси.

Проект бракосочетания Генриха с Маргаритой Валуа был привлекательным для обеих сторон. Жанна д'Альбре рассчиты­вала женитьбой сына укрепить свое положение не только в Наварре, но и во Франции. Екатерина Медичи видела в браке двух семей королевской крови разрешение конфессионального вопроса — мирное сосуществование двух религий и, кроме того, расширение владений французского дома за счет присоединения протестантского юга. Для Генриха брак сулил очевидные выгоды: он расширял перспективы получения большей власти.

Свадьба состоялась 18 августа 1572 года. Мар­гарита Валуа и Генрих Наваррский 28 лет официально считались суп­ругами. События в ночь на 24 августа (на св. Варфоломея) были лишь одним из эпизодов гражданских войн. Именно здесь казнили адмирала Колиньи и истребили цвет провинциального протестантского дворянства, собравше­гося по случаю свадьбы. Более того, угроза нависла и над Генрихом Наваррским. И наваррец вынужден был отречься от протестантизма и вернуться в лоно католичества. Новоявленный король, власть которого не была освящена (протестанты исключали эту необходимость), стал укреплять армию, превращать города в крепости и готовиться к войне. Одновременно он провел частичную секуляризацию богатств католической церкви. В эти годы у него выработался свой принцип управления, которого он старался придерживаться и позже, став королем Франции,— укреплять связи с провинциями. Он верил, что сила власти в ее поддержке не столько в центре, сколько в провинциях. Залог доброго управления Генрих Наваррский видел в умело подобранных советниках. Молодой король отбирал членов своего ближайшего окружения, ориен­тируясь на профессионализм и вассальную преданность советников. И хотя он стремился опираться на протестантов, в его совете были и католики.

Мирный период в жизни Генриха Наваррского был прерван в связи со смертью младшего Валуа герцога Алансонского, кончина ко­торого означала угасание правящей династии: царствующий 33-летний Генрих III не имел потомства. Единственным законным наследником пре­стола оставался принц крови Генрих Наваррский — представитель новой династии Бурбонов. В его лице официальный Париж видел союзника, могущего противостоять оппозиции абсолютной власти Генриха III

Между тем, предвидя возможный союз Генриха Наваррского с Ген­рихом III, оппозиция в лице Католической лиги вместе с папой предприняли бешеную атаку на наваррца. В 1585 г. была обнародована булла папы Сикста V, в которой Генрих Наваррский объявлялся еретиком. Этот дерз­кий шаг имел своей целью лишить законного наследника французского престола права на корону. Оппозиция торжествовала победу, она выдвига­ла на королевский престол своего кандидата — старого Карла Бурбона, дядю Генриха Наваррского. Это был вызов, брошенный власти, проявление неприятия ее политики. Ситуация осложнялась и тем, что во внутриполитические дела Франции вмешались внешние силы. Испанский король Филипп II поддержи­вал католическую оппозицию и Карла Бурбона, рассчитывая в случае удачи на признание испанской инфанты Изабеллы первой претенденткой при выборе супруги французского короля. В это ответственное время армия Генриха Наваррского начала военные действия. 7 долгих лет, отражая сопротив­ление и терпя поражения, Генрих Наваррский боролся за престол и за независимую Францию. Все эти годы на его пути стояла католическая оппозиция, поддерживаемая церковью и папой. В смертельной схватке с оппозицией в 1589г. погиб последний представитель правящей династии король Генрих III.

В августе 1589 г. на правах законного наследника французского престо­ла протестант Генрих Наваррский выступил с декларацией, в которой обещал поддержать во Франции римско-католическую религию в ее целост­ности, более того он уверял, что имеет большое желание просветить себя в католическом вероучении, для чего имеет намерение разрешить галликан­ской церкви созвать национальный собор. Декларация не предусматривала нарушения социального статуса ни католиков, ни протестантов, однако обещала вернуть католикам отнятое у них имущество.

Дворянство же в общей массе было недовольно заявлением претендента на престол. Кроме того, к концу 1589 г. почти все крупные города выступали за Католическую лигу. На стороне Генриха Наваррского оставались южные и западные города, образовавшие центр верности. В противовес Испании и папе король Навар­ры мог рассчитывать на помощь английской королевы, немецких протес­тантских князей, Нидерландов и Венеции. Но союзники ставили свои ус­ловия. Положение складывалось непростое.

Генрих готовился к осаде Па­рижа. Он решил отрезать его от источников снабжения и за­ставить голодных парижан сдаться. В январе 1593 г. в осажденном Париже собралась ассамблея сторон­ников Лиги. На этом собрании в нарушение традиции престолонаследия был поставлен вопрос о выборах короля. Между тем эта ситуация подтолк­нула Генриха Наваррского на решение об отречении от протестантской веры, которого давно от него ожидали. Еще пять лет назад об этом не могло быть и речи. «Дьявол меня опутывает,— писал Генрих Наваррский Диане д'Андуен. Если я не буду гугенотом, то буду турком. Меня хотят подчинить, мне не дают быть тем, кем я хочу»*. Но время изменило положение и поставило наследника престола перед выбором.

Не считая возможным в данный момент лично явиться в Рим к Клементу VIII, он ограничился посланием. Папа не ответил дерзкому наваррцу. И наследник престола при поддержке галликанской церкви короновался без папского благословения.

27 февраля 1594г. вопреки традиции в Шартре, а не в Реймсе, состо­ялась торжественная коронация. Генрих дал клятву на Евангелии, обещая содействовать своим подданным жить в мире с Божьей церковью и изгнать с королевской земли всех еретиков.

Спустя почти месяц после коронации, вечером 22 марта 1594 г. Ген­рих IV без боя вошел в Париж. Однако не все города безоговорочно приняли короля. Жители ряда городов как на севере, так и на юге Франции не безуспешно пытались выкупить свои городские свободы и право на отправление протестантского культа.

Отречение и коронация Генриха Наваррского без санкции римского престола вызвали неоднозначную реак­цию как в самой Франции, так и в Риме. Генрих IV, объявив себя защитником католической церкви, вовсе не желал разрыва с Римом. Осенью 1595 г. в Риме папа Климент VIII согласился заочно принять отречение и, отпустив грехи, ввести французского короля в католическую церковь. Папа наконец назвал Генриха IV наихристианнейшим королем Франции и Наварры.

Первый Бурбон на французском престоле не желал выступать ни как покровитель реформированной церкви, ни как наихристианнейший король. Государственные интересы ставились выше конфесси­ональных.

*Lettres missives, vol. 5, P. 19 (Пер. с фр.)

Забота о дворянстве составляла одно из главных направлений монар­шей политики. Он ввел налог на право наследования должности («полетта»), который благодаря практике продажи государственных долж­ностей сулил большие деньги. Это нововведение приводило к кон­солидации и независимости служилых мужей от короны.

Генрих IV прибег к созданию нового института интендантов. На места направлялись пред­ставители короля — интенданты, которым доверялось претворение в жизнь королевских решений. С их помощью провинции крепче привязывались к центру. Постоянная смена этих людей преследовала цель не допускать злоупотреблений.

Таким образом, путем разумных уступок, сочетавшимся с радикаль­ными мерами король укрепил свою власть. Особое место занимало раз­решение конфессионального вопроса. Его острота не ослабела даже после гражданских войн.

Декларированное равенство в правах могло быть реализовано протестантами в крайне ограниченных пределах. Нантский эдикт юридически оформил права католи­ков и протестантов, и король выступил гарантом этих прав. Эдикт не лишал протестантов гражданских прав — на образование, на медицинскую помощь и на ритуальные услуги этих прав, но в католической Франции не было достаточного количества учебных заведений протестантской ори­ентации, а госпитали, как и кладбища находились под опекой католической церкви, ревностно оберегавшей свои привилегии.

В то же время Генрих IV был вынужден пойти на уступку: сохранить за протестантами право на военные крепости в юго-западной Франции, фак­тически признав сохранение протестантской конфедерации, возникшей в 1575 году. Эта уступка стала ценой внутреннего мира и расплатой за военную помощь, оказанную протестантами Генриху IV в войне с Испанией в 1595—1598 годах.

К тому времени, когда Генрих Наваррский был признан королем Франции и Наварры, ему было 42 года. Борьба за престол и заботы о будущем монархии превратили некогда цветущего рыцаря, гордившегося своим крепким здоровьем, в старика.

Им была упорядоче­на придворная система. Двор стал не только символом, но и местом власти. Изменились придворные праздники. Знаменитые турниры заменили карусель, театрализованные представления: живые картины и балет. Помимо балета двор любил музыкальные вечера.

В конце 1599 г. Генрих IV получил развод, взяв в супруги Марию Меди­чи, кузину Екате­рины Медичи.

День рождения наследника пре­стола будущего Людовика XIII 27 сентября 1601г. стал национальным праздником, торжественность которому придавало то обстоятельство, что Франция не знала дофина со времен Генриха II. Последние Валуа были бездетными и умирали в молодом возрасте. По такому случаю стреляли из пушек во всех французских городах и чеканили медали с изображением дофина Людовика в образе Геркулеса, голыми руками расправляющегося со змеями.

На жизнь Генриха IV неоднократно покушались, и умер он от руки монаха в 1610 г. Убийца вскочил на подножку кареты во время ее вынужденной остановки и через оконце ножом нанести королю три смертельных удара в грудь. Раскаявшийся еретик, введенный папой в лоно католической церкви, был убит. Свершился приговор, вынесенный Генриху IV не только римско-католической церко­вью и папистами, но и силами в самой Франции, не признававшими новаций, увидевшими в действиях короля наступление на традиционные права знати. Политика компромиссов стремление поставить государствен­ные интересы выше конфессиональных обернулись для Бурбона смертью.

Его представляли защитником вдов и сирот, страдальцем и благодетелем, а также рыцарем Ренессанса. Его изображали рядом с Цезарем, Александром Македонским, Карлом Великим и даже с Геркулесом. Апология Генриха IV заняла видное место во французской правовой мысли. Фигура Генриха IV стала воплощением национального единства и государственного суверенитета. На волне защиты национальных интересов появилась целая серия трактатов о правах и суверенитете французского короля, авторы которых стремились доказать богоизбранность Франции, ее королей и богоугодность француз­ской системы государственного управления. Абсолютная монархия, над укреплением которой трудился Генрих IV, набирала силу.

2.2. Людовик XV как реформатор

Эпоха правления Людовика XV и сама личность монарха породили в научной литературе разные характеристики. Но преобладают два несовместимых истолкования. Одни историки рисуют короля апатичным, вялым, ленивым властителем. Поихмнению, этот пресыщенный развратник, промотавший огромные средства на прихоти своих метресс, совсем не занимался государственными делами. А если верить приписываемым Людовику высказываниям: «На мой век хватит», «После нас — хоть потоп»**, то окажется, что он еще и цинично оправдывал подобный образ жизни. Отместкой за такое поведение стали внешнеполити­ческие провалы, утрата Францией высокого престижа в мире, потеря коло­ниальной империи. Под пером части авторов король предстает человеком, совершенно неспособным реагировать на вызовы времени. У их читателей складывается мнение, что политический курс этого монарха предопределил крах старого порядка, а несчастный внук и преемник — Людовик XVI только поплатился за ошибки и грехи деда.

**А. Дюма. «Сесиль». Собрание сочинений. Т 46, М., 2000

Другая же группа исследователей обращает внимание на полученное Людовиком XV хорошее образование, его любознательность и ум. Он вовсе не отличался цинизмом, а, напротив, испытывал душевные муки, когда присущая ему сильная религиозность наталкивалась на увлечение прекрас­ным полом. Констатируют привязанность монарха к родственникам, его чадолюбие. Историки с симпатией сообщают о нелюбви короля к пышным официальным церемониям, о стремлении поскорее оказаться в уютном мире близких друзей и семьи. Приятным выглядит в их изображении и политическое лицо Людовика XV. Предполагается, что, если рутиной занимались высшие сановники, то контроль за положением дел находился все же в руках венценосца. У него были ясные и твердые принципы, и он весьма последовательно реализовывал их в политической практике. Король вовсе не боялся реформ, а нововведения в судебной и административных сферах, осуществленные им в конце жизни, могли ослабить кризисные явления в обществе.

В 1711 г., не дожив до 50 лет, умер дофин— дед будущего короля. В 1712 г. смерть от кори унесла родителей мальчика — нового престолонаследника герцога Бургундского и Марию-Аделаиду Савойскую, а также его старшего брата герцога Бретонского. Случившееся повергло в отчаяние главу дома — Людовика XIV, чей необычно долгий (72 г.) срок царствования подходил к концу. Будущее французских Бурбонов тонкой нитью надежды связывалось с уцелевшим правнуком короля. Реальная власть при короле-ребенке все же сосредоточилась в руках Филиппа Орлеанского, сделавшего­ся регентом.

Людовик XV стал монархом в 1715 г. в возрасте пяти лет. В жизни сироты многое зависело от воспитателей. Женился юный монарх в возрасте 15 лет. Бракосочетание с Марией, дочерью польского короля, лишившегося трона, Станислава Лещинского, состоялось 5 сентября 1725 года. Поначалу семейная жизнь складывалась удачно. Король полюбил супругу. Быстро увеличивалось по­томство. С 1727 по 1737 гг. королева родила десять детей и среди них дофина — Луи Фердинанда.

16-летний монарх отстранил от власти и сослал герцога де Бурбона и даже объявил о начале личного правления. В действительности же он переложил бремя трудов по управлению страной на своего настав­ника. Не будучи формально первым министром, кардинал де Флёри фак­тически играл при Людовике XV ту же роль, что кардинал Ришелье при Людовике XIII. Он сохранял эти позиции с 1726 г. до самой смерти в 1743 г., немного не дотянув до 90-летия.

Вскоре у короля появилась новая возлюб­ленная, которой удается намного превзойти прежнюю в своем влиянии на ход дел в королевстве. В отличие от нее, она происходила совсем не из дворянской среды. Но эта молодая особа, в девичестве Жанна Пуассон, как метеор ворвалась на вершину французской элиты и стала широко известна миру под именем маркизы Помпадур. Она получила прекрасное воспитание и блестящее образование, что впослед­ствии облегчило ей существование в высшем свете.

Маркиза немало сделала для людей искусства, обеспечила талантам комфортные условия существования, стимулировала их творческие усилия. Но была и оборотная сторона медали: невероятные траты на свои прихоти. Один только Бельвю стоил 3 млн. ливров, а вообще на нужды фаворитки израсходовали 36 924 140 ливров. Обыватели не знали этих цифр, но роскошь била в глаза тем, кто не всегда имел и скудный достаток. Народ­ная ненависть постоянно сопровождала возлюбленную короля и прорыва­лась в многочисленных пуассонадах (по девичьей фамилии Помпадур — Пуассон) — стишках и эпиграммах.

Слабые легкие свели ее в могилу 15 апреля 1764 г., в возрасте 42 лет. Людовик XV тяжело переживал смерть мадам де Помпадур. В течение нескольких лет после кончины маркизы у Людовика не было официальной метрессы.

Вслед за ней в течение нескольких лет скончались и другие близкие королю люди — его сын и наследник престола Луи-Фердинанд, жена последнего — Мария Иозефа Саксонская, супруга самого монарха — Мария Лещинская. Это было жестоким ударом судьбы для человека, больше всего ценившего маленький уютный мирок семьи и друзей. Именно здесь он становился самим собой и вел себя естественно. Смерть близких подвигла короля к раскаянию.

Особенно теплыми были отношения с дочерьми. Король любил общаться с ними, тяжело переживал разлуку, когда они воспитывались в монастыре. Но проявлял и известный отцовский эгоизм при решении их личных судеб. Выйти замуж за поддан­ного французской короны считалось для королевских дочерей ниже досто­инства. Принцессе Гэнриэтте не позволили брак даже с герцогом Шартским из орлеанской ветви правящей династии. В результате, кроме старшей — Марии Луизы Елизаветы, вышедшей замуж за испанского инфанта Филип­па, остальные сестры остались в одиночестве.

Достигнув совершеннолетия, Людовик принимал постоянное учас­тие в еженедельных заседаниях Верховного совета, Совета депеш. Королев­ского финансового совета. Экономическими вопросами занимались Флёри и генеральный контролер финансов Орри и добились равновесия между расходами и доходами казны, неизменности золотого и серебряного содержания французских металлических денег и других позитивных результатов. Зато в сфере религии и, особенно, во внешней политике ощуща­лось и непосредственное влияние короля на ход событий.

Традиционное и жесткое соперничество за преобладание в Европе сталкивало Бурбонов с могущественными Габсбургами. Хотя эта династия и пресеклась в Испании, другая ее ветвь владела обширной Австрийской державой и сохраняла за собой германский императорский титул. В борьбе с главным противником Франция опиралась на выстроенный ею «восточ­ный барьер» из дружественных стран: Османской империи, Польши, Шве­ции. Союзы крепились с помощью субсидий. Отношения с другим ведущим европейским государством — Англией казались более подверженными ме­нявшейся внешнеполитической конъюнктуре. Если Франция значительно сократила бюджетные ассигнования на флот, то Англия, наоборот, наращивала военно-морские силы.

Людовик XV, придавая меньшее значение непосредственным завоеваниям, добивался укрепления союзнических связей Франции, роста ее влияния в Европе и мире, ослабления позиций главных противников. Различия в представлениях о внешней политике сказались на польских делах, когда в 1733 г. скончался король этой страны Август II Сильный. Людовик XV хотел посадить на освободившийся трон своего тестя, уже занимавшего его прежде. Флёри же не возражал против передачи польской короны сыну умершего саксонскому курфюрсту, чего добивалась уже при­выкшая влиять на соседнее ослабевшее государство Россия и союзная с ней Австрия. Но фактический глава правительства не собирался перечить мо­нарху и Франция пошла на огромные траты, приведшие к избранию Стани­слава Лещинского королем. В ответ российская императрица Анна Иванов­на направила в Польшу многотысячный воинский контингент, что стало решающим аргументом для избрания сеймом уже Августа III. Укрывшему­ся в Данциге Лещинскому оставалось ждать французского вмешательства. Франция послала помощь. Но кардинал, не без основания, полагал, что появление на Балтике большой французской эскадры вызовет негодова­ние англичан. В таких условиях Данциг капитулировал, а Лещинский бежал из Польши.

Эти события были только частью «войны за польское наследство», в которой главными контрагентами выступали Австрия, с одной стороны Франция и Испания,— с другой. При этом империя Габсбургов терпела чувствительные неудачи. По Венскому миру 1738 г. Станислав Лещинский получил в компенсацию за Польшу Лотарингию, которая с его смертью должна была стать частью Франции. Младшая ветвь испанских Бурбонов овладела королевством обеих Сиилий. Людовик XV и впредь не оставлял идеи возвести на польский трон своего родственника, теперь уже кузена Конти. В этом направлении будет действовать тайная дипломатия короля.

Заключенный Францией мир оказался недолгим. В 40-е годы страна вступила в новую войну, где ее главным противником опять явилась Австрия. Но свою роль сыграли давние и глубокие антиавстрийские на­строения населения — результат векового противостояния Бурбонов и Габ­сбургов. К войне подталкивала неопределенность, возникшая вокруг авст­рийского престола.

Весной 1744 г. Людовик XV отправился в действую­щую армию, в Мец. Здесь он серьезно заболел и окружающие предположи­ли, что венценосец умрет. Но к радости миллионов французов король остался жив. Популярность государя достигла апогея, именно тогда его и прозвали «Возлюбленным».

На бельгийском направлении француз­ским силам противостояла англо-ганноверская армия. К концу 1747г. Франции удалось захватить все Австрийские Нидерланды и боль­шую часть Голландии.

Однако мирным договором, заключенным в октябре 1748 г. в Ахене эти победы были сведены на нет. Она должна была уступить Силезию Пруссии, некоторые итальянские земли Испании и Сардинскому королевству. Францияже вер­нула захваченные районы Бельгии и Голландии, не приобретя ничего.

Важное значение приобретала позиция России. Логика международных отношений той поры должна была противопоставить ее Франции. Ведь государства «восточного барьера», построенного Францией — Польша, Швеция, Турция — часто находились в конфликте с Россией. В декабре 1756 г. Россия присоединилось к антипрусской коалиции, а Франция оказалась в двойственном положении, вынужденная совмещать свои поползновения в Польше с союзническими контактами с Россией.

Самыми серьезными в ту пору были англо-французские противоречия в связи с колониальной экспансией обеих стран, а также в Европе. Но на заморских территориях на 10 английских поселенцев приходился только один француз. Другим козырем британцев являлся их флот, превосходив­ший французский по количеству кораблей, силе бортового огня и скорости стрельбы в 2—3 раза. Состояние военно-морских сил и ситуация с колони­ями беспокоили Людовика XV, рассчитывавшего, однако, что решающее значение для исхода конфликта будут иметь его сухопутные войска, в мощь которых он верил. Помня о болевых точках в отношениях между Англией и Францией в Германии и Южных Нидерландах, он также полагал, что в условиях разделения Европы на противоборствующие коалиции, франко-британское столкновение быстро перерастет в общеевропейскую войну, главной ареной которой станет Старый континент. Планы монарха не отличались ясностью, обнаруживали прежнее пристрастие к многоходовым комбинациям ради увеличения престижа страны в мире и содействия госу­дарствам, ведомым родственниками французского королевского дома.

Перед Францией же возникла альтернатива: либо немедленные перего­воры и достижение мира, либо расширение и укрепление союзнических связей и попытки продолжить войну до победы. Заключили третий Версальский договор с Австрией, к которому позднее присоединилась Рос­сия.

В 1759 г. англий­ские адмиралы разгромили обе французские эскадры. Франция потеряла Канаду и была разбита в Индии. Стремление опереться на союз с Испанией, с коей подписали «фамильный пакт», принесло не успехи, а новые пораже­ния, правда, благодаря смене британского кабинета и прихода во власть «королевских друзей» во главе с Бьютом условия мира, увенчавшего Семи­летнюю войну, были несколько смягчены, и Франция сохранила часть Антильских островов. Но, лишившись основных заморских территорий, она уже не могла конкурировать с Англией в колониальной экспансии.

Непопулярность Людовика XV увеличилась по ходу развития событий, которые не будет преувеличением назвать политическим кризисом 50-х годов. В отличие от времен Флёри, король играл ведущую роль. При этом он опирался на министров, наиболее сильным из которых являлся генераль­ный контролер финансов Машо. Монарх и Машо ввели новый налог — двадцатину, принципы взимания которой были революционными: в равной мере подлежали обложению все сословия и все территории страны. Недо­вольных было много; особенно возмущалось духовенство, прежде вноси­вшее лишь добровольный дар королю. Из-за его неуступчивости, а также под давлением придворной партии «набожных», поддержанной королев­ской семьей, Людовик отступил. 23 декабря 1751 г. священнослужители освобождались от уплаты двадцатины.

Духовенство оказалось и в центре главного конфликта того времени. Ужесточая позицию в отношении янсенистов, епископат потребовал от умиравших свидетельства об исповеди, подписанные кюре — сторонниками буллы «Унигенитус». В защиту несчастных, не имевших такой бумаги и умиравших без причастия и соборования, и сотен французов, коих та же участь ожидала в будущем, выступили парламенты. Стало общим местом в литературе обвинять магистратов в отстаивании узко-сословных интере­сов от покушений идущего по пути реформ абсолютизма. К священникам, отказывавшим умиравшим в обычном для христианина прощании с земной жизнью, парламентарии принимали жесткие меры вплоть до ареста.

Активно обсуж­далась и идея «единого парламента». В отсутствие Генеральных штатов такой парламент мог претендовать на роль общенационального представи­тельного органа. Ответом стали решительные действия Людовика: самые рьяные оппозиционеры были арестованы, члены Высшей палаты Парижско­го парламента отправлены в ссылку.

Отзвуком политического кризиса явилось покушение Дамьена на Лю­довика XV. Это произошло 5 января 1757 г., когда король уезжал из Версаля в Трианон. Спрятавшись под лестницей на выходе из дворца, злоумышленник нанес монарху удар ножом в бок. Жизненно важные ор­ганы остались не задетыми, но поначалу придворным и самому королю подумалось, что он умрет. В ожидании смены государя военный министр граф д'Аржансон и Машо стали дерзить Помпадур. Но рана быстро зарубцевалась, а незадачливые царедворцы были немедленно отставлены.

Злодея взяли на месте. Приговор поражал садизмом. Было предписано сжечь Дамьену правую руку, затем вырвать раскаленными щипцами куски мяса из разных частей тела, залить раны расплавленным свинцом и кипяченым маслом, и, нако­нец, разорвать с помощью четырех лошадей.

6 августа 1761 г. Парижский парламент запретил иезуитам преподава­тельскую деятельность. В ноябре 1764г. появился королевский эдикт об упразднении Ордена иезуитов во Франции. Тяжелое поражение страны в Семилетней войне, дальнейшее падение своего автори­тета заставили монарха уступить давлению общественного мнения.

В 70-е годы, в последний период своей жизни монарх действовал решительно, в полной мере проявляя политическую волю. То была линия на искоренение феодально-корпоративистских пере­житков в политической и судебной сферах. Одновременно Людовик XV добивался оздоровления финансовой системы.

Особенно впечатляющими были меры, предпринятые канцлером и увенчавшие многолетнюю борьбу короля с магистратами. Все приоб­ретенные должности упразднялись за выкуп. Парламенты и другие высшие суды рекрутировались на конкурсной основе. На одну вакансию выдвига­лось по три кандидата, достигших 25 лет и имевших необходимое образова­ние и практический опыт. Принципиально важным было то, что занявший место получал жалованье от государства, тогда как подношения от тяжу­щихся запрещались и суд становился бесплатным. Предлагалось кар­динальное преобразование: вместо мало зависящих от властей и сплочен­ных корпоративными интересами обладателей должностей появлялись чи­новники, обязанные монархии и продвижением по службе, и материальным благополучием.

Репрессии против оппозиции проходили одновременно с реформирова­нием парламентов. Канцлер сослал 130 парижских и 100 провинциальных парламентариев. Некоторые высшие суды упразднялись. Общее количество магистратов сократилось на 2/3. Территория, подпадавшая под юрисдик­цию Парижского парламента, сильно уменьшилась. Часть прежних парламентариев, а также люди, подобранные канцлером, составили новые судебные органы, презрительно именовавшиеся обществом «парламенты Мопу». Недовольство проявлялось живо, причем среди протестовавших активную роль играли герцоги и пэры. Но о новой Фронде не шло и речи. Магистраты оказались способными только на разговоры, но не на дейст­вия. Победу праздновали реформатор и стоявший за ним король.

Преобразования, осуществленные в последние годы жизни короля, решительность, жесткость и энергия, с которыми они проводились, ставят под сомнение широко распространенный прежде в литературе тезис об отсутствии у Людовика XV политической воли. Жизненный путь монарха скорее свидетельствует о позднем наступлении у него зрелости как государ­ственного мужа. Но сильной стороной деятельности венценосца явились желание и умение учиться на ошибках, постоянное приобретение опыта. Результатом и стал прорыв первой половины 1770-х годов. При этом убеждения и принципы, которыми руководствовался король, оставались неизменными. Людовик XV не представлял себе для Франции иного поли­тического строя, чем абсолютная монархия. Его курс не был реакционным, проникнутым стремлением повернуть страну вспять, к време­нам прадеда. Он, напротив, выкорчевывал укоренившиеся архаичные эле­менты политической системы, реформировал и модернизировал ее, задевая интересы привилегированных.

Но в разгар преобразований, 10 мая 1774 г., король умер, заразившись оспой. Со смертью Людовика XV оборвались и его начинания. Внук покойного Людовик XVI, не удержавшись от популизма, восстановил пар­ламенты в прежнем виде. Абсолютизм стремительно приближался к своей гибели, а стра­на—к «великим потрясениям».

Заключение

Итак, династия Бурбонов являлась правящей во Франции почти два столетия и соперничала с такой династией как Габсбурги. Все монархи были выдающимися личностями. Некоторые их изречения, ставшие личным девизом, вошли в историю и характеризуют период их правления. Эти люди творили историю.

Формой правления Франции была абсолютная монархия. На примере Бурбонов можно проследить этапы развития этой страны: В период их правления Франция была могущественным государством Европы. История правления этой династии осталась в памятниках литературы, архитектуры, скульптуры. После смерти Генриха IV благодарные подданные установили посередине моста Понт-Неф бронзовую статую Бурбона на коне. Или, например, Версаль, дворцово-парковый ансамбль в окрестности Парижа, архитектурный шедевр мирового значения. Был построен «королем-солнце» Людовиком XIV во 2й половине XVII века и был его резиденцией (заложен в 1661г.). Версаль при Июльской монархии стал музеем истории.

Судьба Бурбонов печальна, трагична: или гильотина, или эмиграция. Собственная смерть — это редкое явление, особенно для королевской особы. Людовик XV и Людовик XVIII умерли в преклонном возрасте от болезни.

Список литературы:

1. С.Ф. Блуменау. Людовик XV//Вопросы истории, 2000, № 9.

2. А. Дюма. Амори. т. 46, М., 2000

3. А.Дюма. Сесиль. т. 46, М., 2000

4. А.В. Ревякин. Французская династия Бурбонов, Орлеанов, Бонапартов//Новая и новейшая история, 1992, № 2.

5. А.К. Рыжов. Все монархи мира, М., 2000.

6. Французкие короли и императоры. Под ред. Хартманна. Ростов-на-Дону. 1997.

www.ronl.ru

Бурбоны во Франции

Московская гуманитарно-социальная академия

факультет Международные Отношения

кафедра истории

Курсовая работа по теме:

«Бурбоны во Франции»

Выполнила: студентка 2-го курса группы МО-202

Алчинова Мария Александровна

Научный руководитель:

Егошина В.Н.

Москва 2001

Содержание

Введение………………………….………………………….……..……3

Раздел 1. Бурбоны – старейшая королевская династия Европы………

1.1.Родослоная Бурбонов………………………………………....…4

1.2.Бурбоны - короли Франции……………………………….…….5

Раздел 2. Генрих IV и Людовик XV как выдающиеся представители

династии……………………………………………………………….

2.1.Генрих IV – гугенот………………………………….…………….

2.2.Людовик XV как реформатор………………………….………….

Заключение……………………………………………………..…………40

Список литературы…………………………………………..………...…41

Приложение……………………………………………….……………….

Введение

Курсовая работа посвящена правящей династии Бурбонов во Франции, которые царствовали с XVI-XIX вв. Эта династия представляет большой интерес для истории тем, что самые известные монархи Франции, такие, как Генрих IV, Людовик XIV, XV были выдающимися личностями.

В первой главе представлена родословная, а также краткие сведения о правивших монархах данной династии.

Во второй главе рассмотрена личность Генриха IV как первого представителя данной династии. Здесь описывается его приход к власти, Генрих как политический деятель, Франция периода его правления. Раскрывается вопрос, каким путем гугеноту удалось стать королем Франции, который боролся с протестантизмом и абсолютно не принимал инакомыслящих.

Цель курсовой работы – проследить судьбу династии Бурбонов во Франции: приход к власти, апогей и крах.

Для написания курсовой использованы работы: 1. А.Дюма «Сесиль», «Амори», т.46. М.,2000; 2. С.Ф. Блуменау «Людовик XV»; 3. С.Л. Плешкова «Герих IV Французский»; 4. А.В. Ревякин «Французские династии: Бурбоны, Орлеаны, Бонапарты»; 5. А.К.Рыжов «Все монархи мира»; 6. Французские короли и императоры. Под ред. Хартманна, Ростов-на Дону, 1997.

1. Бурбоны – старейшая королевская династия Европы

Бурбоны (Bourbon) – (младшая ветвь Капетингов) старый французский род, который, благодаря своему родству с королевским домом Капетингов, занимал долгое время французский и другие престолы. Название свое ведет от замка в прежней провинции Бурбоннэ.

1.1.Родословная Бурбонов

Первый сеньор этого рода, упоминаемый в истории, был Адемар. Его четвертый преемник, Аршамбо I, изменил название родового замка, присвокупив к нему свое имя, вследствие чего получилось Bourbon l'Archambault. Соединившись узами родства с королевским домом Капетингов, Бурбоны, как побочная ветвь этого рода, приобрели, после смерти последнего мужского потомка другой ветви, Валуа, законные права на французский престол. Особое значение приобрела линия Вандом (Vendome). При посредстве брака Антона Бурбона, герцога Вандом, с Жанной д'Альбрэ достигла сперва наваррского престола, а затем, после смерти последнего представителя дома Валуа, заняла французский престол, в лице Генриха IV и, наконец, через брак и счастливые войны - престол испанский и неаполитанский. Из других боковых линий можно назвать еще Монпансье, Конде, Конти и Суассон. Династия Бурбонов на французском престоле начинается с Генриха IV, сына Антона, герцога Вандом и короля наваррского, который после умерщвления в 1589 г. Генриха III, последнего Капетинга из дома Валуа, сделался согласно Салийскому закону о престолонаследии прямым наследником французского престола.

От своей второй жены, Марии Медичи, Генрих IV имел пятерых детей, в том числе Людовика XIII. Людовик XIII, женатый на Анне Австрийской, дочери Филиппа III Испанского, оставил двух сыновей: Людовика XIV, и Филиппа, который получил титул герцога Орлеанского и сделался родоначальником младшей Бурбонской династии.

Сын Людовика XIV от брака с Марией-Терезией Австрийской, дочерью Филиппа IV, дофин Луи, умер уже в 1711 году, оставив от брака с Марией-Анной Баварской трех сыновей. оставшийся в живых внук сделался в 1715 г. наследником Людовика XIV, под именем Людовика XV. Последний имел от Марии Лещинской, сына дофина Луи, который оставил наследника Людовика XVI и Луи-Станислава-Ксавье, графа Прованского, который в 1814 году занял французский престол под именем Людовика XVIII Шарля Филиппа, графа Артуа, наследовавшего только что названному брату под именем Карла Х. Людовик XVIII не имел детей, Карл же Х оставил двух сыновей. Со смертью Генриха V в 1883 году угасла старшая линия Бурбонов. Орлеанская линия, вступившая на французский престол в 1830 г. и низложенная в 1848 г., ведет свое начало от второго сына Людовика XIII и брата Людовика XIV, герцога Филиппа I Орлеанского умершего в 1701 г.

1.2.Бурбоны – короли Франции

Во время правления первого Бурбона Генриха IV (1589-1610) большим потрясением для монархии и единства страны стали начавшиеся в 1562 г. религиозные вой­ны — католической партии противостояли кальвинис­ты, очень сильные и влиятельные, несмотря на то, что гугеноты тогда составляли менее 10% всего насе­ления. Лишь перешедшему в католичество бывшему протестантскому вождю, ставшему позже королем, удалось восстановить религиозный мир и един­ство королевства. Нантским эдиктом от 1598 г. он предоставил протестантам религиозную свободу, га­рантированные позиции, безопасность нрава, которых тогда не имело в Европе ни одно конфессиональ­ное меньшинство. Гибкий, обладавший незаурядным умом, первый Бурбон Генрих IV смог укрепить цен­тральную власть. С 1624 г. первые кардиналы Ришелье и Мазарини при Людовике XIII (1610-1643) и Людовике XIV (1643-1715) целеустремленно развивали его достижения и строили дальше абсолютную монархию. Примеру «ко­роля-солнце», Людовика XIV подражала вся Европа; нравы его дво­ра, этикет, даже сам французский язык пользовались неслыханной популярностью; его роскошный дворец в Версале стал недостижимым образцом для бесчис­ленных князьков. Он держал в своих руках нити всех политических интриг страны, Версальский двор со строго отрегулированным этикетом стал центром, от­куда исходили все решения, на всю страну струились лучи великолепия и роскоши. Даже в эпоху самого Людовика XIV абсолютизм был изрядно огра­ничен действующим основным законом, привилегия­ми, особенно в провинциях и на местах, и многими другими факторами. Во внутренней политике Людо­вик пытался в соответствии с принципом «один ко­роль — одна религия» добиться религиозного единст­ва подданных — конфликтуя с папой и янсенистами, преследуя гугенотов. Во внешней политике его стрем­ление к гегемонии во время войны за Испанское на­следство (1701—1714) натолкнулось на сопротивле­ние всей Европы. Войны, в которых он искал военной славы, привели Францию к серьезным экономичес­ким затруднениям.

Чтобы быть абсолютным монархом, Людовик XIV с неподражаемым искусством играл тяжелую роль «вездесущего» короля. Эта роль была под силу лишь человеку со столь крепким здоровьем, сильной само­дисциплиной, мощной волей и неслыханной работос­пособностью, какими обладал «король-солнце».

При Людовике XV (1715 - 1774) первому министру Флери (1726—1743) с помощью политики мира, организаци­онной работы и стабилизации валюты удалось вновь консолидировать страну: монархия достигла наибольшего расцвета, олицетворяя величие, могущество и стабильность государства.. Однако, в ходе неудачных войн (война за Австрийское наследство 1740—1748 гг. и Семилетняя война 1756—1763 гг.) с Англией она опять потеряла значительные территории в Европе и за морем. К тому же непомерно вырос ее долг.

Но в последней четверти XVIII в. приближение капиталистической эпохи ознаменовалось обострением всех общественных противоречий, внешним прояв­лением которых явился затяжной финансовый кризис государства. Людовик XVI, вступивший на престол в 1774 г., пытался поправить положение. Но непосле­довательные реформы, проводившиеся им "сверху", не дали ожидаемых резуль­татов. И тогда он был вынужден уступить общественному мнению, требовав­шему проведения глубоких реформ и добивавшемуся участия в управлении го­сударством представителей "нации". Людовик XVI решил созвать Генеральные штаты, открытие которых в мае 1789 г. послужило детонатором глубокой, все­охватывающей и кровопролитной революции.

Период Великой французской рево­люции нередко сравнивают с лабораторией, в которой опробовались различные формы устройства государственной власти: конституционная монархия, демокра­тическая республика, революционная диктатура и т.д. Причем все режимы, ос­нованные на демократических и республиканских принципах, быстро саморазру­шались, обнаруживая свою неэффективность. К началу XIX в. страна скатилась к военной диктатуре, вскоре укрывшейся за пышным фасадом империи. Принцип монархии - наследственная единоличная власть - возобладал, однако он был вы­ражен в форме отрицания легитимной монархии.

То обстоятельство, что Людовик XVI умер не своей смертью, окруженный скорбящими родственниками, а был казнен по приговору революционного три­бунала, наложило отпечаток трагизма на всю его судьбу и обусловило поляр­ность мнений о нем. Для одних, склонных видеть в Людовике XVI невинно убиенного мученика, он был добрым королем, страстно увлекавшимся охотой и всякими ручными поделками, особенно слесарными, но вместе с тем обладавшим и обширными научными познаниями, главным образом в области географии. Для других, считавших его казнь заслуженной карой, Людовик XVI был прежде всего тираном, вставшим на пути прогрессивных преобразований, а потому и сброшен­ным с трона. Постепенно к власти пришел Наполеон Бонапарт, представитель новой династии, вошедший в историю как Наполеон I. Династия Бурбонов на время сошла с политической арены. Но в 1815 году, когда император признал свое поражение, Бурбоны снова сели на трон.

Сразу после смерти Людовика XVI в 1793 году его брат, граф Прованский, находившийся в Вестфалии, провозгласил Луи-Шарля королем Людовиком XVII, а себя объявил регентом при племяннике. Новому королю присягала эмиграция, его признали европейские дворы. Но сам маленький монарх именно в это время начинает болеть, на организме ребенка начинают сказываться испытания последних лет. 8 июня 1795 года он умер в парижской тюрьме Тампль в десятилетнем возрасте.

24 июня 1795 г., когда известие о смерти племянника достигло графа Про­ванского, последний был объявлен королем Людовиком XVIII. Он больше под­ходил на роль политического лидера, чем Людовик XVI. С самого начала рево­люции граф Прованский требовал от своего старшего брата решительного отпора противникам монархии. В 1790 г. он даже пытался отстранить короля от власти, чтобы самому управлять страной в качестве наместника королевства. В 1791 г. он одновременно с Людовиком XVI ударился в бега, но оказался удач­ливее брата, благополучно добравшись до Брюсселя. Во главе контрреволю­ционной эмиграции граф Прованский в 1792 г. воевал против Франции на стороне интервентов, а в 1793 г. помчался в Тулон, занятый в то время англичанами, но опоздал - крепость сдалась в руки республиканцев. Возможно, лишь ухудшение здоровья удерживало его в дальнейшем от ратных подвигов.

Все невзгоды разом отодвинулись в прошлое после отречения Наполеона Бонапарта 5 апреля 1814 г. Около трех часов ночи в замок Хартвел прискакал гонец с долгожданным известием: "Сир, отныне Вы король!" - "Разве я и раньше не был королем?" - с этими словами Людовик XVIII отправился спать. Это был ответ человека, непоколебимо уверенного в своих династических правах на ко­рону.

Но Людовик XVIII вполне отдавал себе отчет, как непросто ему будет править в стране, где за четверть столетия его отсутствия выросло поколение людей, не знавших Бурбонов и не испытывавших к ним никаких добрых чувств, кроме, может быть, любопытства. Поражение монархии в 1789-1792 гг. послу­жило для него серьезным уроком. Единственный из Бурбонов он твердо придерживался мнения: или монархия будет дополнена конституцией, или ее уже не будет никогда.

24 апреля 1814 г. Людовик XVIII высадился с корабля в Кале, откуда от­правился в замок Сент-Уан. Здесь в ходе переговоров с делегацией Сената (од­ной из палат империи) и был заключен имевший большое значение для всей Европы компромисс между Капетингом и представителями новой Франции: ко­роль царствует в силу божественного права, но своим подданным он дарует Хартию (конституцию), ограничивающую его власть. Он оставлял за собой всю полноту исполнительной власти, а законодательную делил с двухпалатным пар­ламентом. Палата депутатов формировалась на основе цензового избирательно­го права, палата пэров назначалась королем.

Это был важный политический прорыв к гражданскому миру и цивилизации. После долгих лет деспотизма Наполеона I Франция по своему государственному устройству приблизилась к уровню передовых государств того времени - Англии, США. Перед ней открылась возможность прекращения гражданских распрей и мирного эволюционного прогресса, обеспечивающего права и свободы граждан. И не беда, что начало царствования Людовика XVIII не было безоблачным - Сто дней Наполеона, волна белого террора, антиправительственные заговоры. После исторической эпохи внутренней и внешней войн, подавления свобод, насилия над личностью нельзя было ожидать от французов образцового правосознания. Да и сами правовые механизмы взаимоотношений граждан и государства еще только складывались.

Людовик XVIII был бездетен и лишен надежды когда-либо иметь детей. Его брак с Луизой-Марией-Жозефиной Савойской, которая умерла в 1810 г., был чистой формальностью. В этих условиях наибольшими правами на корону обладал его младший брат граф д'Артуа. Но ко времени возвращения во Фран­цию оба они были уже не молоды - одному исполнилось 59, другому - 57 лет. Никакой уверенности в том, что Людовик XVIII успеет передать корону брату, не могло быть. Правда, у последнего было двое сыновей.

В начале 20-х годов здоровье короля, резко ухудшилось. Его совсем перестали слушаться ноги, и отныне все время он про­водил в большом кресле-каталке, за что насмешники тут же окрестили его "королем-кресло". 16 сентября 1824 г. Людовик XVIII умер.

Под именем Карла Х корону унаследовал граф д'Артуа (1757-1836). Не слишком усерд­ный в науках, легкомысленный и упрямый, склонный к мимолетным увлечениям, но и способный на серьезную привязанность, новый король во многих отноше­ниях был противоположностью своему более основательному и благоразумному предшественнику. Летом 1789 г. граф д'Артуа в спорах с Людовиком XVI на­стаивал на самых решительных мерах против своевольных депутатов третьего сословия. При этом он настолько скомпрометировал себя, что немедленно после падения Бастилии был вынужден податься за границу. Вокруг него и стала группироваться контрреволюционная эмиграция. Он был непременным организа­тором и участником всех основных ее военных акций против революционной Франции. Поражение монархической контрреволюции заставило его умерить пыл. Он поселился в Англии, где и жил до 1814 г.

Граф д'Артуа был женат на Марии-Терезе Савойской, сестре жены Людови­ка XVIII, но своим вниманием ей не докучал. Исключительное место в его жизни принадлежало другой женщине - мадам де Поластрон, двоюродной сестре гер­цогини Полиньяк, фаворитки Марии-Антуанетты. Связь с ней определила судьбу будущего короля. Перед смертью в 1805 г. мадам де Поластрон взяла с него слово, что он прекратит разгульную жизнь, которую до сих пор вел, и обратится к Богу. С этого времени граф д'Артуа стал ревнителем нравственности и благо­честия, попав под влияние аббата Латиля, духовника своей бывшей любовницы.

Граф д'Артуа активно участвовал в восстановлении монархии. В марте 1814 г. он вел переговоры с союзниками, а 12 апреля въехал в Париж и в тече­ние нескольких дней до прибытия Людовика XVIII управлял Францией в качест­ве наместника королевства.

Одним из первых его шагов в области внутренней политики стала отмена цензуры печати. В следующие полтора-два года Карл Х предпринял такие меры, которые ущемляли коренные интересы или убеждения широких слоев населения, в частности и значительной части правящей элиты. Из армии уволили 250 наполеоновских генералов; закон о святотатстве карал смертной казнью за осквернение святых даров; закон о так называемом миллиарде для эмигрантов (т.е. возмещение ущерба тем, кто в годы революции бежал из страны) оскорблял патриотические чувства большинства французов, разделив­ших судьбу родины во время революции т.д. Часть консервативной партии под давлением общественного мнения перешла в оппозицию. Страна приближалась к политическому кризису.

Фактически Карл Х отказался от политического наследия Людови­ка XVIII, который пытался соединить - и на первых порах небезуспешно -божественное право королей с конституционным правом нации. Карл Х пред­почитал видеть в Хартии лишь одну из традиционных "вольностей", даруемых королем своим подданным. Он избрал путь отказа от компромисса 1814 г., не представляя, что тем самым подрывает политическую основу монархии.

Людовик XVIII за десять лет своего правления так и не выбрал времени для церковной коронации, хотя до него не было случая, чтобы король уклонился от таинства миропомазания, т.к. он опасался стать королем "в большей мере", чем того хотели французы. Иначе повел себя Карл X. Стремясь подчеркнуть богоданность своей власти, он короновался 29 мая 1825 г. в Реймском соборе.

На выборах в палату депутатов 1827 и 1830 гг. либеральная оппозиция дважды подряд одержала убедительную победу. Политический кризис достиг величайшего накала. И тогда Карл Х своими действиями ускорил развязку. В августе 1829 г. он назначил правительство во главе с герцогом Жюлем де Полиньяком, перед которым была поставлена задача - восстановить королевский абсолютизм.

Во исполнение его воли и появились ордонансы 25 июля 1830 г. об отмене свободы печати, роспуске палаты депутатов, повышении избирательного ценза и назначении новых выборов в палату. Карл X, подписал ордонансы.

Протест журналистов и печатников, потерявших работу на основании ордо­нансов, получил массовую поддержку. Спустя два дня Париж полностью оказался во власти повстанцев. Лишь спустя 5 дней он наконец дал согласие на отставку правительства Полиньяка и отмену ордонансов. Но деятели либеральной оппозиции, верховодившие в Па­риже, попросту отмахнулись от него. Оставленный всеми, 2 августа Карл Х под­писал отречение от престола в пользу своего малолетнего внука.

В конце периода Реставрации Франция была страной во всех отношениях более благополучной, чем в начале. Приметы общего подъема наблюдались в промышленности, сель­ском хозяйстве, технике, науке, не говоря уже о литературе и искусстве, для которых Реставрация была едва ли не золотым веком. Немалая заслуга в том принадлежала Бурбонам, которые обеспечили стране минимум условий для пло­дотворной созидательной деятельности - мир и относительно высокий уровень гражданских и политических свобод. Но Бурбоны не сумели до конца исполь­зовать тот шанс, который предоставила им история в 1814 г. Вместо того, чтобы уверенно повести страну по пути развития парламентаризма, укрепления консти­туционных прав и свобод граждан - пути, который единственно обещал выжи­вание монархии в новых исторических условиях, - они, особенно в правление Карла X, своими недальновидными действиями способствовали разгоранию граж­данских распрей.

Карл X, подписав отречение в пользу внука, потребовал и от своего сына по­ступить так же. Можно представить себе чувства герцога Ангулемского, всю сознательную жизнь готовившегося принять корону и в решающий момент вы­нужденного от нее отказаться. Но те несколько минут, пока он не подписал от­речение, формально он считался королем. Он и вошел в историю династии под именем Людовика XIX, поставив печальный рекорд самого короткого царст­вования.

Политика реставрации Карла X, правившего страной с 1824 г., в 1830 г. привела к революции и установле­нию Июльской монархии; королем стал Луи-Филипп, герцог Орлеанский (1773-1850). После революции 1848 г. и этому королю-буржуа пришлось отречься от престола. Когда 10 декабря 1848 г. подавляющим большинством голосов президентом республики был избран Луи-Наполеон Бонапарт — воодушевленный идеей во всем следовать своему знаменитому дяде, — конец республики был предрешен. Затем он был вначале про­возглашен главой государства, а потом проведенный им народный референдум 21 ноября 1852 г. в законном порядке признал его императором.

2. Генрих IV и Людовик XV как выдающиеся представители династии Бурбонов

2.1. Генрих IV – гугенот

Генрих IV — первый представитель династии Бурбонов, последней правив­шей на французском престоле. После Карла Великого он стал первым французским королем, прозванным Великим. Французы связывали с его именем конец религиозных (гражданских) войн 1562—1594гг. и обретение права на свободу вероисповедания.

Личность Генриха IV всегда привлекала внимание своей неординарнос­тью. На французском престоле впервые оказался бывший еретик. Преемник наихристианнейших королей, защитников католической церкви был кальвинистом и отрекся от протес­тантской веры в ходе последнего акта гражданских войн на марше перед воротами Парижа. Боль­шое любопытство вызывала частная жизнь короля: невольник женщин был известен бесчисленными победами. И даже насильственная смерть Ген­риха IV, потрясшая Францию, породила много разных слухов, дав импульс к появлению легенд о короле и его деяниях. На политической арене Фран­ции появился король, восхищавший и удивлявший современников своей нетрадиционностью во взглядах и действиях.

Генрих IV родился 13 декабря 1553 г. в Беарне в фамильном замке По, принадлежащем его деду по материнской линии королю Наварры Генриху д'Альбре. Наследника нарекли в честь деда. Отец младенца — первый принц крови Антуан Бурбон, герцог Вандом, владелец герцогства Вандом, а также графств и бароний на севере Луары. Мать Генриха, давшая ему титул короля Наварры,— Жанна д'Альбре, дочь Маргариты Наваррской и Генриха д'Альбре. По материнской линии Генрих приходился внучатым племянником королю ФранцискуI (1515—1547).

Начиная с 1560г., жизнь юного Бурбона, едва достигшего семилетнего возраста, изменилась. Причиной этого стали два обстоятельства, сыграв­шие существенную роль в судьбе Генриха. Первое было связано с новообращением Жанны д'Альбре. Королева Наварры приняла кальвинизм, пуб­лично объявив о своем выходе из католической церкви занялась насаждением протестантизма в Наварре. Малолетний Генрих был обращен матерью в новую веру.

Обращение Генриха в протестантизм произошло в те годы, когда Фран­ция стремительно приближалась к гражданским войнам. С распространени­ем кальвинизма длительная социальная напряженность, сопутствовавшая абсолютизму, подогревалась конфессиональными разногласиями. Королева Екатерина Медичи сделала первого принца крови Антуана Бурбона генеральным наместником Франции. Новое положение обязывало принца крови находиться при дворе. Так, в 1561 г. семья Антуана Бурбона — его жена Жанна д'Альбре и двое детей Генрих и Екатерина — оказались в Париже. 8-летний наследник Бурбона удостоился чести сидеть за одним столом — между юным Карлом IX и его сестрой Маргаритой Валуа. С этого времени будущий король Франции был вынужден под­чиняться чужой воле в лице королевы-матери, став заложником ее полити­ки. Это было второе роковое событие в жизни Генриха.

Личная драма юного Генриха разыгрывалась на фоне общей трагедии, которую переживала Франция, вступив в 1562 г. в гражданскую войну. В год начала гражданских войн Генрих становится первым принцем крови: смерть отца позволяет ему занять его место. Девятилетнего наслед­ника Антуана Бурбона удостаивают всеми почетными титулами. Беарнский принц назначается губернатором и адмиралом Гиени. В 13 лет он был признан наследником всех владений своей матери Жанны д'Альбре. Коро­лева Наварры возила его в Беарн на встречу с местными протестантами.

Свое первое боевое крещение 15-летний Генрих Бурбон принял в Ла-рошели в 1568—1569гг., находясь рядом с главой протестантской партии принцем Конде и адмиралом Колиньи. Юноша обнаружил недюжинные военные способности в столкновении с армией католиков и по праву разделил победу с протестантами, захватившими крепости в провинциях Они, Сентонж и Керси.

Проект бракосочетания Генриха с Маргаритой Валуа был привлекательным для обеих сторон. Жанна д'Альбре рассчиты­вала женитьбой сына укрепить свое положение не только в Наварре, но и во Франции. Екатерина Медичи видела в браке двух семей королевской крови разрешение конфессионального вопроса — мирное сосуществование двух религий и, кроме того, расширение владений французского дома за счет присоединения протестантского юга. Для Генриха брак сулил очевидные выгоды: он расширял перспективы получения большей власти.

Свадьба состоялась 18 августа 1572 года. Мар­гарита Валуа и Генрих Наваррский 28 лет официально считались суп­ругами. События в ночь на 24 августа (на св. Варфоломея) были лишь одним из эпизодов гражданских войн. Именно здесь казнили адмирала Колиньи и истребили цвет провинциального протестантского дворянства, собравше­гося по случаю свадьбы. Более того, угроза нависла и над Генрихом Наваррским. И наваррец вынужден был отречься от протестантизма и вернуться в лоно католичества. Новоявленный король, власть которого не была освящена (протестанты исключали эту необходимость), стал укреплять армию, превращать города в крепости и готовиться к войне. Одновременно он провел частичную секуляризацию богатств католической церкви. В эти годы у него выработался свой принцип управления, которого он старался придерживаться и позже, став королем Франции,— укреплять связи с провинциями. Он верил, что сила власти в ее поддержке не столько в центре, сколько в провинциях. Залог доброго управления Генрих Наваррский видел в умело подобранных советниках. Молодой король отбирал членов своего ближайшего окружения, ориен­тируясь на профессионализм и вассальную преданность советников. И хотя он стремился опираться на протестантов, в его совете были и католики.

Мирный период в жизни Генриха Наваррского был прерван в связи со смертью младшего Валуа герцога Алансонского, кончина ко­торого означала угасание правящей династии: царствующий 33-летний Генрих III не имел потомства. Единственным законным наследником пре­стола оставался принц крови Генрих Наваррский — представитель новой династии Бурбонов. В его лице официальный Париж видел союзника, могущего противостоять оппозиции абсолютной власти Генриха III

Между тем, предвидя возможный союз Генриха Наваррского с Ген­рихом III, оппозиция в лице Католической лиги вместе с папой предприняли бешеную атаку на наваррца. В 1585 г. была обнародована булла папы Сикста V, в которой Генрих Наваррский объявлялся еретиком. Этот дерз­кий шаг имел своей целью лишить законного наследника французского престола права на корону. Оппозиция торжествовала победу, она выдвига­ла на королевский престол своего кандидата — старого Карла Бурбона, дядю Генриха Наваррского. Это был вызов, брошенный власти, проявление неприятия ее политики. Ситуация осложнялась и тем, что во внутриполитические дела Франции вмешались внешние силы. Испанский король Филипп II поддержи­вал католическую оппозицию и Карла Бурбона, рассчитывая в случае удачи на признание испанской инфанты Изабеллы первой претенденткой при выборе супруги французского короля. В это ответственное время армия Генриха Наваррского начала военные действия. 7 долгих лет, отражая сопротив­ление и терпя поражения, Генрих Наваррский боролся за престол и за независимую Францию. Все эти годы на его пути стояла католическая оппозиция, поддерживаемая церковью и папой. В смертельной схватке с оппозицией в 1589г. погиб последний представитель правящей династии король Генрих III.

В августе 1589 г. на правах законного наследника французского престо­ла протестант Генрих Наваррский выступил с декларацией, в которой обещал поддержать во Франции римско-католическую религию в ее целост­ности, более того он уверял, что имеет большое желание просветить себя в католическом вероучении, для чего имеет намерение разрешить галликан­ской церкви созвать национальный собор. Декларация не предусматривала нарушения социального статуса ни католиков, ни протестантов, однако обещала вернуть католикам отнятое у них имущество.

Дворянство же в общей массе было недовольно заявлением претендента на престол. Кроме того, к концу 1589 г. почти все крупные города выступали за Католическую лигу. На стороне Генриха Наваррского оставались южные и западные города, образовавшие центр верности. В противовес Испании и папе король Навар­ры мог рассчитывать на помощь английской королевы, немецких протес­тантских князей, Нидерландов и Венеции. Но союзники ставили свои ус­ловия. Положение складывалось непростое.

Генрих готовился к осаде Па­рижа. Он решил отрезать его от источников снабжения и за­ставить голодных парижан сдаться. В январе 1593 г. в осажденном Париже собралась ассамблея сторон­ников Лиги. На этом собрании в нарушение традиции престолонаследия был поставлен вопрос о выборах короля. Между тем эта ситуация подтолк­нула Генриха Наваррского на решение об отречении от протестантской веры, которого давно от него ожидали. Еще пять лет назад об этом не могло быть и речи. «Дьявол меня опутывает,— писал Генрих Наваррский Диане д'Андуен. Если я не буду гугенотом, то буду турком. Меня хотят подчинить, мне не дают быть тем, кем я хочу»*. Но время изменило положение и поставило наследника престола перед выбором.

Не считая возможным в данный момент лично явиться в Рим к Клементу VIII, он ограничился посланием. Папа не ответил дерзкому наваррцу. И наследник престола при поддержке галликанской церкви короновался без папского благословения.

27 февраля 1594г. вопреки традиции в Шартре, а не в Реймсе, состо­ялась торжественная коронация. Генрих дал клятву на Евангелии, обещая содействовать своим подданным жить в мире с Божьей церковью и изгнать с королевской земли всех еретиков.

Спустя почти месяц после коронации, вечером 22 марта 1594 г. Ген­рих IV без боя вошел в Париж. Однако не все города безоговорочно приняли короля. Жители ряда городов как на севере, так и на юге Франции не безуспешно пытались выкупить свои городские свободы и право на отправление протестантского культа.

Отречение и коронация Генриха Наваррского без санкции римского престола вызвали неоднозначную реак­цию как в самой Франции, так и в Риме. Генрих IV, объявив себя защитником католической церкви, вовсе не желал разрыва с Римом. Осенью 1595 г. в Риме папа Климент VIII согласился заочно принять отречение и, отпустив грехи, ввести французского короля в католическую церковь. Папа наконец назвал Генриха IV наихристианнейшим королем Франции и Наварры.

Первый Бурбон на французском престоле не желал выступать ни как покровитель реформированной церкви, ни как наихристианнейший король. Государственные интересы ставились выше конфесси­ональных.

*Lettres missives, vol. 5, P. 19 (Пер. с фр.)

Забота о дворянстве составляла одно из главных направлений монар­шей политики. Он ввел налог на право наследования должности («полетта»), который благодаря практике продажи государственных долж­ностей сулил большие деньги. Это нововведение приводило к кон­солидации и независимости служилых мужей от короны.

Генрих IV прибег к созданию нового института интендантов. На места направлялись пред­ставители короля — интенданты, которым доверялось претворение в жизнь королевских решений. С их помощью провинции крепче привязывались к центру. Постоянная смена этих людей преследовала цель не допускать злоупотреблений.

Таким образом, путем разумных уступок, сочетавшимся с радикаль­ными мерами король укрепил свою власть. Особое место занимало раз­решение конфессионального вопроса. Его острота не ослабела даже после гражданских войн.

Декларированное равенство в правах могло быть реализовано протестантами в крайне ограниченных пределах. Нантский эдикт юридически оформил права католи­ков и протестантов, и король выступил гарантом этих прав. Эдикт не лишал протестантов гражданских прав — на образование, на медицинскую помощь и на ритуальные услуги этих прав, но в католической Франции не было достаточного количества учебных заведений протестантской ори­ентации, а госпитали, как и кладбища находились под опекой католической церкви, ревностно оберегавшей свои привилегии.

В то же время Генрих IV был вынужден пойти на уступку: сохранить за протестантами право на военные крепости в юго-западной Франции, фак­тически признав сохранение протестантской конфедерации, возникшей в 1575 году. Эта уступка стала ценой внутреннего мира и расплатой за военную помощь, оказанную протестантами Генриху IV в войне с Испанией в 1595—1598 годах.

К тому времени, когда Генрих Наваррский был признан королем Франции и Наварры, ему было 42 года. Борьба за престол и заботы о будущем монархии превратили некогда цветущего рыцаря, гордившегося своим крепким здоровьем, в старика.

Им была упорядоче­на придворная система. Двор стал не только символом, но и местом власти. Изменились придворные праздники. Знаменитые турниры заменили карусель, театрализованные представления: живые картины и балет. Помимо балета двор любил музыкальные вечера.

В конце 1599 г. Генрих IV получил развод, взяв в супруги Марию Меди­чи, кузину Екате­рины Медичи.

День рождения наследника пре­стола будущего Людовика XIII 27 сентября 1601г. стал национальным праздником, торжественность которому придавало то обстоятельство, что Франция не знала дофина со времен Генриха II. Последние Валуа были бездетными и умирали в молодом возрасте. По такому случаю стреляли из пушек во всех французских городах и чеканили медали с изображением дофина Людовика в образе Геркулеса, голыми руками расправляющегося со змеями.

На жизнь Генриха IV неоднократно покушались, и умер он от руки монаха в 1610 г. Убийца вскочил на подножку кареты во время ее вынужденной остановки и через оконце ножом нанести королю три смертельных удара в грудь. Раскаявшийся еретик, введенный папой в лоно католической церкви, был убит. Свершился приговор, вынесенный Генриху IV не только римско-католической церко­вью и папистами, но и силами в самой Франции, не признававшими новаций, увидевшими в действиях короля наступление на традиционные права знати. Политика компромиссов стремление поставить государствен­ные интересы выше конфессиональных обернулись для Бурбона смертью.

Его представляли защитником вдов и сирот, страдальцем и благодетелем, а также рыцарем Ренессанса. Его изображали рядом с Цезарем, Александром Македонским, Карлом Великим и даже с Геркулесом. Апология Генриха IV заняла видное место во французской правовой мысли. Фигура Генриха IV стала воплощением национального единства и государственного суверенитета. На волне защиты национальных интересов появилась целая серия трактатов о правах и суверенитете французского короля, авторы которых стремились доказать богоизбранность Франции, ее королей и богоугодность француз­ской системы государственного управления. Абсолютная монархия, над укреплением которой трудился Генрих IV, набирала силу.

2.2. Людовик XV как реформатор

Эпоха правления Людовика XV и сама личность монарха породили в научной литературе разные характеристики. Но преобладают два несовместимых истолкования. Одни историки рисуют короля апатичным, вялым, ленивым властителем. По их мнению, этот пресыщенный развратник, промотавший огромные средства на прихоти своих метресс, совсем не занимался государственными делами. А если верить приписываемым Людовику высказываниям: «На мой век хватит», «После нас — хоть потоп»**, то окажется, что он еще и цинично оправдывал подобный образ жизни. Отместкой за такое поведение стали внешнеполити­ческие провалы, утрата Францией высокого престижа в мире, потеря коло­ниальной империи. Под пером части авторов король предстает человеком, совершенно неспособным реагировать на вызовы времени. У их читателей складывается мнение, что политический курс этого монарха предопределил крах старого порядка, а несчастный внук и преемник — Людовик XVI только поплатился за ошибки и грехи деда.

**А. Дюма. «Сесиль». Собрание сочинений. Т 46, М., 2000

Другая же группа исследователей обращает внимание на полученное Людовиком XV хорошее образование, его любознательность и ум. Он вовсе не отличался цинизмом, а, напротив, испытывал душевные муки, когда присущая ему сильная религиозность наталкивалась на увлечение прекрас­ным полом. Констатируют привязанность монарха к родственникам, его чадолюбие. Историки с симпатией сообщают о нелюбви короля к пышным официальным церемониям, о стремлении поскорее оказаться в уютном мире близких друзей и семьи. Приятным выглядит в их изображении и политическое лицо Людовика XV. Предполагается, что, если рутиной занимались высшие сановники, то контроль за положением дел находился все же в руках венценосца. У него были ясные и твердые принципы, и он весьма последовательно реализовывал их в политической практике. Король вовсе не боялся реформ, а нововведения в судебной и административных сферах, осуществленные им в конце жизни, могли ослабить кризисные явления в обществе.

В 1711 г., не дожив до 50 лет, умер дофин— дед будущего короля. В 1712 г. смерть от кори унесла родителей мальчика — нового престолонаследника герцога Бургундского и Марию-Аделаиду Савойскую, а также его старшего брата герцога Бретонского. Случившееся повергло в отчаяние главу дома — Людовика XIV, чей необычно долгий (72 г.) срок царствования подходил к концу. Будущее французских Бурбонов тонкой нитью надежды связывалось с уцелевшим правнуком короля. Реальная власть при короле-ребенке все же сосредоточилась в руках Филиппа Орлеанского, сделавшего­ся регентом.

Людовик XV стал монархом в 1715 г. в возрасте пяти лет. В жизни сироты многое зависело от воспитателей. Женился юный монарх в возрасте 15 лет. Бракосочетание с Марией, дочерью польского короля, лишившегося трона, Станислава Лещинского, состоялось 5 сентября 1725 года. Поначалу семейная жизнь складывалась удачно. Король полюбил супругу. Быстро увеличивалось по­томство. С 1727 по 1737 гг. королева родила десять детей и среди них дофина — Луи Фердинанда.

16-летний монарх отстранил от власти и сослал герцога де Бурбона и даже объявил о начале личного правления. В действительности же он переложил бремя трудов по управлению страной на своего настав­ника. Не будучи формально первым министром, кардинал де Флёри фак­тически играл при Людовике XV ту же роль, что кардинал Ришелье при Людовике XIII. Он сохранял эти позиции с 1726 г. до самой смерти в 1743 г., немного не дотянув до 90-летия.

Вскоре у короля появилась новая возлюб­ленная, которой удается намного превзойти прежнюю в своем влиянии на ход дел в королевстве. В отличие от нее, она происходила совсем не из дворянской среды. Но эта молодая особа, в девичестве Жанна Пуассон, как метеор ворвалась на вершину французской элиты и стала широко известна миру под именем маркизы Помпадур. Она получила прекрасное воспитание и блестящее образование, что впослед­ствии облегчило ей существование в высшем свете.

Маркиза немало сделала для людей искусства, обеспечила талантам комфортные условия существования, стимулировала их творческие усилия. Но была и оборотная сторона медали: невероятные траты на свои прихоти. Один только Бельвю стоил 3 млн. ливров, а вообще на нужды фаворитки израсходовали 36 924 140 ливров. Обыватели не знали этих цифр, но роскошь била в глаза тем, кто не всегда имел и скудный достаток. Народ­ная ненависть постоянно сопровождала возлюбленную короля и прорыва­лась в многочисленных пуассонадах (по девичьей фамилии Помпадур — Пуассон) — стишках и эпиграммах.

Слабые легкие свели ее в могилу 15 апреля 1764 г., в возрасте 42 лет. Людовик XV тяжело переживал смерть мадам де Помпадур. В течение нескольких лет после кончины маркизы у Людовика не было официальной метрессы.

Вслед за ней в течение нескольких лет скончались и другие близкие королю люди — его сын и наследник престола Луи-Фердинанд, жена последнего — Мария Иозефа Саксонская, супруга самого монарха — Мария Лещинская. Это было жестоким ударом судьбы для человека, больше всего ценившего маленький уютный мирок семьи и друзей. Именно здесь он становился самим собой и вел себя естественно. Смерть близких подвигла короля к раскаянию.

Особенно теплыми были отношения с дочерьми. Король любил общаться с ними, тяжело переживал разлуку, когда они воспитывались в монастыре. Но проявлял и известный отцовский эгоизм при решении их личных судеб. Выйти замуж за поддан­ного французской короны считалось для королевских дочерей ниже досто­инства. Принцессе Гэнриэтте не позволили брак даже с герцогом Шартским из орлеанской ветви правящей династии. В результате, кроме старшей — Марии Луизы Елизаветы, вышедшей замуж за испанского инфанта Филип­па, остальные сестры остались в одиночестве.

Достигнув совершеннолетия, Людовик принимал постоянное учас­тие в еженедельных заседаниях Верховного совета, Совета депеш. Королев­ского финансового совета. Экономическими вопросами занимались Флёри и генеральный контролер финансов Орри и добились равновесия между расходами и доходами казны, неизменности золотого и серебряного содержания французских металлических денег и других позитивных результатов. Зато в сфере религии и, особенно, во внешней политике ощуща­лось и непосредственное влияние короля на ход событий.

Традиционное и жесткое соперничество за преобладание в Европе сталкивало Бурбонов с могущественными Габсбургами. Хотя эта династия и пресеклась в Испании, другая ее ветвь владела обширной Австрийской державой и сохраняла за собой германский императорский титул. В борьбе с главным противником Франция опиралась на выстроенный ею «восточ­ный барьер» из дружественных стран: Османской империи, Польши, Шве­ции. Союзы крепились с помощью субсидий. Отношения с другим ведущим европейским государством — Англией казались более подверженными ме­нявшейся внешнеполитической конъюнктуре. Если Франция значительно сократила бюджетные ассигнования на флот, то Англия, наоборот, наращивала военно-морские силы.

Людовик XV, придавая меньшее значение непосредственным завоеваниям, добивался укрепления союзнических связей Франции, роста ее влияния в Европе и мире, ослабления позиций главных противников. Различия в представлениях о внешней политике сказались на польских делах, когда в 1733 г. скончался король этой страны Август II Сильный. Людовик XV хотел посадить на освободившийся трон своего тестя, уже занимавшего его прежде. Флёри же не возражал против передачи польской короны сыну умершего саксонскому курфюрсту, чего добивалась уже при­выкшая влиять на соседнее ослабевшее государство Россия и союзная с ней Австрия. Но фактический глава правительства не собирался перечить мо­нарху и Франция пошла на огромные траты, приведшие к избранию Стани­слава Лещинского королем. В ответ российская императрица Анна Иванов­на направила в Польшу многотысячный воинский контингент, что стало решающим аргументом для избрания сеймом уже Августа III. Укрывшему­ся в Данциге Лещинскому оставалось ждать французского вмешательства. Франция послала помощь. Но кардинал, не без основания, полагал, что появление на Балтике большой французской эскадры вызовет негодова­ние англичан. В таких условиях Данциг капитулировал, а Лещинский бежал из Польши.

Эти события были только частью «войны за польское наследство», в которой главными контрагентами выступали Австрия, с одной стороны Франция и Испания,— с другой. При этом империя Габсбургов терпела чувствительные неудачи. По Венскому миру 1738 г. Станислав Лещинский получил в компенсацию за Польшу Лотарингию, которая с его смертью должна была стать частью Франции. Младшая ветвь испанских Бурбонов овладела королевством обеих Сиилий. Людовик XV и впредь не оставлял идеи возвести на польский трон своего родственника, теперь уже кузена Конти. В этом направлении будет действовать тайная дипломатия короля.

Заключенный Францией мир оказался недолгим. В 40-е годы страна вступила в новую войну, где ее главным противником опять явилась Австрия. Но свою роль сыграли давние и глубокие антиавстрийские на­строения населения — результат векового противостояния Бурбонов и Габ­сбургов. К войне подталкивала неопределенность, возникшая вокруг авст­рийского престола.

Весной 1744 г. Людовик XV отправился в действую­щую армию, в Мец. Здесь он серьезно заболел и окружающие предположи­ли, что венценосец умрет. Но к радости миллионов французов король остался жив. Популярность государя достигла апогея, именно тогда его и прозвали «Возлюбленным».

На бельгийском направлении француз­ским силам противостояла англо-ганноверская армия. К концу 1747г. Франции удалось захватить все Австрийские Нидерланды и боль­шую часть Голландии.

Однако мирным договором, заключенным в октябре 1748 г. в Ахене эти победы были сведены на нет. Она должна была уступить Силезию Пруссии, некоторые итальянские земли Испании и Сардинскому королевству. Франция же вер­нула захваченные районы Бельгии и Голландии, не приобретя ничего.

Важное значение приобретала позиция России. Логика международных отношений той поры должна была противопоставить ее Франции. Ведь государства «восточного барьера», построенного Францией — Польша, Швеция, Турция — часто находились в конфликте с Россией. В декабре 1756 г. Россия присоединилось к антипрусской коалиции, а Франция оказалась в двойственном положении, вынужденная совмещать свои поползновения в Польше с союзническими контактами с Россией.

Самыми серьезными в ту пору были англо-французские противоречия в связи с колониальной экспансией обеих стран, а также в Европе. Но на заморских территориях на 10 английских поселенцев приходился только один француз. Другим козырем британцев являлся их флот, превосходив­ший французский по количеству кораблей, силе бортового огня и скорости стрельбы в 2—3 раза. Состояние военно-морских сил и ситуация с колони­ями беспокоили Людовика XV, рассчитывавшего, однако, что решающее значение для исхода конфликта будут иметь его сухопутные войска, в мощь которых он верил. Помня о болевых точках в отношениях между Англией и Францией в Германии и Южных Нидерландах, он также полагал, что в условиях разделения Европы на противоборствующие коалиции, франко-британское столкновение быстро перерастет в общеевропейскую войну, главной ареной которой станет Старый континент. Планы монарха не отличались ясностью, обнаруживали прежнее пристрастие к многоходовым комбинациям ради увеличения престижа страны в мире и содействия госу­дарствам, ведомым родственниками французского королевского дома.

Перед Францией же возникла альтернатива: либо немедленные перего­воры и достижение мира, либо расширение и укрепление союзнических связей и попытки продолжить войну до победы. Заключили третий Версальский договор с Австрией, к которому позднее присоединилась Рос­сия.

В 1759 г. англий­ские адмиралы разгромили обе французские эскадры. Франция потеряла Канаду и была разбита в Индии. Стремление опереться на союз с Испанией, с коей подписали «фамильный пакт», принесло не успехи, а новые пораже­ния, правда, благодаря смене британского кабинета и прихода во власть «королевских друзей» во главе с Бьютом условия мира, увенчавшего Семи­летнюю войну, были несколько смягчены, и Франция сохранила часть Антильских островов. Но, лишившись основных заморских территорий, она уже не могла конкурировать с Англией в колониальной экспансии.

Непопулярность Людовика XV увеличилась по ходу развития событий, которые не будет преувеличением назвать политическим кризисом 50-х годов. В отличие от времен Флёри, король играл ведущую роль. При этом он опирался на министров, наиболее сильным из которых являлся генераль­ный контролер финансов Машо. Монарх и Машо ввели новый налог — двадцатину, принципы взимания которой были революционными: в равной мере подлежали обложению все сословия и все территории страны. Недо­вольных было много; особенно возмущалось духовенство, прежде вноси­вшее лишь добровольный дар королю. Из-за его неуступчивости, а также под давлением придворной партии «набожных», поддержанной королев­ской семьей, Людовик отступил. 23 декабря 1751 г. священнослужители освобождались от уплаты двадцатины.

Духовенство оказалось и в центре главного конфликта того времени. Ужесточая позицию в отношении янсенистов, епископат потребовал от умиравших свидетельства об исповеди, подписанные кюре — сторонниками буллы «Унигенитус». В защиту несчастных, не имевших такой бумаги и умиравших без причастия и соборования, и сотен французов, коих та же участь ожидала в будущем, выступили парламенты. Стало общим местом в литературе обвинять магистратов в отстаивании узко-сословных интере­сов от покушений идущего по пути реформ абсолютизма. К священникам, отказывавшим умиравшим в обычном для христианина прощании с земной жизнью, парламентарии принимали жесткие меры вплоть до ареста.

Активно обсуж­далась и идея «единого парламента». В отсутствие Генеральных штатов такой парламент мог претендовать на роль общенационального представи­тельного органа. Ответом стали решительные действия Людовика: самые рьяные оппозиционеры были арестованы, члены Высшей палаты Парижско­го парламента отправлены в ссылку.

Отзвуком политического кризиса явилось покушение Дамьена на Лю­довика XV. Это произошло 5 января 1757 г., когда король уезжал из Версаля в Трианон. Спрятавшись под лестницей на выходе из дворца, злоумышленник нанес монарху удар ножом в бок. Жизненно важные ор­ганы остались не задетыми, но поначалу придворным и самому королю подумалось, что он умрет. В ожидании смены государя военный министр граф д'Аржансон и Машо стали дерзить Помпадур. Но рана быстро зарубцевалась, а незадачливые царедворцы были немедленно отставлены.

Злодея взяли на месте. Приговор поражал садизмом. Было предписано сжечь Дамьену правую руку, затем вырвать раскаленными щипцами куски мяса из разных частей тела, залить раны расплавленным свинцом и кипяченым маслом, и, нако­нец, разорвать с помощью четырех лошадей.

6 августа 1761 г. Парижский парламент запретил иезуитам преподава­тельскую деятельность. В ноябре 1764г. появился королевский эдикт об упразднении Ордена иезуитов во Франции. Тяжелое поражение страны в Семилетней войне, дальнейшее падение своего автори­тета заставили монарха уступить давлению общественного мнения.

В 70-е годы, в последний период своей жизни монарх действовал решительно, в полной мере проявляя политическую волю. То была линия на искоренение феодально-корпоративистских пере­житков в политической и судебной сферах. Одновременно Людовик XV добивался оздоровления финансовой системы.

Особенно впечатляющими были меры, предпринятые канцлером и увенчавшие многолетнюю борьбу короля с магистратами. Все приоб­ретенные должности упразднялись за выкуп. Парламенты и другие высшие суды рекрутировались на конкурсной основе. На одну вакансию выдвига­лось по три кандидата, достигших 25 лет и имевших необходимое образова­ние и практический опыт. Принципиально важным было то, что занявший место получал жалованье от государства, тогда как подношения от тяжу­щихся запрещались и суд становился бесплатным. Предлагалось кар­динальное преобразование: вместо мало зависящих от властей и сплочен­ных корпоративными интересами обладателей должностей появлялись чи­новники, обязанные монархии и продвижением по службе, и материальным благополучием.

Репрессии против оппозиции проходили одновременно с реформирова­нием парламентов. Канцлер сослал 130 парижских и 100 провинциальных парламентариев. Некоторые высшие суды упразднялись. Общее количество магистратов сократилось на 2/3. Территория, подпадавшая под юрисдик­цию Парижского парламента, сильно уменьшилась. Часть прежних парламентариев, а также люди, подобранные канцлером, составили новые судебные органы, презрительно именовавшиеся обществом «парламенты Мопу». Недовольство проявлялось живо, причем среди протестовавших активную роль играли герцоги и пэры. Но о новой Фронде не шло и речи. Магистраты оказались способными только на разговоры, но не на дейст­вия. Победу праздновали реформатор и стоявший за ним король.

Преобразования, осуществленные в последние годы жизни короля, решительность, жесткость и энергия, с которыми они проводились, ставят под сомнение широко распространенный прежде в литературе тезис об отсутствии у Людовика XV политической воли. Жизненный путь монарха скорее свидетельствует о позднем наступлении у него зрелости как государ­ственного мужа. Но сильной стороной деятельности венценосца явились желание и умение учиться на ошибках, постоянное приобретение опыта. Результатом и стал прорыв первой половины 1770-х годов. При этом убеждения и принципы, которыми руководствовался король, оставались неизменными. Людовик XV не представлял себе для Франции иного поли­тического строя, чем абсолютная монархия. Его курс не был реакционным, проникнутым стремлением повернуть страну вспять, к време­нам прадеда. Он, напротив, выкорчевывал укоренившиеся архаичные эле­менты политической системы, реформировал и модернизировал ее, задевая интересы привилегированных.

Но в разгар преобразований, 10 мая 1774 г., король умер, заразившись оспой. Со смертью Людовика XV оборвались и его начинания. Внук покойного Людовик XVI, не удержавшись от популизма, восстановил пар­ламенты в прежнем виде. Абсолютизм стремительно приближался к своей гибели, а стра­на—к «великим потрясениям».

Заключение

Итак, династия Бурбонов являлась правящей во Франции почти два столетия и соперничала с такой династией как Габсбурги. Все монархи были выдающимися личностями. Некоторые их изречения, ставшие личным девизом, вошли в историю и характеризуют период их правления. Эти люди творили историю.

Формой правления Франции была абсолютная монархия. На примере Бурбонов можно проследить этапы развития этой страны: В период их правления Франция была могущественным государством Европы. История правления этой династии осталась в памятниках литературы, архитектуры, скульптуры. После смерти Генриха IV благодарные подданные установили посередине моста Понт-Неф бронзовую статую Бурбона на коне. Или, например, Версаль, дворцово-парковый ансамбль в окрестности Парижа, архитектурный шедевр мирового значения. Был построен «королем-солнце» Людовиком XIV во 2й половине XVII века и был его резиденцией (заложен в 1661г.). Версаль при Июльской монархии стал музеем истории.

Судьба Бурбонов печальна, трагична: или гильотина, или эмиграция. Собственная смерть - это редкое явление, особенно для королевской особы. Людовик XV и Людовик XVIII умерли в преклонном возрасте от болезни.

Список литературы:

  1. С.Ф. Блуменау. Людовик XV//Вопросы истории, 2000, № 9.

  2. А. Дюма. Амори. т. 46, М., 2000

  3. А.Дюма. Сесиль. т. 46, М., 2000

  4. А.В. Ревякин. Французская династия Бурбонов, Орлеанов, Бонапартов//Новая и новейшая история, 1992, № 2.

  5. А.К. Рыжов. Все монархи мира, М., 2000.

  6. Французкие короли и императоры. Под ред. Хартманна. Ростов-на-Дону. 1997.

baza-referat.ru


Смотрите также